July 19th, 2013

ВЫСТАВОЧНАЯ ОППОЗИЦИЯ

В заурядном суде над «проектом Навальный», обычным жуликом весьма невысокого полета, каких сегодня тысячи, начали твориться форменные чудеса.

«Представитель прокуратуры подал апелляцию на арест Алексея Навального и Петра Офицерова в зале суда, сообщает корреспондент «Ленты.ру». В Генпрокуратуре, как сообщает РИА Новости, подтвердили, что обвинение просит изменить Навальному и Офицерову меру пресечения на подписку о невыезде». http://lenta.ru/news/2013/07/18/appeal/

«Факт, не имеющий прецедента», как говорила Серна Михайловна, секретарша незабвенного руководителя «Геркулеса», товарища Полыхаева. «Не могу припомнить ни одного аналогичного случая, - пишет Кристина Потупчик, - чтобы прокуратура (!!!) просила не арестовывать осужденных. И уж если прокуратора внесла такое прошение, то все это начинает выглядеть как очень красивая кремлевская многоходовка. Что сейчас будет? Навального, конечно, выпустят под подписку. А потом, конечно, выпустят по апелляции — будет условный срок, к бабке не ходи. Более того, это красиво легитимизирует московские выборы. Приговор и вся эту шумиха добавили Навальному 3-5 процентов, но даже с этими голосами он не наберет и десятки, а значит, победа Собянина будет настолько же честной, насколько и впечатляющей — в конце концов, раскатать на выборах катком лидера оппозиции — это что-то да значит, и разгром Навального Собяниным теперь выглядит совершенно неизбежным. Право, если бы такой комбинации не случилось бы, ее стоило бы придумать». http://krispotupchik.livejournal.com/522432.html

Все правильно. Уже неоднократно приходилось говорить, что власти «проект Навальный» не опасен. Мало того, нужен. Ручная, карманная оппозиция, посиживающая со слабоумной улыбкой на кремлевских банкетах, томящаяся не в тюрьме, а в советах директоров государственных компаний и ни за что получающая там по миллиону прибавки в год, оппозиция предсказуемая, очевидная, ясная, как день, выведенная словно по циркулю, безусловно, нужнее здесь, нежели в тюрьме. Польза от нее очевиднейшая. Для начала «проект Навальный» согнал с поляны тех, кто власти изрядно надоел – фюрера Лимонова, всяких Немцовых-Касьяновых-Каспаровых-Рыжковых, которых, как видим, больше нет. Затем он своим оранием и трескотней успешно способствовал приходу к власти Путина. Затем «проект Навальный» хождением по бульварам, хихиканьем, полной беспрограммностью и бессмысленностью по партизански пустил под откос белоудавочных, которые превратились в клоунов и символ маргинальной обочины политического процесса. Самый первый «болотный состав» протестной сцены сегодня труднее собрать, чем собрать состав Led Zeppelin или Abba для концерта. Нет Чириковой, Собчак, Доброхотова, Акунина нет, продавшегося за полмиллиона Быкова нет… Фонтан на Пушкинской иссяк, залезть некуда. А теперь «проект Навальный» нужен на выборах мэра, чтобы никто не трещал потом, что они нелегитимны. Скоро «проекту Навальный» надо будет объявления вешать «Легитимизация выборов. Ликвидация критики. Недорого. Гарантия 100%».

Кроме того, «проект Навальный» нужен и для иностранцев, как доказательство, что все нормально с правами и властями. Такие «свадебные оппозиционеры» были всегда, например, Евтушенко в СССР, который смело обличал власти, а затем, под хохот КГБ, удивительным образом выезжал в США и там обнимался с первыми лицами. Сегодня это «проект Навальный», который разве что стихов не пишет. Вот повздыхал провокатор Макфол и тут же раз – проект на свободе. Скоро Навального, как слона на ярмарку, будут специально возить по посольствам на машине с номерами АМР и мигалкой – вот, полюбуйтесь на непримиримую, несгибаемую, каждую минуту умирающую стоя вместо того, чтобы жить на коленях, потрогайте, пощупайте. Претензии снимаются и всем хорошо.

Ну и последнее. Вчерашняя выходка хилой группы поддержки «проекта Навальный» придает картине недостающую завершенность. Горста хипстеров, гадящая в центре Москвы и не дающая проехать обычным гражданам это настолько исчерпывающая иллюстрация к нехитрому лозунгу «мы здесь власть», что никаких пояснений и усилий комментаторов не требуется. Вылетели – нагадили – твиттернули – заинстграмились - умчались собирать лайки. Все. Виртуалы вообще на свободе не живут, чахнут, распадаются. Все это увидели лишний раз.
Так что «все идет по плану». Свободу «проекту Навальный». Он нам нужен здесь. Без него скучно.

P.S. "Пока создавалась статья, "проект Навальный" выскочил на свою свободу и дальше бороться за нашу и вашу.
Хахха, два раза. Что и требовалось доказать.

КРЕСТ АПОСТОЛА

Крест1

В Москву прибыла великая святыня – крест, на котором был распят Андрей Первозванный. Как известно, апостол Андрей Первозванный был распят в г. Патры на «косом» кресте, получившем его имя. В 357 году мощи апостола были перенесены военачальником Артемием из Патр в Константинополь в храм в честь святых апостолов, а в городе, где был распят апостол Андрей, было оставлено орудие его смерти - крест, а также глава апостола. Там крест находился более тысячи лет (упоминание о нем и его почитании в Патрах есть в «Стишном Прологе» Феодора Продрома XII в.), пережив нашествие крестоносцев.

В 1453 году пал Константинополь. Византийская империя рухнула. Один из роственников последнего византийского императора Фома Палеолог, взяв с собой крест апостола Андрея и его главу, бежал в Италию, оказался в Риме, где принял католицизм. Крест и глава апостола были положены в соборе святого Петра. Только в 1966 году, после многих испытаний, святыни вернулись в Патры, в Андреевский собор, где находятся и сейчас.

В Россию крест прибыл к празднованию 1025-летия Крещения Руси, поскольку именно апостол Андрей Первозванный побывал на территории будущего русского государства в первом веке нашей эры – в Скифии. «Повесть временных лет» доносит до нас подробности его пребывания в Скифии: «Когда Андрей учил в Синопе и прибыл в Корсунь, узнал он, что недалеко от Корсуни устье Днепра, и приплыл в устье днепровское, и оттуда отправился вверх по Днепру. И случилось так, что он пришел и стал под горами на берегу. И наутро встал и сказал бывшим с ним ученикам: „Видите ли горы эти? На этих горах воссияет благодать Божья, будет город великий (Киев), и воздвигнет Бог многие церкви». И взошел на горы эти, и благословил их, и поставил крест, и помолился Богу, и сошел с горы той, где после возник Киев, и отправился по Днепру вверх». Далее он побывал в Новгороде и оттуда направился в западные страны. Сегодня идут научные споры о возможности пребывания апостола Андрея в Скифии, ибо «Повесть Временных лет» - единственный источник, где говорится об этом. Однако археология среднего Поднепровья являет множество свидетельств о том, что уже в первые века нашей эры населявшие среднее течение Днепра народы имели прочные торговые связи с Римом, Азией, где как раз распространялось христианство. То есть христиане того времени могли оказываться в этих местах и свидетельствовать о своей вере.
Крест2
Святыню уже почли десятки тысяч людей. Нет сомнения, что сейчас развернется очередная антихристианская и антицерковная кампания. Вспомним, что людей, которые мужественно стояли на холоде сутками для того, чтобы несколько мгновений побыть рядом с Поясом Матери Божией, обзывали «подонками», «уродами», «скотами», «тупым быдлом» и многими другими словами и выражениями, на которые очень охоча и способна Интернет-биомасса. Думаю, сейчас мы это услышим в новой редакции. Причина такой реакции понятна, об этом уже приходилось говорить. Миллионы людей показывают всей этой тусовке, что в их жизни есть вещи, ради которых они готовы терпеть любую нужду и лишения. То есть у них есть понятие Истины, истинных ценностей. Поскольку истина (в отличие от всегда субъективной правды) это то, что «есть», что представляет собой реально существующую, объективную, непреходящую ценность. И за эти ценности они готовы страдать, а может даже и умирать, что для Интернет-тусовки, способной только анонимно гадить, является абсолютно непостижимым. То есть все эти люди самим фактом своего бытия угрожают существованию «уютных бложиков», «форумков» и прочих соцсетей по определению, поскольку мыслят реальными, понятными категориями. При этом проблема ненависти и отвращения к святыне и почитающим ее шире каждого конкретного случая. Здесь имеет место то, что Ханс-Магнус Энценсбергер определял, как «злоба к целому и неповрежденному, ненависть ко всему, что работает».
Крест
Что есть святыня, реликвия для христианина и правильно ли почитать ее? Напомним, что святыням не поклоняются, а святыни именно почитают. В 787 г. на VII Вселенском соборе был утвержден догмат об иконопочитании, в котором прямо сказано: «Елико бо часто чрез изображение на иконах видимы бывают, потолику взирающии на оныя подвизаемы бывают воспоминати и любити первообразных им, и чествовати их лобызанием и почитательным поклонением, не истинным, по вере нашей, Богопоклонением, еже подобает единому Божескому естеству, но почитанием по тому образу, якоже изображению честного и животворящего Креста и святому Евангелию и прочим святыням фимиамом и поставлением свечей честь воздается». Сакральная ценность любой реликвии состоит в том, что через реликвию человеку подается благодать Божия, через нее происходя чудеса и знамения. Не менее важно понимать, что стремление приложиться к святыне, побыть рядом с нею, среди прочих других мотивов, обусловлено следующим важным обстоятельством. Людям хочется быть ближе к тем, кто стоял у истоков христианства, прикоснуться к тому, к чему прикасалось тело святого, что «помнит» его страдания и последние минуты и через это прикосновение выразить свое благоговение. А тем, кто делает вид, что этого не понимает, нужно посоветовать выбросить из дома все, что напоминает покойных родственников. Их вещи, фотографии, ордена. Зачем это все? В памяти они замечательно сохранились, а остальное мишура.

В христианской истории святыни, реликвии играли огромную роль. Напомним, что почитание реликвий является существенным отличием христианства от других религий. Хотя почитание реликвий есть и в буддизме и позднем исламе, но как пишет Е.Бакалова «по масштабу, сущности и значению эти практики несопоставимы с тем, что можно наблюдать в христианской культуре». Вокруг святынь происходила консолидация общества, выстраивались государственные отношения, из-за них начинались грандиозные и трагические события. Можно вспомнить, что причиной Крымской войны, обернувшейся для России катастрофой, явилась передача ключей от главного входа в храм Гроба Господня в Иерусалиме от православным к католикам. Христианские святыни, хранившиеся в том или ином городе, государстве, являлись зримым символом того, что народ, владеющий святыней, является «избранным», знаком особого благоволения Бога или того или иного святого к тому или иному месту, к людям, собирающихся и живущих там, формировали национальное достоинство и национальную идею.

Не случайно в народе считалось, что не от человеческой воли зависит идти или не идти к святыне – она сама допускает до себя человека или же не допускает его и это должно стать причиной для того, чтобы серьезно задуматься о своем недостоинстве, исправить то, что возможно. Помню, как в Оптину пустынь, куда мы годами ездим со студентами, со мной ездил один парень, который затем увлекся мистикой, масонством, ударился в сомнительные «духовные искания» и ездить перестал. Монах, который нас ежегодно принимал и окормлял в Оптиной, заметил это и спросил, где он. Я ответил что-то вроде «не смог поехать, нет времени, занят». Монах подумал, покачал головой и вдруг сказал: «Нет. Это его старцы не пускают».

Для чего еще важна святыня, реликвия в наши дни, почему к ней идут? Как писал Герман Люббе, базовая особенность нашего времени есть «сокращение пребывания в настоящем». Т.е. прошлое отрывается от нас все больше и уходит все дальше, а горизонты будущего становится все ближе. Возникает ментальный, душевный (а нередко и духовный) разрыв между эпохой первохристианского мученичества и нашей эпохой, апостолы, мученики, святители становятся персонажами плоской черно-белой истории, а не объемной цветной жизни, исчезает чувство сопричастности их жизни и страданиям. Связь между настоящим и прошлым и восстанавливает святыня, ее физическое явление, возможность прикоснуться к ней, возможность особенно, обостренно важная в наш век визуальности. Ведь отличие изображения от текста, прежде всего в том, что изображение, то, что я вижу, не требует доказательств. Где-то когда-то две тысячи лет назад страдал и был распят апостол Андрей – и вот его крест, тот самый крест, в полуметре от человека становится опорой его умозрительной веры, тем самым «костылем духовности», о котором говорил П.Флоренский.

Кроме того, тысячелетний опыт свидетельствует, что все, что происходит вокруг великих святынь, никогда не бывает случайностью. Люди, припадая к святыне, проводя в очереди к ней, в дороге, часы и даже дни, являют объективную готовность ради святыни или святого (сейчас ли, потом – не важно) пожертвовать временем, благополучием, комфортом. То есть пожертвовать значительной частью жизненных составляющих. Не случайно в паломничество всегда стремились ходить пешком, по-простому, с молитвой, долгая дорога и дорожные трудности на пути к святыне становились символом сложного земного странствия, заканчивающегося у врат рая, Нового Иерусалима. Это прекрасно видно в замечательной книге «Откровенные рассказы странника своему духовному отцу». И идут они к святыне именно потому, что чувствуют, как через нее подается благодать, видят, как творятся чудеса, ибо если бы этого не было, никто бы не приходил.

Особенно радостно, что и сегодня на это способны сотни тысяч людей. И способны еще сотни тысяч других, которые просто не могут придти или приехать. Все они, с молитвой припадающие к святыне, отходящие от нее с радостью и светом на лицах, являются самым убедительным свидетельством того, что все усилия политиков-либералов, эстрадных пошляков, блогеров и прочих новообразований последнего двадцатилетия так и не смогли поколебать в основной массе людей их базовые ценности. Их готовность к жертве, если эта жертва оправдана, если она приносится ради прикосновения к подлинной святыне. Иными словами, к святыням приходит подлинная, настоящая Россия, настоящие люди.