Previous Entry Share Next Entry
ЧТО ДАЛЬШЕ?
boris_yakemenko
Итак, выборы прошли. «Единая Россия» набрала рекордное количество мест в парламенте. То есть победа достигнута, большинство обеспечено. Ни для кого не секрет, что победа (особенно большая и серьезная) нужна для того, чтобы обеспечить серьезные перемены в будущем. После любой грандиозной победы, когда отзвучали салюты и отстреляли в потолок пробки, принято в нетерпеливом ожидании задаваться вопросом: «Ну, что теперь? Куда дальше?» Именно грядущие перемены задают масштаб победе, а также жертвам во имя нее. Парадоксальность общественного согласия со сталинскими репрессиями 1930-х заключалась не в трусости, как это любят объяснять в газетах типа вестника проституток МК (затюканные, трясущиеся трусы не смогли бы победить в войне), а в том, что общество понимало: чем грандиознее цель, тем масштабнее жертвы. Хотим построить великую страну, мировую державу, не потратившись? Так не бывает.

Напомним, что именно вопрос о целях и приоритетах (и ответы на него) определяет место государства не только в сознании гражданина - в мировой системе. Вспомним, как уже вспоминали. Германия это машины, техника. Италия и Франция это красивый образ жизни, косметика, одежда, аксессуары и обувь. Япония – электроника. США – технологии, развлечения, фильмы. Китай – ширпотреб. У каждого есть свое место. Каково сегодня место России на планете, с чем она ассоциируется? Когда в 1990-е мы добровольно отказались от своего места в мире, его тут же изобрели наши «партнеры» и определили нам быть мировым складом горюче-смазочных материалов (ГСМ) и источником рабской интеллектуальной рабочей силы. Десять лет так и было, все были довольны, поэтому даже расстрел парламента среди бела дня в центре Москвы из танков не вызвал традиционной «озабоченности Госдепартамента». Ведь это складские грузчики разбирались между собой, только и всего и нужно было следить за тем, чтобы снаряды случайно не попали в особняк хозяина, который совсем неподалеку, на Садовом кольце.

Наконец мы нашли в себе мужество отказаться от этого почетного места, невзирая на недовольство хозяев. Однако отказаться от одного места, это еще не значит найти другое. Мы должны быть свободными, это очевидно. Но для чего? Свобода это инструмент. Что мы хотим сделать этим инструментом? У нас должен быть суверенитет, это несомненно. Но суверенитет не самодостаточен, это условие, фундамент. Условие для чего? Что будет выстроено на этом фундаменте?

Наконец, кто, какой социальный слой возьмет на себя ответственность за происходящее? Раньше это было легко определить по пропагандистским плакатам. В 1920-е это был красноармеец («Ты записался добровольцем?»), защищавший молодую власть. В 1940-е – Родина-мать, которая требовала убивать врага и прощала за всё, а также солдат, спасающий отечество. В 1960-1980-е – рабочий. Образ страны на плакатах того времени тоже представлен очень хорошо. Дымящие трубы заводов, пашни до горизонта, трактора, многотысячные толпы, знамена. Ответ на вопросы «что такое страна и кто в ней главный, для чего звенели кандалами и взвивали шашки» представлен с исчерпывающей полнотой. Сегодня жанр плаката не существует, но если бы возникла такая потребность, то задача оказалась бы не из легких. Что изобразить (не валяя дурака с медведями в кокошниках, пьющих водку из матрешки), чтобы любой человек, взглянув на плакат, на генетическом уровне сразу понял – это Россия? Представитель какого социально ответственного слоя должен быть на нем представлен в центре композиции? Менеджер салона сотовой связи? Офисный планктон? Мерчендайзер? Торговец? Жирный рублевский кот? Депутат? Никто из них не отвечает ни за что и тем более полномочно не представляет свою страну. А это важнейший вопрос в связи с победой? Эти люди, что прошли в думу, готовы брать на себя ответственность? Они теперь на переднем крае, то есть теперь поведут вперед. Они знают, куда идти? Согласны пасть под пулями? Ведь передовая это не место для отдыха и перекуса, а шанс погибнуть героем. Или их принцип «Глупцы, героев строя, бросаются вперед, нормальные герои всегда наоборот»?

Еще один вопрос в связи с победой? Итак, какие у страны цели? Стратегические, ближайшие, дальнейшие? В течение всего ХХ века это было понятно. Взять власть, удержать власть, победить белых и интервентов, построить счастливое общество, создать новую промышленность и новое сельское хозяйство, перестроить мировоззрение, победить врага, восстановить страну, полететь в космос, обойти США, освободить угнетенных всего мира, накормить народ, расселить народ в собственные квартиры, достичь коммунизма, улучшить социализм и т.д. Это глобально, на перспективу. Ближних целей тоже хватало и они напрямую были связаны с внешними. Учиться. Строить. Создавать. Работать. Отдыхать. Были критерии и учебы и труда и отдыха, планы минимум на пять лет…

Что главное сегодня, когда планы, в лучшем случае, на год (при том, что полгода их утрясают)? Победить США? Уничтожить ИГИЛ? Чтобы нас никто не трогал? Процветать в общем и частном? Полететь на Марс? Засадить пальмами Антарктиду? Пусть так. Но если этих целей не смогли достичь предыдущие избранники, где гарантия, что нынешние смогут? Они какие-то принципиально иные люди? Да, там сейчас много одномандатников. Но ведь достоинство человека и его профессионализм не мандатами и не партийными списками определяется. Лихачева или Рошаля по какому списку ни выбирали бы, они остались бы Лихачевым и Рошалем. То есть эти вопросы и подробности опять же, не отменяют главного – для чего победили?

  • 1
«... а в том, что общество понимало: чем грандиознее цель, тем масштабнее жертвы...».
– сразу вспомнилось из последнего прочитанного:
ход мыслей, настроения Лаврентия Павловича в период его перевода на работу в Москву, в НКВД – во второй половине 38-го. Если кратко, то вот что я вдруг осознал из фрагмента его дневниковых записей о том времени: эти люди, они не были ни злодеями, ни садистами.
Они были больны, социально неадекватны. Они самым серьёзным образом полагали, что всё советское общество пронизано сетью заговоров сверху донизу, а если где-то вдруг сегодня заговора нет, то завтра он вполне возможен.
Это была паранойя, поставленная на широкую ногу, возведённая в ранг государственной внутренней политики.
«Запутался Николай. Да и по всему видно, что много пьёт. Возможно, от страха?» – Примерно так пишет Берия о своём наркоме Ежове после первого подробного разговора с ним в ранге его зама. А разве не любой мог «запутаться» в силках ментального вируса, насаждаемого сверху?
Ведь паранойя и страх неразделимы. А страх высокого должностного лица порождает масштабные должностные преступления. И чем дальше, тем больший их вал.
Эти люди, придя к власти, не смогли прийти к «мирной жизни», прежде всего, внутри самих себя.
По-хорошему, им после гражданской войны требовалась длительная психологическая реабилитация (помните, юный Аркадий Голиков/Гайдар загремел в психушку после «победы» над восставшими крестьянами?).
Но нет, они продолжили воевать. Не с Врагом Рода человеческого, которому попустили во дни братоубийства, а на фронте партхозстроительства, где уже любой вчерашний товарищ по конной рубке мог оказаться коварным и подлым врагом - перерожденцем и троцкистом.
Паранойя. На примере южного соседа мы вновь недавно увидели, как быстро она овладевает миллионами людей, будучи задана сверху.

Оффтоп, конечно. Прошу прощения.
Что же касается текущего, то всё просто: нет идеологии – не будет и госстроительства.
Жить в материальном достатке – это не идеология.
Примерять на себя чужие полуистлевшие обноски – это не путь в будущее.
Нет?

...Наконец мы нашли в себе мужество отказаться от этого почетного места, невзирая на недовольство хозяев". То есть Россия не является сейчас "Складом ГСМ"? Наш бюджет наполняется от производства машин, IT, холодильников, говядины и т.д.?

Я не собираюсь вступать ни в какие дискуссии.

Ну, просто я не ожидал такого поста от умного человека. Я прямо сейчас могу найти в себе мужество, отказаться от своей работы и решить, что я начну делать спорткары. На балконе. "Порше" в ужасе)))

Самое смешное в том, что при Путине (2000-по н.в.) по сравнению с периодом Ельцина доля сырьевой компоненты в ВВП выше. То есть Россия стала еще в большей степени сырьевым придатком Европы (а теперь еще и Китая). И ладно бы, если бы распределение сырьевой маржи шло по сценарию ОАЭ. Но Россия выбрала путь Нигерии.

Вы меня не поняли ?

  • 1
?

Log in

No account? Create an account