?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
ОЧЕРЕДНАЯ ЗАРПЛАТА
boris_yakemenko


Объявлены номинанты «литературной премии» (то есть тусовки для своих) «Большая книга». Эта т.н. «премия», на самом деле к настоящей русской литературе не имеющая никакого отношения, представляет собой хорошо отлаженную фабрику по выдуванию окололитературных пузырей. Фабрику, где все свои и куда люди с улицы просто не попадают хотя бы потому, что для того, чтобы попасть, нужно договориться о признании с теми, кто охраняет поляну, с Быковым, вышибалой Прилепиным и их спонсорами. Достаточно заглянуть в список. «Мастер литературной провокации», псевдоисторик Шаров, которого «критик» Топоров (приятель всех быковых) уже объявил «живым классиком». Букша, которая уже получила зарплату за верность постмодернизму в «Национальном бестселлере», а теперь доросла до следующей зарплаты в «Большой книге». Быков от нее в восторге, а это значит в тусовке признали. Разрешили. В восторге Быков и от Григоренко, поэтому он тоже должен помаячить в списках. Ну, конечно, еще два «живых классика», без которых теперь ничего не происходит (оба раскручены и разрешены Быковым и его спонсорами) – порнограф и извращенец Сорокин и ресторанный вышибала, графоман Прилепин. Чуда не произошло.

Механизм возникновения указанных выше пузырей хорошо описан Ильей Смирновым: «Начинается с того, что пузырь уравняли в правах с произведением, в которое действительно вложены профессионализм и талант. Вот ключевой момент и основная, самая трудная задача для заинтересованных товарищей. Сломать сопротивление профессионального сообщества. А дальше все пойдет само собой. Естественный (в данном случае, скорее, противоестественный) отбор установит иерархию, исходя из принципа экономии сил и средств. Зачем учиться живописи? Куда проще снять перед публикой штаны. Зачем по двадцать раз переписывать тексты как Лев Толстой или, например, как Александр Башлачев, если премии дают за косноязычную похабщину?.. производители суррогата активно и планомерно внедряют свою продукцию. Они координируют действия, невзирая на жанр, идеологическую вывеску и даже государственные границы. А «культурологи» научно окормляют всю эту деятельность и в любой момент готовы выдать экспертное заключение: господин участковый, не подумайте плохого, вот это вот - то, что вы хотите привлечь, - совсем не то, что вы видите собственными глазами, а известный деятель искусства. Какого? Мета-транс-пост-концептуального. Его, между прочим, в Оксфорде изучают. Индустрия пузырей связана с определенным социальным слоем. Мальчики, изрядно потрепанные и обрюзгшие, продолжают с подростковым задором "тусоваться" по дорогим кабакам. Два чувства определяют поведение этой "тусовки": 1. любовь к себе и 2. презрение к окружающему "населению". http://old.russ.ru/culture/textonly/20010516.html

То, что это не литература, а зачистка поляны под себя и проект по дискредитации классики и всего чистого и талантливого, говорить уже приходилось. Вкратце этот процесс выглядит так. В 1990-е годы завлабы, захватившие власть, назначили своих приятелей олигархами, финансистами и хозяевами недр. Им по бросовым ценам отдали то, что принадлежало всем. Чтобы оправдать грабеж, назначенцы назначили своих друзей и приятелей «владельцами» и «редакторами СМИ», а тех, кто к этой работе был непригоден, «писателями», «художниками», «деятелями культуры», которые начали переставлять все с ног на голову. Извращения начали именоваться «альтернативным взглядом», порнография «жесткой прозой», мат на стенах «современным искусством» и т.д. Таким образом, миллионы людей в короткое время были сбиты с толку и приведены в состояние необходимости свести концы с концами, то есть паралича. Таким образом, одна из целей была достигнута - людей лишили возможности сопротивляться.

Мат, графомания, порнография были объявлены важнейшим оружием в борьбе за свободу. А противником были объявлены запреты, мораль, стыд, атрибутированные как «ханжество» и «комплексы» и объясняемые как тяжелое наследие тоталитаризма. Кроме того, литературных назначенцев поставили населению «на кормление». То есть отныне все были обязаны исправно покупать их опусы, читая, непременно восхищаться и распространять восторги, а если что не нравится – молчать и не мешать. Любая попытка не согласиться с написанным назначенцами, осудить стиль, манеру изложения, сюжеты, язык и пр., а тем более заявить об этом публично отныне сразу истолковывалась, как попытка посягнуть на лучших людей, на свободу общества в целом, как стремление понизить уровень цивилизованности социума, попрать права гражданского общества.
Так приятели, соратники, друзья власть и деньги предержащих стали «писателями» и «поэтами» - Быков, Пригов, Сорокин, Ерофеев, Гришковец, Пелевин, Лимонов и пр. Когда последний одряхлел и стал выживать из ума, то, чтобы сомкнуть ряды, на его место сразу вдвинули вынутого из того же душного нацбольского подвала ресторанного вышибалу, отчаянно бездарного Прилепина и начали активно раздувать новое кадило.

Машина заработала. Поскольку дружеский круг «писателей», «композиторы» и пр. обслуживали идеологически и в рамках «культурки», сложившуюся систему, их издавали большими тиражами, вкладывали огромные деньги в рекламу и восторженные рецензии. Так к назначенным «деятелям культуры» добавились назначенные «деятели СМИ» и «политические деятели», которые отныне слушали, читали и обсуждали только друг друга. Это видно при самом общем взгляде даже сегодня. Для всех остальных, тех, кто за пределами круга, целый сонм специально нанятых критиков из «журналистов» и просто друзей круглосуточно вдалбливал, что это самое лучшее, что у нас есть в литературе, что это «новые классики» Толстые и Чеховы, что не они извращенцы – жизнь извращенная. Наконец были созданы те самые премии (то есть тринадцатые зарплаты), которыми дополнительно утверждалось величие назначенцев. Как уже говорилось, никакого отношения эти премии ни к литературе, ни к реальным заслугам назначенцев не имеют, просто друзья побогаче помогали друзьям победнее. Например, назначенная в «писательницы» Денежкина, которая писала, что «листья развевались на ветру», «сосиска выпадывала из батона», «я испугалась и все внизу напряглось», сразу же получила премию «национальный бестселлер». Быков от приятелей получил вообще все премии, которые было можно, а за ним и приятель приятеля Прилепин.

Указанная «премия» «Большая книга» есть лучшее доказательство всех изложенных выше тезисов. Посмотрим, как эта «премия»-зарплата работает. Сначала номинируют, но не дают, а начинают томить, тем самым привязывая к себе намертво. Вот и сейчас кто-то попадет, а кто-то нет, что означает, что не попавшие сейчас попадут в следующую. Это проверка. А проверяют вот что. Не сойдет ли кандидат с осей, правильно ли сделан выбор назначенца, верен ли хозяевам, не кусает ли кормящую руку и не кормится ли сразу с нескольких. Проходит год, другой, кандидат верен, тексты пекутся. Все сходится, значит, кандидатуру можно утверждать и выдавать зарплату. Так было, например, с дружком вышибалы Прилепина Водолазкиным – у него испытательный срок оказался три года, он честно его отработал и был вознагражден. А вот, например, Тихон Шевкунов со своими «Несвятыми святыми», у которых разошелся уже четвертый тираж, премий не получал и не получит. Он не свой.

Так что предприятие по производству пузырей отдыха не знает. При этом нельзя поддаваться на слова «премия», «писатели» и «литература». Все тексты вышибалы Прилепина, назначенца Быкова, извращенца Сорокина и всего этого «совместного предприятия» не литература вообще, а окололитературная слизь, оттенки которой различаются в зависимости от частоты употребления мата, физиологических актов, оппозиционных пассажей, количества страниц и близости к кабинету спонсора (как это делается и финансируется см: http://boris-yakemenko.livejournal.com/446733.html). Раскручивать кого-то, кто превосходит их по качеству и стилистике текста, это самоубийство, а им хочется, как говорил персонаж из «Вечного зова», «жить и жрать, причем жить как можно дольше, а жрать как можно слаще».

Но дело как раз не в этом. Пусть жрут. Проблема в другом. Во всех областях (политика, экономика и пр.) сегодня почти полностью удалось победить либеральное наследие 1990-х. В этих сферах либералы больше не определяют повестку дня и почти не влияют на принятие решений. Это открыло возможности для кадровых перемен и намного улучшило ситуацию в целом. Однако в сфере культуры (прежде всего, литературы) ситуация остается прежней. Назначенные олигархами и хозяевами прежней жизни «писателями» и «поэтами» маргиналы и откровенные графоманы – Быков, Прилепин, Шаргунов, Емелин, продолжают полностью занимать литературное поле, старательно защищая его от любой конкуренции. Именно они сегодня являются главной преградой на пути настоящей современной литературы, которая есть, но которую затаптывают все указанные выше фамилии.
И это недопустимо.

  • 1
Пусть дуют свои пузыри, нам-то что?

Там от этого не горячо не холодно.

А меня бесит, что бездари на слуху, а таланты пишут только для себя.

Таланты порой очень скрытны.

Таланты просто стесняются, а бездари выпячивают себя на всеобщий показ.

По моему люди должны сами уметь так сказать - отличать мух, от коклет

я об этом писал еще в десятом:
http://tessey.livejournal.com/216297.html

Согласен. Я просто уточнил детали)

Годы идут, а ничего не меняется.

а ничего и не изменится! Так будет всегда.

Все в наших руках и если что то и кто может изменить то только мы

я думаю, что на это стоит обратить внимание ОНФу. Они -то точно разберутся.

Они в последнее время берутся за сложные задачи.

Сложности - это для них не помеха на пути к решению проблемы.

так и надо! Со сложностями надо бороться)

Для этого их и создавали

По крайней мере не у какой другой организации нет таких ресурсов

Поэтам в наше время практически невозможно пробиться в литературное сообщество.

не только поэтам. Всем творческим людям тяжело выйти на широкую аудиторию без связей.

вот так и погибают таланты среди официантов и прочих служащих.

хех)) и правда) Именно так и пропадают...

Новая книга Архимандрита Тихона (Шевкунова)


Графомания это конечно очень не хорошо, но лучше писать, чем не писать)

ну тут как сказать... можно по разному обдумывать этот вопрос!

  • 1