June 11th, 2013

ОБРАЗОВАНИЕ БЕЗ ОБРАЗА

22
Не проходит и дня, чтобы не сообщили, что очередные результаты ЕГЭ утекли в Интернет. Сливателей ловят и карают, показывая всем, что надо жить честно. Тем самым повышают качество абитуриентов, заботятся об уровне знаний и высоте планки, а те немногочисленные трудности, которые встречаются, преодолеваются легко, естественным путем. Непосвященному человеку может показаться, что все это именно так и есть. На самом деле трудно даже себе представить, какая непреодолимая, пугающей глубины, пропасть отделяет эту схему от реальной жизни.

Если не прикидываться, то эта схема, на самом деле, напоминает финал рассказа Чехова «Учитель»: «Придя домой, Сысоев прежде всего погляделся в зеркало. «Конечно, напрасно я там разревелся! - думал он, глядя на свои глаза с темными кругами и на впалые щеки. - Сегодня у меня цвет лица гораздо лучше, чем вчера. У меня малокровие и катар желудка, а кашель у меня желудочный». Успокоившись на этом, он медленно разделся и долго чистил веничком свою черную пару, потом старательно сложил ее и запер в комод… А в это время … в соседней комнате сидел земский врач и шёпотом говорил его жене, что не следовало бы отпускать на обед человека, которому осталось жить, по-видимому, не более недели».

На фоне того, что на самом деле представляет собой т.н. «образование» (как среднее, так и высшее), появление результатов ЕГЭ в сети имеет вид, как говорил О.Бендер «невинной детской игры в крысу», того самого «желудочного кашля». Какие задачи решает сегодня школа? Их две. Первая – убирает как минимум на полдня детей и подростков с улиц и из подъездов. Да и то не всех – раньше в первой половине буднего дня встретить на улице тех и других было просто невозможно. Сейчас – сколько угодно. Еду в метро, собираюсь выходить. Впереди, передо мной, у двери, три девушки. Две с непередаваемой иронией спрашивают третью: «Ну, ты в школе то была?» «Была», - горько отвечает вопрошаемая. Первые две (с трудом сдерживая смех): «Ну, и как там?» Теперь задачка на сообразительность. Вопрос: «Выгонят ли из школы первых двух за то, что они превратились для школы в отвлеченную реальность»? Правильный ответ: «Ни в коем случае!» Во-первых, им некуда идти без аттестата, ибо социализация безаттестатных людей у нас отсутствует. Во-вторых, школу нахлобучат из-за того, что не смогла раздуть в них искру интереса к знаниям. В-третьих, выгнать в итоге придется треть школы, а то и больше, особенно если приплюсовать сюда тех, кто школу посещает, но все равно не учится. И, в четвертых, они вместе с родителями, почуяв беду, такого рака испекут школе и педагогам в судах, газетах и «Вконтакте», что живые позавидуют мертвым.

Вторая. Школа не дает образования. Образование это создание образа, то есть это интеллект плюс сердце, тренировка ума и воспитание души. Сегодня в школе не учатся, ибо учение это сложный и многоплановый процесс. В школе, как в бурсе Помяловского, учат. Учат даты и имена, чтобы попасть в ответы ЕГЭ. То есть вторая задача школы сегодня – натаскивать. То есть школа превратилась в огромную репетиторскую сеть. В результате побеждают самые усидчивые, самые дрессированные и натасканные, а не самые умные. Последние два года (то есть два решающих класса) превращаются в непрерывный кошмар подготовки к ЕГЭ и к поступлению в ВУЗ путем бесконечного тестирования – самой примитивной и пагубной формы проверки знаний. В результате понятия «анализ», «синтез», «сопоставление», «сравнение» выводятся из процесса обучения полностью. Как только задается вопрос, лицо подследственного багровеет и раздается легкий скрип мозгов – в закромах памяти усиленно ищется выученный правильный ответ. И если правильный ответ оказывается неправильным, происходит «землетрясение в Нурланде», начинается паника, включается метод «тыка», подкрепленный тем выражением лица, которое, вероятно, бывает у лабораторной мыши, которую уложили на стол вивисектора.
Итак, прячут и натаскивают. Воспитание же вообще выведено за скобки современного процесса «образования». Нет никаких централизованных программ, задач и пр. Мало того, за тем, чтобы никто никого, Боже упаси, не воспитывал, бдительно следит множество людей и организаций. Попробуй учитель скажи что-нибудь хорошее о Путине, о стране (особенно советской) и тут же раздастся негодующий крик «правозащитников», «журналистов», «оппозиции», «сети» в целом. А то фрагментарное «воспитание», которое все-таки происходит, как правило, плод самодеятельности тех или иных педагогов и хорошо, если эти педагоги пару лет назад не посещали анпиловские «цепочки» на площади Революции и не апологеты Проханова или Жириновского.

В это же самое время главная задача школьника – отсидеть десять лет от звонка до звонка и за это поступить в ВУЗ, где мотать еще пять. Для чего поступать в ВУЗ, не знает почти никто, ибо целью стало само поступление, а не обучение. Не случайно раньше документы подавались в десятки ВУЗов одновременно. Сегодня происходит то же самое, только количество ВУЗов, в которые можно подать документы, искусственно сокращено. Но тенденция никуда не делась. Каждый сентябрь на первой лекции задаю вопрос: «для чего вы пришли в ВУЗ?» Большая часть молчит, из оставшейся меньшей части еще две трети несут бессмыслицы «получить образование», «больше узнать», «стать образованным человеком» и так до бесконечности. Более или менее внятно отвечают на вопрос единицы и то среди них всегда есть те, кто пришел на данную специальность под влиянием последних возрастных увлечений какой-то личностью или исторической реконструкцией или неким сюжетом. Как правило, данное увлечение в течение года проходит и данный персонаж благополучно присоединяется к тем, кто не знает, зачем пришел в ВУЗ.

Но вот все-таки человек поступил. Уровень школьных знаний нередко остается на планке начальной школы, что очень чувствуется на первом курсе ВУЗа – каждый год все больше приходится заниматься элементарным ликбезом. Стало почти невозможным просто вскользь по ходу дела упомянуть для сравнения или сопоставления, например, Куликовскую битву или Крещение Руси, не погружаясь в подробности – нет никакой гарантии, что слушатели понимают, о чем идет речь. Привычка готовиться только по бесконечным «сборникам шпаргалок», «всей истории в кратком изложении», «пособиям для абитуриентов» не оставляет большинство студентов и в ВУЗе. Перед каждым экзаменом из всех сумок и рюкзаков торчат знакомые до боли обложки (ими же забиты после зачетов и экзаменов столы). А порой и просто школьные учебники, причем для 5-7 классов!

Сам процесс обучения для все большего числа студентов превращается в обременительную барщину, крепостные кряхтят, халтурят и смотрят на сторону. Прилежные отделываются от барина филькиными рефератами, более свободолюбивые занимаются отходничеством, появляясь лишь иногда, а наиболее деловые и обеспеченные переходят на «откупа» и платят оброк. Можно посмотреть на лица ближе к сессии и в сессию, на обмен мнениями в соцсетях и увидеть что угодно, кроме радости познания нового и восторга от научного творчества. Хором проклинаются курсовые и дипломы, от которых надо избавиться любой ценой, выдумываются способы безболезненной сдачи, поскольку это мешает хорошо жить. Человек решил главную задачу – поступил, а задачи учиться не было. Теперь он заслуженно хочет спокойно пожить, и в этот самый момент приходит некто, кто начинает от него требовать какие то работы, посещения, сдачи и отчеты. То есть мешает жить. Дальше возникает задача любой ценой устранить препятствие и отдыхать дальше. Отсюда все – от шпаргалок, до взяток, уговоров и визитов родителей в ВУЗы на старших курсах (как в школе).

Это одна сторона. Другая – преподаватели и качество преподавания (прежде всего ВУЗов). На одном ее полюсе которой огромный возрастной разрыв между аудиторией и преподавателем (как говорил С.П.Капица: «В мое время отцы преподавали детям, сегодня деды преподают внукам»). А на другом отставание такого преподавателя от жизни повседневной и научной, отражающееся как в неосведомленности в новостях науки, так и в отсутствии такого преподавателя там, где находятся все его студенты. В Интернете. Ученые труды многих преподавателей такого рода отличаются отсутствием актуальности и «научной стариной» подходов, а нередко и узостью рассматриваемого вопроса, если вообще в рассмотрении вопроса есть хоть какой-то смысл. Многие работы вызывают в памяти для начала Степана Трофимовича Верховенского, «защитившего блестящую диссертацию о возникшем было гражданском и ганаеатическом значении немецкого города Ганау, в эпоху между 1413 и 1428 годами, а вместе с тем и о тех обстоятельствах и неясных причинах, почему это значение совсем не состоялось». Список публикаций очень многих исчерпывается исключительно «методическими указаниями» и «краткими учебными пособиями» тиражом 20 экземпляров и используемых в радиусе кафедры. Все это вместе серьезно сказывается на научном и просто человеческом авторитете преподавателя и углубляет и без того значительную пропасть между ним и аудиторией. А также неизбежно приводит к тому, что общий уровень преподавания падает и в результате этого обмеления потока отдельные «несговорчивые», принципиальные, хорошие преподаватели-специалисты становятся сектантами, формалистами, обнажившимися корягами, торчащими в русле, за которые на время цепляется мусор, спокойно, «непостыдно и мирно» плывущий по течению, а затем продолжает свой путь. Стирается разница между отличником и двоечником – оба исправно сдают сессии. То есть воскресает советская уравниловка в худшем виде, отягощенная еще и тем, что тех, кто на коммерческом отделении, принято беречь, не кантовать и с горки не спускать, и они это прекрасно знают. А дальше «пускай работает железная пила, не для работы меня мама родила». Железная пила – это тот самый отличник, сначала разбившийся в лепешку при поступлении, а сегодня вгрызающийся в науку и погибающий на сессиях – с кого-то же надо драть три шкуры за него и за того парня, чтобы создавать видимость серьезного подхода.

Кроме того, опять же, нет четкого определения и понимания цели обучения. К чему стремится преподаватель? Информировать? Учить? Воспитывать? Слово «воспитание» (как и «патриотизм»), как уже говорилось, благодаря либералам в 1990-е превратилось в жупел, напрямую соединившись с порабощением интеллекта, ограничением личной свободы, «навязыванием чуждых точек зрения» и этим изрядно обветшавшим, но еще держащимся жупелом, продолжают пугать и сегодня. Что касается «учить», то еще не выветрилась модная в 1990-е (и поддерживаемая известными педагогами) теория, что учить не надо – надо вывалить кучу фактов, а разбираются пусть сами. Что фактически означает, что учить (то есть объяснять связи между фактами и делать правильные для кого-то выводы) будет кто-то другой.

Наконец, происходит выпуск. Каждый год мне рассказывают, на каком уровне в разных ВУЗах происходит сдача госэкзаменов и это уже не смешно. Люди на полном серьезе не могут решить уравнение из школьного курса, не слышали об Ильфе и Петрове, не знают, когда день Победы. То есть происходит катастрофа. Но можно ли после этого не дать диплом полному дегенерату? Нельзя никак. По крайней мере, мне о таких случаях неизвестно. Ибо не дать диплом придется многим. А это значит признать то, что ВУЗ или факультет или кафедру пора закрывать за профнепригодность. Иными словами, все эти госы, дипломы и пр. это ритуальная пляска, которая исполняется по традиции и является необходимой частью инициации выпускника. Все.

Что происходит дальше - понятно. Почти никто не работает по специальности. ВУЗы этим практически не занимаются (кое-где это уже делается, например в РУДН (См. http://www.rudn.ru/?pagec=3797), но это капля в море) и выпускники в большинстве своем трудоустроиться не могут по двум причинам. Первая – непонимание рынка. К сожалению, сегодняшняя система образования учитывает потребности рынка весьма относительно, открывая, например, новые специальности, но опять же, не заботясь о трудоустройстве. Хуже то, что очевидное отсутствие рынка все равно не может остановить производство, например, юристов и экономистов, которые продолжают выпекаться по одной простой причине «не закрывать же факультет… кафедру… направление», сгоряча открытые лет десять назад в медучилище. То есть товар изготавливается, невзирая на отсутствие спроса (как в СССР). Вторая причина – качество товара, которое мы видели выше. Поэтому сегодня любой начальник, директор, менеджер добывает новых сотрудников не в ВУЗе на выпускном вечере, а у знакомых и приятелей. То есть годами выпускается хлам, халтура, которая потом находит для себя тихую пристань в «Кофехаузе», «Евросети», менеджером, агентом и т.д., то есть там, где все по душе – и работа и зарплата. Но ведь этим они могли заниматься и без высшего образования? Как в известном анекдоте: «неужели царь-батюшка не разрешил бы тебе пирожками торговать?» Самое скверное, что большинство недовольных всем этим на самом деле очень довольны происходящим. Одни платят, другие получают, одни делают вид, что учат, другие – что учатся и все вместе дружно костерят взяточников и прогнившую систему образования, ничего не дающую, а только отнимающую деньги и время.

… А нам говорят, что результаты ЕГЭ в сети это очень страшно и плохо…
.

СЪЕЗД

352049

В Москве проходит съезд Общероссийского народного фронта (ОНФ) - добровольного объединения общественных организаций, политических партий и граждан. ОНФ создавался, как центр, способствующий решению актуальных общественных и политических проблем, начиная от коррупции и заканчивая проблемами образования. Инициатором создания ОНФ был В.Путин, он же сегодня является главой его координационного совета (руководитель штаба ОНФ – В.Володин, первый заместитель руководителя администрации президента РФ). Напомним, что ОНФ - надпартийная структура без развернутого административного аппарата и какой-либо "лидирующей или правящей силы". Сегодня в ОНФ входят представители сотен различных общественных организаций, объединяющих в себе как ветеранов афганской войны, так и студентов.

Согласно опросу ВЦИОМ (цит. по: http://krispotupchik.livejournal.com/510531.html), более 70% россиян считают, что Общероссийский народный фронт должен информировать президента о том, что действительно происходит в стране, и осуществлять народный контроль за исполнением указов главы государства. При этом только 40% респондентов полагают, что ОНФ должен зарегистрироваться в качестве партии и участвовать в выборах, такие данные приводит ВЦИОМ. Также согласно опросу, за последние два месяца уровень информированности об ОНФ вырос с 47% до 56%. Наиболее информированы респонденты с высоким уровнем образования (61%), опрошенные в возрасте от 45 до 59 лет (63%), москвичи и петербуржцы, а также жители городов-миллионников (по 61%).

"Основное, чем, по мнению осведомленных о деятельности ОНФ россиян, должен заниматься Общероссийский народный фронт — это доносить до президента информацию о том, что действительно происходит в стране, а также осуществлять народный контроль за исполнением указов президента (73%, и 71% соответственно). Также немало сторонников позиции, что Фронту важно организовывать встречи с общественностью, трудовыми коллективами для обсуждения ключевых проблем поиска решений (69%), говорится в пресс-релизе ВЦИОМ. 57% россиян полагают, что ОНФ должен заниматься разработкой новых законопроектов и добиваться их рассмотрения, принятия в Госдуме.

Сегодня у ОНФ есть реальная возможность, опираясь на представителей регионов и самых разных общественных структур, разрабатывать и предлагать государству решения различных проблем, а также контролировать их исполнение. ОНФ это возможность для «сочувствующих» (то есть не желающих связывать себя с какими-либо партиями) принимать участие в политической жизни страны. Однако для того, чтобы это участие было действенным, ОНФ необходимо наделить серьезными полномочиями, рекомендации и ли замечания ОНФ должны в обязательном порядке приниматься к исполнению, иначе в центре, а особенно, на местах главным действующим лицом все равно останется чиновник. И хорошо если только чиновник, а не обычный работник собеса.