Previous Entry Share Next Entry
НЕОБХОДИМЫЕ СЛОВА
boris_yakemenko
Патриарх Московский и всея Руси Кирилл заявил о «глобальной ереси человекопоклонничества, нового идолопоклонства, исторгающего Бога из человеческой жизни. Ничего подобного в глобальном масштабе никогда не было». Он напомнил, что в Новое время универсальным критерием истины стал человек и его права, «и началось революционное изгнание Бога из человеческой жизни, из жизни общества», и это движение сначала охватило Западную Европу, Америку, а затем и Россию. «Мы видим, как предпринимаются усилия во многих процветающих странах законом утвердить право любого выбора человека, в том числе и самого греховного, идущего вразрез со словом Божиим, с понятием святости, с понятием Бога». http://www.interfax.ru/russia/499346

Наконец-то сказано открыто о том, что права человека это ересь и заблуждение. И об этом надо говорить все громче. Ибо во имя пустышек («свобода слова», «равенство», «права человека»), которые чаще всего невозможны по определению (ну нет «свободной прессы», которая не писала бы по заказу, нигде в мире и никогда не было, нет свободы в Америке, особенно в последние годы) гибнут и духовно уродуются конкретные люди и разрушаются целые государства.

Почему нет и не может быть сегодня никаких «прав человека»? Почему так смешны и даже страшны те, кто беспрестанно твердит нам о «правах человека» и о «свободе»? Напомним, что ХХ век вывел Бога из обихода человека, заявил о том, что «Бог умер» и теперь, оттого, де, человек стал особо, сугубо свободен. Потом постмодерн устами квазифилософов типа Фуко радостно заявил уже о «смерти человека», «смерти автора», что повлекло за собой ярмарку цинизма и убийств, не имеющую аналогов в истории (сегодня от войн в мире ежегодно погибает 13 миллионов человек, а сколько гибнет и разлагается перед телевизором, не сосчитать вообще). И в это же самое время идет возгонка «свобод» и «прав», непрерывно произносятся заклинания о необходимости их защиты и соблюдения. То есть мы наблюдаем безумие.

Свобод чьих? Прав кого? Бога же нет! Человека же нет! Свобода воли (а от нее все начинается), то есть недетерминированное явление, есть свойство только Бога. Свободу – фундаментальную категорию - именно Христос ввел в сознание европейского человека. «К свободе призваны вы, - пишет апостол Павел. – Итак, стойте в свободе, которую даровал нам Христос» ((Галат. 5:1,13). Христианский призыв к свободе был настолько силен, что родилось понятие «благовестия свободы». Эта свобода, стоит напомнить, заключалась в выборе между добром и злом, жизнью и смертью, благословением и проклятием (Втор.30.19). И даруется эта свобода «Истиной», то есть Христом. «Познайте Истину, и Истина сделает вас свободными» (Иоанн 8:32). Если его нет, нет Христа, то откуда она?

Права это «атрибут» человека. Не античного «двуногого без перьев», а того, кто обладает всеми признаками человека. Душой, духом, совестью, честью, достоинством. Имеющим ценности и умеющим их различать. А если нет человека? Если он разрушен, уничтожен? Откуда взяться правам и свободам у тех, у кого нет цели в жизни, кто не знает ее смысла, кто разучился радоваться и переживать, кому неведомы подлинное страдание и подлинный восторг? У тех, кто живет пластиковой, фальшивой, выдуманной тележизнью, в которой все чужое, краденое, спародированное, кто не понимает, что нужно делать всерьез, а чем шутить, кто женится не по любви, а «потому что так вышло»? Сколько ни давай им свободы и прав, они все равно не возьмут оттуда ничего, кроме гордыни, исключающей желание меняться и учиться.

Можно посмотреть вокруг – у большинства ни в семье, ни на работе не существует никаких авторитетов, кроме собственного эгоизма, который выбирает из любого текста, фильма, впечатления, наконец, человека, только то, что может этот эгоизм обслужить. Любой спор в жизни, на телеэкране – это два безумных идиота, которые орут друг на друга и ни один никогда не побеждает. Ощущение, что «мне все должны», «я всегда прав» правит всеми другими чувствами, порабощает их, лишает любой самостоятельности. Никакие возражения не принимаются, малейшее сомнение со стороны, желание поправить, предостеречь, оспорить, не допустить, приводит к мгновенной обиде, жгучей ненависти, страстному желанию сокрушить возникшее препятствие. Извинения принимаются только на условиях безоговорочной капитуляции с условием выплаты контрибуций и с желанием все равно, на всякий случай, добить врага в его логове. Люди, живущие в категориях «ситуационной этики» (М.Мэггеридж), при которой наши моральные обязанности определяются не моральным законом или моральным порядком, лежащим в основе всех земных законов, а обстоятельствами, в которые мы попадаем, алчут свободы? Вы в этом уверены? Общающиеся на языке питекантропов (смайлики, «трололо», «бугага», «упс», «лол», «имхо», «ахаха», «бла-бла-бла» и т.д. – то есть аналогов наскальных рисунков времен мезолита) хотят прав? Неужели? Они хотят жрать и ржать и это все, что они хотят, а слово «права» для них существует только в связке со словом «водительские».

Этого не видят идеологи «прав» и «свобод»? Прекрасно видят. Именно поэтому они «не замечают», что слова «права» и «свобода» противоречат друг другу. Секуляризированное понимание свободы, предлагаемое сегодня этими идеологами, закономерно сводится к тому, что свобода есть многовариантность поведения, ограниченная именно нормами прав. То есть в целях своего личного процветания я могу использовать все методы, пусть даже коренным образом противоречащие нравственному закону (то есть истинной свободе), но, главное, не противоречащие законодательству и условным «правам». Именно поэтому мне известная всем правопоборница Алексеева говорила, что с точки зрения правозащиты между Генрихом Гиммлером и, например, Альбертом Швейцером или доктором Гаазом нет никакой разницы. В результате, внутреннее самоограничение (ответственность), без которого нет понятия христианской свободы, отменяется, становится лишним и человек лишается свободы, становясь чрезвычайно зависимым от внешних обстоятельств, то есть «прав», которые навязывают любые механизмы и сообщества, начиная от сетевых структур и кончая государством. Но об этом предпочитают не говорить.

А поскольку от христианства, от Бога так просто не избавиться и статьями в газетах их не отменить, борьба за «равноправие» сегодня приобретает сугубо религиозный характер и наполняется пафосом «крестовых походов», а «попрание прав человека» становится чем-то вроде «первородного греха» современного общества, определяющего всеобщую вину и покаяние за прошлое и всеобщую ответственность в отношении к настоящему и будущему. Французский философ Ж.Деррида в своей речи в штаб-квартире ЮНЕСКО (1999 г.) открыто подчеркнул, что «нет большего зла, нет худшего злодеяния, чем преступление против человечности человека и прав человека». Что подтверждает мысль Г.Честертона о том, что «современный мир полон старых христианских добродетелей, сошедших с ума».

И вот Патриарх сказал открыто о «ереси человекопоклонничества». Услышали бы.

  • 1

Услыхать-то услыхали, да как-то коряво. ((


Никто ничего не услыхал

  • 1
?

Log in

No account? Create an account