June 29th, 2013

ВЫНУЖДЕННОЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ

Я рад, что отец Андрей Кураев не изменяет себе и по-прежнему пользуется старой методикой – вырвать из контекста кусочек, преподнести его как основную мысль и ждать ботов, которые доругают за него оппонента. К этому уже пришлось привыкнуть, что не избавляет нас от необходимости еще раз уточнить свою позицию в связи со статьей «Выводы» (http://boris-yakemenko.livejournal.com/355096.html), ибо не все читают первоисточник. А смысл статьи в следующем. Опасны внешние скандалы вокруг Церкви (типа шпаны, по Кураеву «примеряющей мученические венцы», приведенной в статье просто к слову), но еще опаснее внутренние. И нужно делать все возможное, чтобы выводы из этих трагических случаев делались самые серьезные.

А теперь два момента, меня в тексте Кураева удивившие (хотя привык я ко многому, но, видимо, не ко всему). Для начала радостный перепев оппозиционного штампа, что «звезда "Наших" закатилась». Закатывается она вручную оппозицией уже года четыре, да все никак не закатится. А потом констатация того, ради чего весь текст и создавался. Яркого, но старого тезиса о «ставке на беспощадную роскошь» в Церкви. Не знаю, есть ли щадящая роскошь? Скромная? Пошлая есть, знаем по Ильфу и Петрову. Понятно, что это красивая фраза и видны отчетливо пушкинские истоки этой оригинальности. Не будем грызть эту кость, кинутую отцом протодиаконом, в который раз, ненавистникам Церкви. Просто хотелось бы, коли уж отец протодиакон заговорил об этом сам, напомнить всего лишь о том весьма значительном участии, которое довольно долго принимало движение «Наши» в почтенном отце протодиаконе. И подробности этого участия столь… Впрочем, не будем из деликатности умножать число оппонентов отца Андрея. Просто хотелось бы, чтобы в следующий раз, когда будет готова сорваться с его уст фраза о «роскоши» или «стяжательстве» кого-то в Церкви, он на минуту вспомнит эти подробности … и дальше, как в «Видении Исайи» (XII в.) пусть «очи же его бѣашете отвьрьстѣ, уста же затворена».

А теперь о фрагменте, меня поразившем. Об удовлетворительной констатации (активно поддержанной в его лентах) факта, что «истончается слой «симпатизантов»» (дальше этот тезис вяло развивается.
http://diak-kuraev.livejournal.com/490598.html). Дескать, уходят те, кто и так толком не приходил, а лишь симпатизировал, а зачем они такие нужны. Пусть идут. А в храмах народу меньше не стало, так что все в порядке.
То, что стало меньше (не в каждом, разумеется), подтверждают не только мои беседы, но и комментарии. И нет в этом трагедии – нужно просто теперь задуматься, как вернуть людей. Но дело не в этом. Отец Андрей не имел права произнести эту фразу, ибо она приговор любому человеку, претендующему на роль миссионера. Ибо эти самые «симпатизанты» (словечко-то какое выдумалось. Распишитесь в получении) и требуют самого большого внимания и участия. Они колеблются, они не определились, у них множество вопросов, их можно спугнуть одним словом, одним движением.

Вспоминаю в связи с этим акцию «Пригвозди свой грех» на Пушкинской площади. Надо было написать свои грехи на бумажке и «пригвоздить» их к столбу, после чего с человеком шла разъяснительная беседа о Таинстве Покаяния и его необходимости. Люди довольно охотно принимали в акции участие. Вдруг я заметил человека зрелых лет, хорошо одетого, с портфелем (?) или папкой, который некоторое время наблюдал, потом подошел, потом отошел, потом вновь подошел явно смущенный, видно, боясь насмешек, и тихо спросил, что надо делать? Я объяснил. Он быстро перевернул листовку, которую держал в руках и начал писать на чистой стороне. На листовке был изображен храм и я, не желая, чтобы храм был приколочен гвоздем к столбу и продырявлен, попросил его подождать, пока мы принесем лист бумаги. Он смутился, затоптался … и, сунув листок в карман, быстро пошел в переход. И до сих пор мне очень горько вспоминать этот случай. Пусть бы он написал и прибил, возможно, это помогло бы ему что-то изменить в своей жизни. А он ушел. Оттого, что я захотел соблюсти формальность.

Таких тысячи. Которые стоят на пороге Церкви, смущаются, топчутся «у врат Царства», но боятся войти. Вспомним хрестоматийный случай, когда Толстой стоял в Оптиной пустыни у кельи старца Иосифа и так и не вошел, а старец не позвал, считая, что войти он должен сам. Чем это кончилось, все знают. Сейчас, особенно сейчас, когда все работает на разобщение человека с культурой, Богом, с самим собой, нужно звать, нужно вводить за руку. «Пойди по дорогам и изгородям и убеди придти, чтобы наполнился дом мой» (Лк. 14:23). Ибо те, кто уже пришел, скорее всего, не уйдут. А если не придут новые, то опять возникнет «Церковь бабушек».

Кстати, это понимали даже в Киевской Руси. Специалисты обратили внимание на странные, несвойственные византийской архитектуре, открытые галереи Десятинной церкви, а также огромный притвор. Объяснить такое отступление от канонов стало возможным только одним – все это было для тех самых «симпатизантов» - новообращенных язычников. Одни уже были готовы войти в храм и стояли в притворе, который должен был вместить всех. А другие, еще боявшиеся войти под крышу (языческие капища открыты в небо), могли стоять у стены храма под крышей галереи. Вроде бы в храме, а вроде и нет. Один шаг – и ты вышел. Мастера Владимирской Руси переводили на образный язык, понятный «симпатизантам», внутреннюю роспись храма внешней настенной резьбой, в которой преобладали природные мотивы, мотивы стихии, привычной для язычника. И никто не говорил: «Ничего. Истончится слой, не страшно. Кое-кто то уже все же ходит. На наш век хватит».

Они, 1000 лет назад, в XI-XII веках понимали. Отец протодиакон в XXI веке понимать отказывается. То, что личная катастрофа непременно приведет к профессиональной, было вполне ожидаемо. Это происходит на наших глазах. И об этом уже приходилось писать подробно (http://boris-yakemenko.livejournal.com/211578.html. http://boris-yakemenko.livejournal.com/218361.html). Жаль, что эти тезисы не просто остаются, но делаются еще более актуальны.

В заключение нужно обратить внимание на то, кто опять стал союзником отца Андрея Кураева. Навальный, тут же сделавший перепост, солдатовское «Кредо ру», «Эхо Москвы». Они мгновенно чуют своего, их не проведешь. Его союзниками также были Гельман, Бакушинская и т.д. Знаковая компания. Потому что речь в тексте, помимо всего прочего, идет, как обычно, о политике. Оппозиционной политике и Навальный с компанией чуют это сразу (а в ЖЖ орудует «свора поддержки»). Зацепил «Наших» - уже наш. Их. Но закончить хотелось бы иначе – пожеланием, чтобы отец Андрей, переставший производить яркие тексты, писать книги, адекватно выступать, вернулся в свой истинный образ. Миссионера и просветителя. Пусть Господь поможет ему в этом.