October 12th, 2013

ЛОВКАЧИ

Правозащитные контактеры выдумали, по их мнению, очень ловкий и никому якобы не понятный ход, чтобы освободить из тюрем своих соратников и тех, кто им дорог и мил. Приурочивают к 20-летию принятия Конституции России амнистию вроде как для того, чтобы освободить людей, которые сидят за незначительные преступления. Однако СМИ обмануть не удалось и сейчас в новостных лентах обсуждаются не люди, укравшие что-то с прилавка, а исключительно болотные и шпана, плясавшая в храме Христа Спасителя. Адвокаты болотных прямо говорят: «амнистия должна в первую очередь коснуться всех фигурантов «болотного дела»».

В первую очередь. Все остальные уже сейчас в хвосте этой очереди. Им амнистии может и не хватить, но никто об этом не вспомнит. В сознании либералов и их передового авангарда «правозащитников» эти люди не существуют вообще, они «быдло», «чернь» (Быков) и «анчоусы» (подруга Быкова Латынина). Их только используют. Их использовали на Болотной и Сахарова, их использовали, когда впаривали опусы Акунина, Быкова и его детища, вышибалы «Прилипкина», их используют в опросах на антироссийских «Эхе Москвы» и в отхожем промысле американского посольства - «Новой газете». Их используют даже сейчас, даже сидящих в тюрьмах, всего лишь для того, чтобы, прикрывшись ими, освободить горстку тех, кто очень удачно решал задачи «правозащитников», но потом спалился и провалился.

А теперь зададимся простым вопросом. Если бы Толокно не сидела в тюрьме и не строчила под диктовку сожителя истерические письма, а строчила бы их обычная Маша Сидорова из Череповца или Рязани, приехали бы туда «правозащитники»? Поднялся бы шум об условиях содержания, рабочем дне и прочем?

Конечно же, нет!

Туда аккуратно бы направлялись из СПЧ вежливые болванки, где вписано только имя и дата: «Уважаемый (ая)…. Ваше обращение находится на рассмотрении… Сообщаем Вам…» и т.д. В общем, сцена из романа: «Сюда! Понимаете? В ящик. Шрайбен, шриб, гешрибен. Писать. Понимаете? Я пишу, ты пишешь, он пишет, она, оно пишет. … Мы, вы, они, оне пишут жалобы и кладут в сей ящик. И никто их не вынимает…»

А теперь перенесем этот вопрос в сегодняшний день. Если бы там не сидели их любимчики, все эти исполнители неудавшихся проектов по дискредитации нашей страны и власти, бились бы они за эту амнистию?

Конечно, нет!

Назовите хоть одного человека – обычного, ничем не примечательного, не болотного персонажа и не навального хомяка, самого простого работягу, поглощенного нашей пенитенциарной системой – права которого защитил «Совет по Правам Человека». Хоть одну старуху, которую замордовали в собесе? Хоть одного студента, которому не дают житья в ВУЗе? Такого человека нет по определению, хотя есть целый совет по его правам. Совет, в котором сидят отдельные люди с таким послужным списком, что в каком-нибудь сорок пятом, не стали бы даже собирать трибунал, а просто прислонили бы обладателя списка к овину и попросили постоять тихо, пока остальные на дистанцию отойдут. То есть, как в советском анекдоте, мы даже знаем имя того человека, тех немногих людей, по правам которых специализируется этот совет. Это совет по правам Толокна. И по правам Болотных. Проверить это просто – сказать, что эти люди освобождены не будут и попросить работать над амнистией дальше. Увидим сразу, что произойдет.

Потому что все остальные – так. К слову. К амнистии.