May 17th, 2012

(no subject)

КОЧЕВНИКИ

Племя несогласных бездельников и прогульщиков с гастарбайтерским названием «Оккупайабай» кочует по городу. На Чистых прудах теперь идут несколько акций «Очищайабай», «Подметайбульвар», «Засевайгазон», к которым следовало бы в обязательном порядке присоединить кочевников, а также их племенных вождей, жуликов Гудковых и примкнувшего к ним Пономарева. Была бы хоть какая-то польза. Тем более что оппозиционное капище нанесло убытков городу на 20 миллионов рублей. Но даже не надейтесь. Гадить – пожалуйста, а вот платить и убирать…

Кочевое племя, потеряв прежнее становище, грустно перебрело в сквер к Баррикадной, где началась общая акция «Оккупайскверикперед высотка». В свою очередь каждый номад в отдельности из расположившихся в скверике, провел несколько несанкционированных индивидуальных акций: «Попивайпивасик», «Поболтайниочем», «Поругайрежим», «Поорай-покричай», «Оккупайларек», «Поблюйвкусты» и, наконец, финальную, ночную «Оккупайтротуар». Дружелюбная полиция в заботе о здоровье и телесной чистоте кочевников все пытается заставить их вернуться домой и поспать не рядом с урной на заплеванном асфальте, а в кровати, как люди, а также помыться, что тоже не лишнее. Борьба борьбой, но скоро оппозиционеров, как еще одну категорию бесприютных граждан, будут узнавать издалека по стенобитному аромату. Но средневековые кочевники (например, монголы), как известно, спали в любом положении, даже на лошади и питались всем – хомяками, сусликами, хлебом, выпеченным под мышкой у верблюда и даже вшами с самих себя. Пахли соответственно. Предложение поспать в кровати, помыться, поесть яичницы и выпить кофе они восприняли бы как коварную попытку разрушить их привычный и комфортный мир. Эти, нынешние обносившиеся хомяки, такие же. В принципе, этнографами и антропологами давно замечено, что путь обратно на дерево (реэволюция) человек проходит значительно быстрее, чем путь эволюции от питекантропа к современному homo sapiens. Это мы сегодня наблюдаем наглядно.

Следующая остановка белоленточных кочевников – Арбат. В принципе, место неплохое. Кого там только нет. Бродячие фокусники, певцы, торговцы матрешками и розовыми меховыми шапками с кокардами, цоемольцы, растаманы, контактеры, карикатуристы, убогие, нищие и вот теперь еще и оппозиционеры. Так что на Арбате они станут естественной частью интерьера, еще одним кусочком привычной мозаики. А если учесть то обстоятельство, что все перечисленные выше категории клянчат, получают, а порой и тырят на Арбате деньги, то бродячим оппозиционерам тоже начнут подавать копеечку и им можно будет потихоньку жить и протестовать. Можно, кстати, приторговывать белыми ленточками, петь оппозиционные песенки, тем более что для этого не нужно иметь гитару и голос. Можно вырезать картонные фигуры Навального, Удальцова, Яшина-Кашина и предлагать фотографироваться. 100 рублей. Удовольствие сомнительное, но кто-нибудь все-таки найдется. Недорого за Яшина. Дальше больше. Можно проклинать власть за скромную мзду. Минута обличительных воплей – 500 рублей. С оплеухой ОМОНовца – 1500. С посиделками в автозаке – 3000. Тут сто, там пятьсот, оттуда тысяча… Курочка по зернышку клюет и сыта бывает. В общем, надо крутиться и все получится. Антироссийские СМИ все равно никуда не уйдут и будут все это обслуживать, как им приказано.

А погонят с Арбата… Куда они пойдут по свету искать, где оскорбленному есть чувству уголок? Найдут. Мало ли в Москве лужаек, свалок, пустырей, стройплощадок, помоек. Пока их все переберешь, уже многие из кочевников станут знаменитыми и, наконец, получат местечко при власти, мигалку, кабинет, деньги и почет. То есть все то, к чему они всегда стремились и ради чего сейчас вся Москва наблюдает этот балаган. А рядовые хомяки, как всегда, останутся ни с чем. Но так уж это все в оппозиции устроено.

(no subject)

РЕВОЛЮЦИЯ БОМЖЕЙ

Среди прочих пикантных подробностей из жизни оппозиционных кочевий была и такая «человек 60 спали прямо на тротуаре, укрывшись пледами».

Картинка будет полной, если приделать к ней естественные начало и конец. Пробродив (а то и пробегав) весь день по жаре, белоудавочный протестант, поклевав апокалиптических беляшей и запив чем-то нездешним свой неприхотливый ужин, истомленный, укладывается на заплеванный асфальт под грязный, заношенный, валявшийся до этого на земле, плед. Спать просто на асфальте (как на любой твердой поверхности) без подстилки и подушки, да еще и в одежде после целого трудового дня это просто мечта. Человек (любой) утром встает в непередаваемом состоянии, болью во всем организме, с прической, как колосья, ощущением, что на нем всю ночь справляла ведьмину свадьбу нечистая сила и единственным желанием – помыться, сменить одежду и нормально поспать. Бороться с режимом в таком утреннем состоянии решительно невозможно. Тем более что после нескольких таких ночей любой борец за нашуивашусвободу неизбежно грязнится, мнется, пылится и начинает объяснять испуганным прохожим, что он не умер, а просто так пахнет.

Однако есть люди, которым это все нравится. Или, по крайней мере, не беспокоит. Мы таких граждан ежедневно встречаем в общественном транспорте, вокруг крупных пересадочных узлов РЖД, у входа в церкви и просто на улицах. Казалось бы, как можно так выглядеть и жить. Выглядят. И живут так годами. Но они ведь не родились на вокзале. Когда то они все где-то жили и работали. Были идеи, принципы, цели. Но внутренне были готовы и к бездомности и к безработице и к допиванию чужого пива и ко всем другим прелестям бродячей жизни. И когда все случилось, переживать они особо не стали. Исчезли и цели и принципы, а смыслом стало бродяжничество и стремление прожить день без битого лица, найти еду и выпивку.

Оппозиция стремительно превращается в бомжей. По статусу, виду, состоянию, ощущениям. Давно нет протеста, целей (бредовые не в счет. Путин не уйдет, Яшин не придет и т.д.), задач, программы, а сейчас и вождя, о чем они говорят восторженно, не понимая, что закон жизни это «один ведет – другие идут». Так живет даже животный мир. А если бы они читали Фрейда («Психологию масс») то поняли бы, что нет ничего тупее и примитивнее толпы, никем не ведомой, а одержимой навязчивой и, как правило, очень примитивной идеей. Толпа сложных вещей просто не воспринимает. «Эссенсуальная сущность бытия», «метафизичность реальности», красивые жесты, это не для нее. Для нее выпученные глаза, перекошенное лицо и рев: «Перегрызем глотки этим скотам!!!!!! Да или нет???? Да или нет?????» Впрочем, мы отвлеклись… В общем, ничего нет из того, что превращает любое собрание людей в коллектив, способный чего-то достичь общими усилиями. Зато есть желание давать интервью, бесконечно твиттерить, тусить, развлекаться и питаться на халяву. Теперь нет еще и пристанища, спят, не раздеваясь, мелко хулиганят, обкрадывают друг друга… в общем, картина вполне сложившаяся. Политические бомжи, которые скоро и пахнуть будут по настоящему, как надо.

Однако бомжевание в нормальном обществе никогда не считалось нормой. Когда бродяг становилось слишком много, они начинали мешать жить, влиять на образ города, общества, власти. Раздавались призывы: «сделайте с этим что-нибудь», «уберите их», «помогите им». После чего государство, Церковь, отдельные организации бродяг собирали, мыли, кормили, лечили, социализировали. В общем, понижали их уровень в обществе до приемлемого. С политическими бомжами происходит то же самое. Граждане вопиют «сделайте с ними что-нибудь», «уберите их куда-нибудь», «пусть они не мешают нам жить». Власть занимается санацией. Ведь политических бомжей сейчас мечется по скверам ну человек сто. Или даже двести. Или триста!!! Но их запахи и вопли стараниями антироссийских СМИ разносятся очень далеко. А в Москве 14 миллионов человек, которые сделали выбор (хочется этого бомжам или нет) и имеют право жить спокойно.

Так что то, что происходит, свидетельствует об окончательном разложении того, что называлось «протестным движением». Пахнет и выглядит соответствующе. И поступают с ними как с бомжами. Бегают, прячутся, кочуют – их ловят, сажают, социализируют. Чтобы было чисто и никакой заразы. Всего-то.