Previous Entry Share Next Entry
СИМПТОМЫ КРИЗИСА
boris_yakemenko
В дискуссиях по поводу кадровых перестановок в Церкви, кои (и перестановки и дискуссии) взбудоражили пространство СМИ в последние месяцы в очередной раз проявилась тенденция несерьезно заниматься серьезными вопросами, выдавать за проблему ерунду, штатные, хоть и не стандартные ситуации, разводить «глубокую философию на мелком месте». Хотя говорить нужно об ином, о том, о чем уже приходилось говорить и придется говорить еще, ибо никто не обращает внимания на развивающийся в Церкви кризис не просто более глубокий, но фундаментальный. Кризис основ. И те, кто сегодня в Церкви пристально следят за тем, чтобы новоотставленные не сказали чего-нибудь лишнего, боятся промочить ноги, когда угрожает потоп.

Повторим. Первая и важнейшая проблема – отсутствие богословских дискуссий по фундаментальным, важнейшим вопросам современности. История дает массу примеров, когда фундаментальные споры формировали общественную среду, возбуждали мысль, мнение и действие. Можно вспомнить хотя бы дискуссии и споры Д.Бруно и Г.Галилея, И.Грозного и А.Курбского, Ф.Степуна и С.Трубецкого. Сегодня споров нет, нет своевременного, выверенного в рамках святоотеческой традиции и позднейшего опыта, ответа на актуальнейшие вопросы современности.

Католическая Церковь несколько лет тому назад выпустила огромный, более тысячи страниц, «Лексикон» с характерным подзаголовком «дискуссионные темы и неоднозначные термины в сфере семьи, жизни и этики».

На основании всего опыта Церкви в книге был дан подробный, обоснованный ответ на самые актуальные вопросы, среди которых «безопасное материнство, безопасный секс, биотехнологии, брак с различием религий, развод, гендер, однополые родители, достоинство ребенка и даже эмбриона, клонирование, феминизм, новое отношение к здоровью, аборт, сексуальное воспитание, стволовые клетки, эвтаназия» и пр.

Десятки сложнейших вопросов получили ответ. Теперь людям не нужно обращаться к подозрительным книжкам с пророчествами загадочных «старцев», а также к продвинутым религиозно не далее церковного ящика и притвора соседям. К сожалению, у нас освящение этих тем есть личное дело и инициатива отдельных простых верующих и духовных лиц, да и то эти инициативы часто встречают весьма нелицеприятные оценки.

Откуда эта боязнь серьезного подхода, боязнь откровенных и серьезных ответов на важнейшие вопросы? От чисто светской привычки читать и обсуждать то, что легче и проще. То есть от «отвычки» к патристике, к святоотеческому наследию. Это вторая фундаментальная проблема. Сегодня почти полностью отсутствуют новые переводы святоотеческого наследия, новые комментарии на труды Святых Отцов. И это при том, что у Русской Церкви имеется колоссальный опыт патристических переводов XIX в., когда труды Святых Отцов переводили четыре духовных академии (Московская, Петербургская, Киевская и Казанская), переводила и издавала Оптина Пустынь, а книжная серия «Творения Святых Отцов в русском переводе» выходила с 1843 по 1917 гг., то есть больше 60 лет, и продолжалась бы дальше, если бы не известные события.

Новые переводы и комментирование святоотеческих текстов сегодня удел небольших групп энтузиастов. Отец Дионисий (Поспелов), ученый, занимающийся патристическими переводами с древнегреческого, основатель книжных серий "Scrinium Philocalicum" и "Smaragdos Philocalias", констатирует: «Святые отцы по большей части не переведены или плохо переведены. Не переведен самый цвет богословия, не поймана самая крупная рыба. Почти весь Григорий Палама, паламиты — такие, как Иосиф Калофет, Каллист Ангеликуд, Филофей Коккин. Те переводы, которые существуют, эллинской традиции соответствуют очень отдаленно: мы имеем только своего рода русский римейк. Иоанн Златоуст в русском переводе не "Златоуст", "Лествица" Иоанна Синайского — вариации на тему "Лествицы"… Григорий Богослов как поэт у нас почти совершенно неизвестен, как и Роман Сладкопевец. Симеон Новый Богослов также "не освоен" как поэт». http://vassilina.cih.ru/i11.html

Можно лишь представить, как могли бы измениться, исправиться, улучшиться наши представления о многих сторонах Христианства, как усилился бы наш стремительно размываемый фундамент, если бы это наследие было нам доступно. Но сегодня переводы Святых Отцов делаются только отдельными энтузиастами типа Поспелова на доброхотные копейки, к тому же эти энтузиастические переводы выходят крошечными тиражами, то есть почти никому не доступны. Многие ли, например, слышали о выходе фундаментального издания «Преподобный Макарий Египетский (Симеон Месопотамский), изданного на средства частных спонсоров?

«Греческая патристика, - пишет историк О.Воскобойников, - родная для русской культуры, ее колыбель, переводится – и, следовательно, читается и обсуждается – во Франции, Англии, Германии, Италии и США в разы активнее, чем у нас». Это иллюстрирует библеист Андрей Десницкий наблюдением за происходящим на самом представительном ежегодном форуме «Рождественские чтения» в Москве. Там «из года в год можно слышать десятки докладов о взаимодействии с правоохранительными органами, о патриотическом воспитании, о миссии в местах заключения и возрождении казачества. А вот секция про Библию была всего пару раз - в остальных случаях не набиралось достаточное количество докладчиков, желающих порассуждать о толковании Библии». В данном случае не имеет значения Библия или Патристика – результат был бы тот же.

Не существует никакого специального центра условных «патристических исследований», который бы объединял переводчиков, координировал работу и, главное, пропагандировал их деятельность. «Работа по систематическому переводу святых отцов - говорит отец Дионисий (Поспелов) – требует целого штата специалистов, и к тому же попросту благоприятного отношения церковных иерархов. http://vassilina.cih.ru/i11.html Подготовить серьезного переводчика святых отцов – серьезнейшая задача, которая даже не ставится, в о время, как старая школа – Аверинцев, Бибихин и др. – больше не существует.

Таким образом, прежняя традиция, по выражению того же О.Воскобойникова «перевода языка одной культуры на язык другой» разрушена, утрачена, а новая не возникает. А поскольку нет новых переводов, нет указанной традиции, то, опять же, ничто не стимулирует мысль, не требует сравнений, анализа и синтеза, не возбуждает дискуссий, не противостоит миру.

То есть нет богословия, которое бы ответило на актуальные вопросы современности, учитывая последние достижения современного общества. Можно вспомнить опыт псевдо-Дионисия Ареопагита, труды которого в свое время привлекли к Церкви и богословской проблематике пристальное внимание тысяч людей, многие из которых для понимания трудов этого богослова специально брались за греческий. Его Сorpus Areopagiticum комментировался столетиями, причем среди комментаторов были Фома Аквинский, Петр Испанский, Альберт Великий и др. Можно также вспомнить богословие и русскую религиозную философию конца XIX – начала XX столетия, давших имена протоиерея Сергия Булгакова, М.Тареева, С.Глаголева, В.Соловьева, С.Франка, Н.Бердяева, С.Фуделя и многих других. Именно тогда священник Павел Флоренский создает богословие, по справедливому замечанию Фэри фон Лилиенфельд, «полностью стоявшее на уровне всей современной ему науки». Разумеется, можно спорить об отдельных положениях работ П.Флоренского или С.Булгакова, но хорошо уже то, что существует предмет спора. Сегодня таких работ нет, как нет и споров, потому что нападки отдельных, весьма необразованных, «апологетов Церкви» на профессора МДА А.И.Осипова невозможно считать спорами. Богословие превратилось в религиозную публицистику с сильным площадно-трамвайным оттенком.

То же самое касается и агиографии. Святые это образец для подражания, это живая энциклопедия жизненного опыта, в житиях можно найти практически любую жизненную ситуацию, то есть ответ на любой простой и непростой вопрос, который возникает перед человеком. Это и рассуждения о том, как стяжать дух мирен («стяжи дух мирен и вокруг тебя тысячи спасутся») преподобного Серафима и воспитание смирения на примере живущего в доме обыкновенного кота. «Герасим Иорданский был велик, и у него был лев. А мы малы, у нас кот», - говорил преподобный Нектарий Оптинский. Это бесконечное разнообразие форм воплощения в жизнь христианских истин, это столпы Церкви, ибо Церковь это люди и Дух Святой сходит не на камни, не в природу, не в закаты и восходы, а в глубины сердец живых, обычных людей, сердец, надежно прикрытых плотью. Жития это бесконечно раскрытие тайн Божественного проявления в этом мире, разнообразие форм самореализации человека.

Однако и в этой сфере не делается ничего. Есть 12 томов «Житий святых» Димитрия Ростовского,

недавно появился «Афонский синаксарь» в шести томах.

Много лет издает жития новомучеников игумен Дамаскин (Орловский).

До сих пор не переиздан универсальный «Полный Православный месяцеслов» И.Косолапова аж 1880 года, который ходит по рукам как в прежние времена в ксероксах.

И это почти все систематизированное агиографическое наследие. В то же самое время на Западе существует информативный словарь святых «Dix mille saints. Dictionnaire hagiographique», который содержит 10 тысяч имен с краткими сведениями.

За ним идут семнадцатитомные «малые болландисты» - «Les petits bollandistes. Vies des Saints» позапрошлого столетия


и, наконец, непревзойденное «Actа Sanctorum» - 68 огромных томов на латыни, первый из которых вышел в Антверпене в 1643 году, а последний (на сегодняшний день, ибо издание не закончено до сих пор) в Брюсселе в 1940 году.

Работу над переводом «Actа Sanctorum» давно уже нужно было начать или хотя бы переиздать как есть – сумели же в наше время переиздать «Лицевой летописный свод» XVI века и ряд других рукописей. Но все остается как было.

Заброшен масштабный проект по переизданию геннадиевской «Русской Библии» с параллельным воспроизведением других рукописей, начатый еще в начале 1990-х годов знаменитым архимандритом Иннокентием (Просвирниным). Из 10 томов вышло четыре (4,7,8,9) и том иллюстраций.

Проект остановился после смерти архимандрита Иннокентия еще в 1994 году. Один предприниматель рассказал мне, как несколько лет назад он явился в Патриархию с предложением продолжить издание. «Вам что, деньги некуда девать?» - пытливо спросили его там и он ушел.

Почему так происходит? Можно предположить, что этот процесс связан и с тем, что Русская Православная Церковь в рамках процесса глобализации вольно или невольно встроилась во всемирный процесс завершения эпохи метанарраций, эпохи, в рамках которой в современной философской мысли Запада, представленной двумя крупнейшими направлениями – континентальной и англосаксонской – давно уже нет места богословию. А те философы (Левинас, Рикер и пр.), которые «посмели нарушить запрет», говорят о Боге лишь как об «инаковости» и «пустоте».

Но гораздо опаснее, если перед нами пример того, как, по словам Л.Карсавина «религиозность двигает богословие», вернее, даже упраздняет его. То есть руководство Церкви понимает, что «народная религиозность», признающая лишь то богословие, которое ей подыгрывает (именно здесь можно видеть истоки популярности работ А.Кураева), все равно не воспримет те истины, которые будут предложены в новых (или заново переведенных старых) святоотеческих трудах и поэтому соглашается с тем, что «заказчиком богословия» является упомянутая выше религиозность, а классическая патристика сегодня не нужна. Как не нужны и любые усилия по созданию, воссозданию и распространению агиографического опыта.

Будут ли решаться эти проблемы? Пока, к сожалению, ничто не предвещает никаких движений в этом направлении. А это значит, что с каждым днем мельчает русло традиции, растет разрыв между церковной духовной традицией и традицией повседневности. Очень хотелось бы, чтобы над этим задумались те, кто «стоит у кормила церковного корабля» в наши дни.

  • 1
Григорий Богослов. Догматические поэмы.
http://www.neizdat.ru/ru/?idx=196&item=441

и еще много интересного в этом издательстве.

По теме будет что-то от любителя фюрера и педофила Лимонова?

это было мне? я как-то в особых симпатиях к Эдичке никогда (как мне кажется) замечен не был. Хотя есть у меня любимая из него цитата (".... ... ... ... и выпил"). но ей моя любовь к нему и ограничивается.

Любимой цитаты педофила уже достаточно. Значит, читано немало, раз уже любимые цитаты есть. По теме ничего не будет, я уже понял.

вы меня, видимо, с кем-то перепутали.
вы посетовали на недостаток переводов свв. Отцов -я дал ссылку на свежее издание поэм Григория Богослова -изданное моим другом. этим наше с вами общение и ограничилось: я ваш журнал только читаю -не писал еще ни разу.
ВЫ же с меств в карьер зарядили хамство и оскорбления.

К сожалению, читал только ваши посты -не дискуссии -и был о вас гораздо лучшего мнения.

засим откланиваюсь.

Ступайте с Богом

приятно слышать )

Цитата - "Проект остановился после смерти архимандрита Иннокентия еще в 1994 году. Один предприниматель рассказал мне, как несколько лет назад он явился в Патриархию с предложением продолжить издание. «Вам что, деньги некуда девать?» - пытливо спросили его там и он ушел."

Вопрос - А без Патриархии подобными проектами, как и всем остальным, что вы затронули в этой статье, никак нельзя заниматься?

Вот я, условно говоря, готов был бы профинансировать перевод и издание кого-либо из Святых Отцов - это без Патриархии делать нельзя? Запрещено?

Нет, это не запрещено. Но, во-первых, он хотел все сделать "официально" - Церковь начинала, он думал, что она продолжит. Библия это все-таки их "ведомство". Ему ничего, кроме благословения, и не нужно было - так и этого не дали. Во-вторых, он поставил, таким образом, диагноз. В третьих (я хорошо это знаю) если вы с ними не договорились, они могут начать мешать. Мои знакомые хотели построить храм в одном из регионов. Пошли за благословением. Им сказали "Вы деньги дайте нам, а мы уже лучше знаем, что и как на них сделать". Они сказали "этот ход нам известен. Деньги мы вам не дадим, будем строить сами". "Ах так? А мы его не освятим", - был ответ. И т.д. И последнее - сегодня и так эти книги издаются частным образом. Но почему переводы и издание святых отцов должно быть частным делом неких сторонних благотворителей? Не дело ли это Церкви? Причём дело одно из самых важных сегодня.

нападки отдельных... на профессора МДА А.И.Осипова

Телеканал "Союз", отдающий "прайм-тайм" Осипову, анонсировал передачу, в которой профессор-мирянин отвечает на вопросы духовенства.
Может, всё-таки наоборот надо?

  • 1
?

Log in

No account? Create an account