February 21st, 2013

ЗАКАТ СВОБОДЫ

Депутаты Госдумы решили нанести сокрушительный удар по основам оппозиции, современного искусства, современного театра и современной литературы (то есть современной культуры). Предложенный членами фракции «Единая Россия» Сергеем Железняком, Дмитрием Вяткиным и Робертом Шлегелем документ призван установить штрафы за использование нецензурной лексики в СМИ. Так, за употребление мата на ТВ, в эфирах радиостанций или на страницах журналов и газет на физических лиц предполагается наложить штраф в размере до 3 тысяч рублей, на должностных – до 20 тысяч рублей, - а на юридических – до 200 тысяч рублей... Также «Фонд «Общественное мнение» провёл опрос среди россиян в 43 регионах страны по вопросу отношения граждан к нецензурной лексике в средствах массовой информации. Оказывается, что подавляющее большинство россиян (84% опрошенных) поддерживает законопроект о запрете мата в СМИ, - сообщается на официальном сайте фонда. Напомним, что такой законопроект был принят Госдумой РФ в первом чтении 18 января 2013 года. Подавляющее большинство граждан выступает за ограничение бранных слов. Лишь около 8 % россиян считают, что мат восходит к «исконным традициям» и его запрет не даст никакого результата. За введение поправок, запрещающих мат: высказались 89% тех, кто сам не ругается, 85% женщин и 83% людей старше 60 лет. Практически каждый пятый (19%) воспринимают нецензурные выражения в СМИ равнодушно. Кроме того, большинство респондентов выступило и за то, чтобы исключить мат и из художественных произведений, чем грешит большое количество современных писателей и режиссеров. За введение подобного запрета высказались 65% опрошенных, а против подобных ограничений 23%». Запрет мата поддержал В.Мамонтов, президент «Известий», писатель Э.Багиров. Не поддержали Дижигурда и … министерство культуры, стремительно сближающееся с той самой хрестоматийной прачечной из анекдота. «Не согласен с депутатами и министр культуры Владимир Мединский. Перед правительственным часом в Госдуме в Минкульт был прислан вопрос от депутатов парламента по поводу отношения ведомства к законопроектам, вводящим административную ответственность за нецензурную брань в СМИ, кино, театре, книгах, во время проведения «культурно-зрелищных мероприятий». Ответ Минкульта гласит: «Данная законодательная инициатива заслуживает поддержки с точки зрения ее этического и нравственного смысла, и в то же время представляется неоднозначной в представлении культуролога или искусствоведа. Наложение ответственности за недопущение действий, которые нарушают или не соответствуют общепринятым социальным нормам, не вполне применимы к художественным произведениям, которые изначально обладают условностью». http://top.oprf.ru/main/10247.html

Напомним, что противоречие «заслуживает поддержки - представляется неоднозначной» кажущееся. Данная формула, хорошо отработанная в последние годы, всегда означает безусловную поддержку с желанием сохранить лицо и усидеть на двух стульях. Нужно только смотреть в конец фразы. Как только Вам встречается текст «я против, но…», «я за, но…», то не стоит обманываться - говорящий безусловно за то, что идет после «но».

Можно возразить, что речь идет только о СМИ, а не о современной культуре. Но это только начало. Начнут со СМИ (тем более, что и общественная поддержка несомненно есть), а дальше… Дальше понятно, что будет. Лишившись мата, онемеет «современное искусство», почти заглохнет «современный театр», еле-еле будет теплиться душа в черном теле «современной литературы».

Почему любое наступление на мат это катастрофа для целых направлений не только в СМИ, но в «современной культуре»? Напомним, что в 1990-е для рванувшихся в культуру озабоченных переростков и маргиналов всех мастей мат был «синонимом освобождения». Об этом много и со знанием дела (мата) писал пародист из оппозиции Быков. Освобождения, прежде всего, от культуры и норм, что хорошо видно по современной оппозиции и вообще либералам. От советского менталитета, штампованного тоталитарного сознания освободиться им так и не удалось (почитайте типично советские агитки Быкова, Латыниной, Шендеровича, Новодворской – имя им легион), но от культуры, норм, совести освободились быстро и безболезненно.

В чем заключалось это освобождение? Всего лишь в том, что раньше писали матом на заборах – теперь в Интернете, книгах и газетах с той лишь разницей, что на заборах под известными трехчленными формулами не принято было ставить подписи, а теперь они не стеснялись подписываться под матерными стишками. Мат стал мерилом прогрессивности, современности, актуальности. «Русская матерная картина получила приз на Римском фестивале», - восторгался в одном из журналов «критик» очередным творением Серебренникова. «Почти нет мата в новой книге Сорокина», - вздыхал в другом журнале еще один знаток заборной лексики. Шоумен Швыдкой организовал передачу «Без мата нет русского языка». Тот самый Быков, который разговаривать без мата в обычной жизни не умеет, судился за право материться, отстоял это право и гордится этим до сих пор. Он же оболгал и оклеветал выдающегося ученого, академика Д.С.Лихачева только потому, что академик выступал против тех, кто «даже в художественных целях пользуется матом». Мат полился с театральных сцен (МХАТ самый яркий пример), «композитор» Десятников (он что-то там сегодня представляет из себя в бывшем Большом театре) публично сожалел в одном из интервью, что нет звуков, способных передать мат. В защиту мата активно выступали «куратор» Ерофеев с братом своим и, конечно же, Гельман, у которого на мате построено вообще все опекаемое им «искусство». Когда им робко возражали, они говорили прямо, как некий Пирогов в «Независимой газете»: «Пресловутые basic values являются последним прибежищем идиотов» и сворой травили несогласных с ними, как было с «Идущими вместе».

Почему они так защищали и защищают мат? Не потому, что это «язык народа» - плевали они на народ, он для них «козлы» (Лимонов), «быдло» (Быков), «анчоусы» (Лытынина). Дело в том, что кроме мата им просто нечего было предъявить обществу. Хотелось материться и не хотелось за это отвечать. А для решения этой задачи лучше всего поместить любую пакость в «культурное поле» и все, обременить ее несвойственными смыслами и оттенками. Какое-то время это срабатывало, многим наивным людям казалось, что за этим матом со страниц или со сцены что-то есть, что он как-то оправдан, что это и правда смело и свежо. Но вот прошло почти 20 лет, а они все матерятся и матерятся, а им все чаще задают вопросы: « а кроме мата что-то еще будет или это все?» А ничего нет и быть не может. Ни текстов, ни живописи, ни спектаклей. Ничего. Поэтому они стараются этих вопросов не замечать, ибо, лишившись своего права материться, они сразу лишатся кличек «журналист», «писатель», «режиссер», которые они себе сами и присвоили и умрут под забором, ибо лузеры даже Госдепу не нужны.

Сегодня мы наблюдаем процесс бесславного окончания их «свободы». И виноваты в деградации этого замечательного понятия, в превращении его в синоним непристойности и распущенности не депутаты и не Путин. Не некие обскуранты, ханжи, консерваторы, мракобесы (то есть поборники культуры). Виноваты они сами. Об этом несколько лет назад писал С.Рассадин: «В самом начале нашей перестройки прочитал, навсегда запомнив, строгое назидание четы американских славистов (ведь в ту пору считалось, что они умнее нас, ибо — свободнее): «До тех пор, пока повсеместно в магистральных журналах табу на мат не будет последовательно преодолено, повседневная жизнь во всей ее сложности будет по-прежнему подвергаться лакировке. Табу это можно будет считать сломлено окончательно лишь с публикацией в СССР полуавтобиографического романа Лимонова «Это я — Эдичка!»…» Преодолели — и как! Так что лимоновское сквернословие — словно фольклор младшеклассников. И что, свободнее стали? Первая волна постсоветской «свободной» словесности — в том числе далеко, далеко не худшей — аж захлебнулась, прошу прощения, спермой. (Стоит отметить, что отчаянный самиздат позднесоветской поры, чьи авторы готовились стать лагерниками или вынужденными эмигрантами, был, как правило, целомудрен. Другие заботы, что ли, владели, а не раскрепостившееся либидо?) А тут… Именно «это», как выражался сдержанный Хемингуэй (не потому ли, что был истинно чувствен?), показалось — не всем — наипервейшим аналогом освобождения… Мат или однообразные физиологизмы, без преград допускаемые в словесность, мало-помалу подменили, пожрали саму идею свободы. Раскрепощенности. Выматерился — как высморкался. Совершил акт словесного, скажем, эксгибиционизма — готово, доказал, что свободен». (Рассадин С. С приветом из Копенгагена // Новая газета. 2009. 10 августа).

Не менее точен был и В.Непомнящий: «Тоталитарная система была нашей благодетельницей. Все грехи и недостатки можно было списать на нее, нас самих из-за нее не было видно: сплошное "угнетение". А свобода - вещь страшная, безжалостная вещь. Она раздевает нас - и оставляет у всех на виду, какие есть, голенькими. И выходит - один срам. Идет срамная "культура" - и она не выносит соседства настоящей культуры, стремится, мародерски ее обобрав, да еще огадив, уравнять с собою, а еще лучше - осмеять и тем самым поставить ниже себя. Опять свобода раба: свобода напакостить на рояль или выкинуть его из окна, страстное желание стереть грань между высоким и подлым… Появились учителя, они учат нас этой свободе разрушения. Но я думаю, что в России это не пройдет. Не такая - при всей порче - наша порода. Так долго продолжаться не может, однажды настанет момент, когда Бог, по милосердию Своему, даст нам с вами увидеть ясно, в какую бездну позора и унижения уставились мы зачарованным взглядом,- и мы с вами задохнемся и взревем от ужаса и стыда, и всю эту отраву извергнем и изблюем, и снова станем самими собою. Не могу не верить, что в России так будет рано или поздно. Слишком уж многое в судьбах мира от этого зависит. Вот только детей жалко». (В.Непомнящий. С веселым призраком свободы. http://www.pagez.ru/olb/134_13.php) Министерству культуры бы почитать и Рассадина и Непомнящего, прежде чем, защищая мат, рассуждать о «произведениях культуры, изначально обладающих условностью».
Вот и изблевываем. Наконец-то восстанавливаем подлинную свободу. Свободного чистого правильного слова. Свободу языка и личности. И хорошо, что депутаты помогают.

ТРУС

Активные борцы с законом «Димы Яковлева», законом, защищающем наших детей, борцы за права американцев убивать и истязать наших детей, получили еще один тяжелый удар. Т.н. «посол США» (а на самом деле специалист по оранжевым переворотам) Макфол отказался идти в Государственную Думу и отвечать на неприятные вопросы о гибели российских детей в США. «Посол Макфол не собирается участвовать в обсуждениях этой ситуации в Госдуме», - цитирует «Интерфакс» представителя посольства США в Москве. http://www.newsru.com/russia/20feb2013/nomcfaul.html

Конечно, что там обсуждать? Ну, погиб ребенок, эка невидаль в США. Там вообще каждые пять часов от жесткого обращения или небрежного отношения умирает один ребёнок (в 2009 году погибло минимум 1770 детей, а максимум 2500). ru-politics.livejournal.com. Так что идти в Думу, действительно, незачем. Если после гибели каждого ребенка ходить, то лучше в Думе просто поселиться. А вот если бы Макфола вызвали обсудить трагическую судьбу Навального или Яшина, он бы на следующий день стоял бы у дверей Думы за полчаса до их открытия, можете поверить без честного слова. Это же сам Яшин, а не какой-то Максим Кузьмин. Вспомним такого же «посла» Великобритании Брентона, который с удовольствием посещал какие-то полузакрытые сборища оппозиции. А здесь Госдума…

Нельзя трусить так открыто, тем более послу «великих демократических и свободных США». Уж лучше пережить несколько неприятных минут, честно ответить на вопросы, но не прятаться. С другой стороны, нельзя не сознавать, что Макфолу просто нечего сказать. Он, как все знают, не дипломат, а провокатор и миссия, когда его назначали, была у него совсем другая. Он просто не знает, как вести себя в подобного рода ситуациях, ибо США привыкли наступать, подчинять и милостиво принимать капитуляции. А когда надо отвечать за преступления, когда просто надо отвечать, то представитель США Макфол начинает прятаться. Его этому не учили. Он не знает, что теперь делать.

Но спасибо и на этом. Теперь все открыто увидели, кто виноват в том, что произошло. Невиновные обычно приходят, возмущаются, опровергают, отстаивают свое доброе имя. Им нечего скрывать. Преступники трусливо прячутся. Авось пронесет.
Не пронесет.

БРЕД

Проханов выступает на «Эхе». Рассказывает о метеорите: «В Древней Руси метеориты называли «христовы камни»… И вот эти камушки, которые они находили, они очень бережно хранили, растирали в мелкий порошок и замешивали в пироги, в блины и съедали для того, чтобы приобщиться к вот этим летящим с неба вестям. Там же, ведь, Аркаим – это такая таинственная матка, откуда вышли арийцы. Чуть севернее Ганина Яма, где почил или куда ушли трагически остатки царя. Там же ельцинский университет, откуда он возник, его родина».
Глядя на ЭТО, понимаешь, что нет уже ни слез, ни смеха, одна только горькая, брезгливая жалость, как к уличной дворняге, которую переехало трамваем.

Надо ли говорить о том, что в Древней Руси метеориты никогда не называли «христовы камни» (нет ни одного свидетельства об этом), тем более не растирали в порошок (попробуйте железный метеорит растереть в порошок) и уж тем более не ели. Видимо, Проханов спутал людей из Древней Руси с курами. Арийцы (лишь по некоторым данным) вышли из Индии, но не из Аркаима, и в целом арийцы, царь Николай и Борис Ельцин это, мягко говоря, не одно и то же. Кроме того, остатки обычно лежат в помойке, а в Ганиной Яме лежали останки. Доказывать все это, спорить – это не уважать себя.

Он болен тифом? Контузия? Ему долго капали водой на макушку? Или надевали кожаную шапку? Начитался журнала «Ярбух фюр психоаналитик унд психопатологик»? Вроде бы нет.
Тогда откуда этот самый настоящий бред, тиражируемый, как всегда, антироссийским «Эхом Москвы»? Из каких пятых измерений?

Но и это не все. Изумителен финал:
«И я думаю, что челябинские люди, которые уже оправились от этого удара, от этой вспышки, от разбитых стекол, они сейчас сотнями или тысячами бродят по окрестностям озера, тайно спускаются туда, вылавливают эти камушки, тщательно их растирают и сейчас сидят там по домам, по лабораториям, по конторам, по гарнизонам, замешивают их в тесто и жуют, жуют, жуют».
В астрономии это называется "гравитационный коллапс".

Распишитесь в получении, челябинцы.

Для чего его держат среди здоровых? Почему его не проверяют, как положено, два раза в год – весной и осенью в специально приспособленных для таких, как он, помещениях, где мебель привинчена к полу, а комфортабельная одежда имеет удобные рукава, завязывающиеся на спине?
Может ли хоть кто-то это объяснить?