Previous Entry Share Next Entry
ЗАМЕТКИ О ПОЛИТИКЕ
boris_yakemenko
В продолжение предыдущего разговора о ключевых вопросах современности (http://boris-yakemenko.livejournal.com/559006.html) следует отдельно поговорить о политике, которая исчезает на глазах. Идеологи постмодерна и их недалекие последователи, склонные не к рассуждениям, а к развлечениям, радостно провозгласили «смерть человека», не думая о последствиях. В результате из культуры исчезла эстетика, дидактика, содержание, из истории смысл, ибо, по М.Блоку, «история это наука о людях во времени», а политика перестала быть политикой и трансформируется на наших глазах в насилие – верный признак пустоты, отсутствия содержания.

Что представляет собой т.н. «политика» сегодня, какие испытания ей приходится переживать? Начнем с того, что по всему миру падает явка избирателей (всплеск ее активности приходится на рубеж 1960-1970-х гг.), поскольку рушатся иллюзии, связанные вообще с выборами и конкретными политиками в частности. Отсюда все большее развитие получают две тенденции – восполнение отсутствия электората технологическими изысками, а также заигрывание с экстремистами и националистами различных мастей, которые обещают все сразу, быстро и простыми методами. Во многом это происходит потому, что современный политик – это сумма соглашений элит, чужой проект, политтехнологическая конструкция, которая почти полностью несамостоятельна в принятии решений. В то время как люди получают все больше проблем, политики все меньше могут им помочь, поскольку завязли в корпоративных соглашениях, стали несамостоятельны и, соответственно, все меньше могут обещать без риска потом оказаться лжецами.

Далее. Продолжается процесс «разгосударствления» мировой политической системы. Причин у этого разгосударствления две. Первая – Интернет, который позволяет сублимировать огромный всемирный опыт решения тех или иных вопросов и тем самым ставит под сомнение компетенции государства, которое уже сегодня вынуждено прислушиваться к этому мнению. Завтра это мнение будет конкурировать с государством полноценно, а послезавтра первое отменит последнее или превратит в декорацию. Ведь существует же до сих пор английская королева (то есть монархия), но как и в каком статусе. И вторая причина – детоталитаризация мира, запущенная США. Последние не задумались, что, затеяв борьбу с «тиранией» по всему миру, они копают себе могилу, так как с падением каждого «тирана» ровно на эту долю усиливается их собственная тирания. По мнению миллионов людей, борьба с тиранией не может быть избирательной и касается всех. Кроме того, именно американское руководство в борьбе против тирании выпестовало многочисленные и все время растущие группы борцов с оной (в том числе и в США), которые рано или поздно доберутся и до американской тиранической верхушки. Occupy Wall Street это был первый звонок.

Параллельно с процессом разгосударствления растет роль общественных организаций, объединяющих людей по различным интересам и в рамках этих интересов защищающих права и дающих возможности участникам групп. Иными словами, если вы, она, они объединились в общество игры на фортепиано, то это общество вполне способно защитить ваши фортепианные интересы и предстательствовать за вас перед кем угодно, а также объединить вас с членами общества игры на мандолине. Именно в этих обществах возможно лучше всего реализовать идею справедливости, поскольку справедливость есть порядок, который готовы поддерживать и сохранять сами его участники. Право требует принуждения, справедливость нет. Здесь можно отчетливо видеть, как оживают мечты теоретиков российского анархизма – от М.Бакунина и А.Кропоткина до А.Борового и Л.Черного (Турчанинова), но почему бы и нет? Это ведь не подстольный молодежный анархизм, взятый из фильмов про советскую революцию, где анархия – мать порядка, а анархисты это пьяная матросня с веселым роджером и песней про водку и глотку, а очень серьезная и глубоко проработанная философия социальной справедливости. В любом случае на пустой стул, оставшийся от государства, должен кто-то сесть.

Помимо этого, политика, которая приобрела в прошлом столетии религиозные черты (догматизм, сакрализация, монополитизм по аналогии с монотеизмом, то есть утверждение США, как единственного источника политики) стремительно уходит из жизни, уплощается, опошляется. На выборах, в дебатах перестали обсуждаться серьезные политические проблемы, а обсуждается ерунда. «Паразитизм, - писал А.Пятигорский, - уже давно стал составляющей чертой современной политической рефлексии». Главная идея, основная реальность современного мира – противоречие между цивилизацией и варварами (как в Риме времен упадка), а это значит, что политики больше нет. Именно поэтому главным в политике становятся скандалы, девиации, личные пристрастия, в результате чего стратегия и судьба мира начинает зависеть о того, кто лучше одевается, а не у кого лучше идеи. Политика сегодня все чаще рождается не в кабинетах, а под одеялом - вскрытая переписка проститутки Собчак убедительно об этом свидетельствует.

Проблема «политической постели» в том, что в ней странно задавать сложные вопросы, от которых зависит судьба политики. А они есть. Если нет больше капитализма и коммунизма, буржуазии и пролетариата, то откуда взяться настоящему политическому конфликту (все современные политические конфликты вымышлены и базируются только на праве силы). Если политика это деятельность, производящая новые истины, то как найти эти истины и равнозначно ли пребывание в политической структуре производству политики. Откуда взять политическое событие (в постели или ток шоу оно невозможно)? А ведь событие это, по мысли А.Бадью, «то, что дает проявиться возможности, которая была невидимой или немыслимой». То есть событие это то, что вырывает возможность из невозможного, делает невозможное возможным. Не случайно студенты у Сорбонны в 1968 году кричали «требуйте невозможного!» Сегодня господствующий порядок хочет показать, что не создается новых возможностей, да они и не нужны. При декларативном стремлении к будущему возникает его боязнь. Отсюда, при формальном движении вперед, все время происходит парадоксальное возвращение назад. После «твиттерных революций» на Ближнем Востоке там установилось самое дикое Средневековье, везде, по всему миру, звучат призывы «восстановить», «вернуться» и пр. То есть отсылки к прошлому.

Еще один вопрос – в каких формах будет существовать политика. Раньше она существовала в форме организаций. Партий, сообществ, объединений. Первое, что делали, прежде чем заняться политикой – создавали партию, инструмент. Сегодня (и это очевидно) партийные структуры уходят в прошлое, все больше становятся рудиментом. По точной мысли А.Бадью «идея есть движение, она не может быть организацией или государством». Именно поэтому и Сталин и Мао Цзе дун создавали различные «движения», которые иногда грозили государству, но идеально воплощали жизнь идеи, воссоздавали среду ее существования.

Вместе с партиями слабеют и другие привычные субъекты политики, существование которых делает политику предсказуемой и ее стратегию и формы взаимодействия понятной (война, переговоры, обмен, торговля) – государства, религии, регионы. На их место встают совершенно другие субъекты, например, (по тому же А.Пятигорскому) «знающие и невежды, и способом разрешения их противоречий будет не война, не экономическое давление и не моральный бойкот, а, скажем, игра или беседа».

Еще одни вопрос связан с системой сегодняшней власти. Власти в Европе в целом. Выбирая вождя, человек делегирует ему часть своей личности и личной власти. Его личность в той или иной степени должна проявляться в лидере (именно так, например, изображаются на иконах святые. Они все имеют индивидуальные, портретные черты, но при этом иконописный канон придает их образам нечто общее, а именно схожесть с Христом) и это общая закономерность человеческой цивилизации. Лидер как сублимация народа с его положительными и отрицательными чертами. Отсюда притягательность и ярко выраженная национальная индивидуальность Грозного, Генриха, Бисмарка, Черчилля, Тэтчер. Кроме того, личность делегировалась тем, кто воевал. Отдельные воины выступали за весь народ.

Однако сегодня, с распадом вертикальных иерархических связей и в целом с ослаблением государственных структур возникает парадокс. Личность делегирована, а делегаты-лидеры, оказываются недостойны чести. Потребность делегировать личность и личную власть осталась, но не стало тех, кому можно ее делегировать. Поскольку войн в привычном их понимании больше нет (они не объявляются и не заканчиваются, они ничего не оправдывают, в них нет победителей и побежденных или они меняются местами – победитель оказывается покрыт позором и его судят, а побежденный воспринимается как герой, неясны цели и задачи и т.д.) то и здесь нельзя найти делегатов. В результате возникает ностальгия по утраченной политической харизме, по мужским доблестям и достоинствам, общество лишается шанса куда-то направить военно-животную энергетику (отсюда такая истерическая страсть к различным карнавальным фигурам в военной форме, которые хоть чем-то напоминают настоящих лидеров и вождей). Есть и еще одна проблема. Чем слабее делегаты, тем сильнее инстинктивное стремление делегировать им больше личности и власти. В итоге неизбежно возникает проблема. Власть и личность делегируются другим, но утрачиваются в себе. В итоге слабеет и лидер и общество. Отсюда вопрос – кому теперь делегировать личность? Кто сможет говорить и выступать от имени коллективной личности и коллективной власти по делегированному праву, а не по результатам выборной процедуры? Кто сможет усилить эту личность и власть, а не распылить и растратить ее?

Так что вопросов множество. На большинство из них современная политика не в состоянии дать ответ. А это значит, что ее уже почти не существует. А что появляется вместо, необходимо понять. Так как жить в неатрибутированной реальности просто опасно.

  • 1
"политика перестала быть политикой и трансформируется на наших глазах в насилие – верный признак пустоты, отсутствия содержания"

Так было всегда...

Хм, хорошо бы примерчик...

Примерчик нужен от Вас - я не собираюсь ничего доказывать, уже написав статью

Хм-м? Странно предлагать человеку, который утверждает, что не встречал белых овец, привести пример белой овцы. Можно сказать, что он дурак и лжец, и что нет желания тратить на него время, но спрашивать с него примерчик - перебор.

Я предлагаю наконец-то научиться обосновывать свои утверждения. Ещё что-то будет по теме или так и остановимся на одной, наиболее понятной для Вас фразе ?

  • 1
?

Log in

No account? Create an account