February 14th, 2013

О ЛЮБВИ

"- Я все понимаю, отец Иллиодор, - медленно проговорил Петр, - но как быть, если он не поверит? Если сердце молчит.
- Даже если и нет, - ответил отец Иллиодор - то это не значит, что пустота в душе – это отражение пустоты на небе. Если вы не верите в Бога, Бог все равно верит в вас. И именно потому что он есть, вы и способны ощутить эту сердечную, душевную недостаточность. И майор ее ощутил. А, кроме того, все равно Бог равно одарил вас, меня, всех остальных удивительным чувством, которое и делает нас людьми. Иногда только после вот такой разлуки. Только одни понимают, что зародиться само в одолеваемой страстями и мелочной сиюминутностью душе это чувство не может и благодарят Бога за этот великий дар. А другие считают, что это нечто вроде рефлекса, тонкое проявление физиологии и именно из этих страстей и выводят это чувство, не замечая истинного источника. Но и те, и другие находятся в его власти, и тех и других пронзает яркий, острый луч, заставляя вспыхнуть самое негорючее, окаменевшее сердце. И если вы хоть раз в жизни испытали это чувство, то Бог уже поселился в вашем сердце и останется там навсегда. А если нет – значит он все равно где-то рядом. «Вот стою у двери и стучу. Кто мне откроет – к тому войду и буду вечерять с ним». Прислушайтесь к своему сердцу и возможно, вы различите в его биении тот самый настойчивый стук. Не гоните стучащего. Ведь если не пустите – ваша душа так и останется пустым, бесприютным, осиротелым домом. А если выгоните – он, уходя, унесет с собою все свое, все живое, вечное. И вновь вашему беспокойному сердцу будет не о чем тревожно, взволнованно и радостно биться.
- Что же это? – наивно спросил Петр просто для того, чтобы заветное слово произнес сам отец Иллиодор. Монах внимательно посмотрел на него и сказал просто:
- Любовь.
- Любовь, - повторил он и долгим взглядом посмотрел в окно, - это удивительное слово, смысл которого мы только начинаем для себя раскрывать. Ведь если Бог есть любовь и Бог непостижим до конца, то значит, что и любовь непостижима. Ни сердцем, ни тем более разумом. И тем более невыразима. Если мы не можем выразить словами красоту вечернего заката, взволнованного моря, монументальных гор, тот как можно выразить словами истинную всепобеждающую небесную любовь. Вот поэтому чем сильнее любовь, чем глубже она проникает в сердце человека, тем труднее ему говорить о ней. Болтливы и многословны в любви лишь те, кто подменяет любовь какими-то другими чувствами или чья любовь неглубока и сентиментальна. Многие думают, что религия это система сплошных запретов, которая запрещает все, что человеку нравится, и заставляет делать только то, что не хочется. Но ведь это не так. Христианство кладет в основу своих взаимоотношений с миром любовь и если принять это как данность, то все «идеалистические» и «неземные» слова Господа из Нагорной проповеди сразу становятся ясны и понятны. Потому что когда любишь и щеку подставишь, и отдашь верхнюю одежду, и пойдешь два поприща и простишь до семидесяти семи раз. Любовь живет вопреки земным законам, ежедневно и ежечасно она их попирает и тогда над человеком не властны никакие земные силы. Любовью человек творит чудеса. Разве вы не слышали о том, как павшая на смертный одр влюбленная женщина воздвигает к жизни умирающего, как сквозь пламя выносит она своего погибающего мужа, как растапливается и исчезает самая лютая злоба, испепеляемая огнем любви.
И отец Иллиодор опять улыбнулся, глядя куда-то далеко за окно.

- У апостола Павла есть удивительные слова, - продолжая улыбаться, сказал он. – Их принято называть «гимном любви» и это действительно так, потому что если бы положить их на такую же великую музыку, этот гимн переживет все человечество и спасет от смерти тысячи людей. Вслушайтесь, прошу вас, вслушайтесь, - он осторожно взял Петра за руку, - я буду говорить медленно, чтобы ни одно слово не прошло мимо вас. «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви,- то я ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится. А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше»."

Из книги В.Бучинской, М.Панаева, В.Скабичевского. "Роман о Петре и Февронии". (М., 2012), запрещенной цензурой "Эха Москвы".