?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
ВОПРОС О ВОЙНЕ
boris_yakemenko
Нынешняя ситуация на захваченной США Украине, марионетки, бандитская власть, убийства гражданского населения, женщин и детей чтобы эту власть удержать, а также вся логика предшествующих краху Украины событий (Ливия, Ирак и т.д.) уже неоднократно ставили вопрос о возможности глобальной войны США с Россией. Вопрос этот не праздный и в любом случае требующий ответа. Так возможна она или нет?

Начать следует с главного вопроса. Для чего сегодня начинать войну? За что воевать? Основных, вроде бы лежащих на поверхности причин, три. Это борьба за рынки, борьба за право быть правым в своих идеях и первенство этих идей и, наконец, просто для того, чтобы России больше не было.

Формально все три причины отчасти верны. Но если присмотреться поближе, то глобальная, а не локальная война, сегодня уже не создает рынок, а уничтожает его. Так было в послевоенной Европе, которая не могла потреблять ничего и США, не пострадавшие в войне, начали гибнуть от затоваривания и роста бумажной денежной массы. И решить эту проблему удалось только с помощью плана Маршалла, выбросив избыток денег в Европу и привязав ее к доллару. Призыв французского либерала Ф.Гизо «Enrichissez-vous!» (Обогащайтесь») больше никого никуда не зовет, ибо от добра добра не ищут, западноевропейское общество находится на пределе своих потребительских возможностей, у людей есть все (кроме счастья) и поэтому заманивать их перспективой еще одной стиральной машины бессмысленно. Тем более, что в войне за эту машину можно вообще потерять все, что есть.

Что касается идей, то их у США просто нет, ибо разговоры об «американской исключительности» в духе «быть американцем означает, что остальной мир должен угождать мне» (http://slavkina.ru/?p=2812) являются не идеей, а одержимостью, за которую невозможно гибнуть. Сознательное низведение всех великих идей и произведений до уровня попсы, придание, по словам Г.Розенберга «китчу интеллектульного измерения», истребление великих произведений культуры их развлекательными версиями лишили США и в целом Запад способности выдвигать великие идеи. Кроме того, их стало не для кого выдвигать. Повторяя за М.Фуко тезис о «смерти человека», западноевропейский, а за ним отчасти и американский социум согласился с тем, что человека нет, а есть марионетка, приводимая в действие чем угодно. Этого самого «чего угодно» оказалось в избытке. Тем самым социум неизбежно согласился с отменой подлинных прав и свобод человека. Точнее, конкретные свободы были принесены в жертву абстрактной свободе «для трибунов и поэтов» (Гюсдорф), для «надписей на фронтонах общественных зданий» (Седийо). Эта абстрактная свобода быстро приняла формы дурно понятой толерантности и самой первобытной мифологии, создание и вирусное распространение которых совпало с активным развитием телевидения. Поэтому сегодня серьезные европейские интеллектуалы объясняют и толкуют то, что уже произошло, примиряют прошедшее с настоящим, испускают лучи разума равномерно на весь цифровой мир и читают умные лекции, но по ним сегодня никто не сверяет историческое время.

А поскольку нет идеи, нет духа, то и воевать становится не за что. Писатель и философ Ален (Эмиль Огюст Шартье) писал о том, что потрясения, революции (читай, войны) «происходят от имени духа и направлены против поваров». То есть война начинается не от имени человека, обиженного в химчистке или униженного в собесе, а от имени тех, кто устал от несправедливости мироустройства. Тех, кто себя первого сознает продуктом этой несправедливости, готов отречься от всего, что его связывает с прошлым во имя будущего. То есть война это неизбежная жертва. В нынешней ситуации именно повара не готовы жертвовать ничем вообще, а значит, не готовы и воевать. По мысли Й.Хейзинги, чувство превосходства (на котором можно строить завоевательную идею и стратегию) всегда основывалось на культуре. А если нет настоящей культуры, то нет и настоящего чувства превосходства.

Последняя причина вообще абстрактна, тем более, что России не может не быть, что понимают и в Америке. А если даже не минуту представить, что эта задача будет поставлена, то за «небытие России» придется заплатить собственным небытием. Не говоря уже о том, что опыт США последних десятилетий показывает, что никто не ввяжется в войну, не имея априорной уверенности в победе. Начинать же войну по принципу Наполеона «сначала ввязаться в серьезный бой, а потом будет видно» невозможно по причине того, что уровень разрушительности стратегических систем оружия не позволит сохранить локальный характер войны. Не случайно Г.Киссинджер аж в 1970-е годы уже заговорил о невозможности перевода военной силы в политическое влияние и этот тезис не утратил своей актуальности и сегодня. И ядерное сдерживание здесь вообще ни при чем. Кроме того, можно вспомнить, что США за последние двадцать лет полностью отменили правила игры, дипломатию, международное право, но не отменили пока мозги и здравый смысл. А это значит, что они понимают (особенно глядя на Путина в последние годы), что, случись чего-нибудь эдакое, их тоже начнут уничтожать без правил. То есть они стали заложниками своей собственной системы.

Что еще важно понимать, отвечая на поставленный выше вопрос? Вторая Мировая война (как и, отчасти, первая) случилась потому, что была накоплена огромная энергия людей и идей. Германия любой ценой желала не только реванша за Версаль, реванша, который предполагал не только стремительное возвращение к довоенной мощи Германии, но и движения дальше, к овладению всем цивилизованным миром. СССР рвался к новому, невиданному ранее миру всеобщего счастья и справедливости, решал задачи, которые даже и представить себе не мог и был готов к тому, что враждебное окружение так просто не сдастся. Та самая энергия, о которой говорилось выше, позволила Германии сначала овладеть Европой, а затем дойти до Москвы. А Советскому Союзу после войны едва не удалось сделать то же самое – сил дойти до Ла Манша хватило бы, если бы не США, активно собиравшие в Европе урожай, который не сеяли, и недвусмысленно намекнувшие Хиросимой и Нагасаки на третью Мировую, если мы не остановимся. Американский исследователь М.Шерри писал о том, что в конце 1945 г. Объединенный разведывательный комитет США наметил 20 советских городов в качестве объектов «пригодных для атомной бомбардировки». Сегодня нет, как сказал бы Станиславский, «сверхзадачи», сверхидеи, нет энергии, необходимой для войны – она вся растрачена в восстановлении после либерального геноцида (в России) и в раздумьях о том, что бы еще купить во время шопинга и как сохранить деньги (в США и Европе).

Именно стремление к комфорту убило энергию, которая могла бы выплеснуться в войне. Кроме того, для войны нужны искренние чувства. Ненависть, злоба, отчаянное желание выжить, любовь к Родине и к близким. Но сегодня, благодаря тому же комфорту и опопсению современной культуры, искренних и сильных чувств просто не осталось. Радость, высокое чувство, в общественном сознании уступила место удовольствию и огромное количество людей, многократно испытывавших удовольствие, не только почти не испытывают радости, но и не стремятся к ней. Точно так же не ищут любви (вернее в ней идут только удовольствия), а разучившись любить, разучились и ненавидеть. Поэтому нет стимула воевать, ибо в самый решительный момент победит не враг, а одолеет собственная трусость, боязнь потерять тот самый комфорт. Кстати, в этом ключе хорошо понятна роль США в развязывании гражданской войны на Украине. Это именно проявление трусости, попытка отвести от себя возросшую мощь России и снивелировать возможный конфликт.

Кроме того, война начинается тогда, когда кого-то припирают к стене и можно идти только вперед, ибо назад некуда. Здесь можно вспомнить, что говорили раньше, в позапрошлом и прошлом столетиях человеку, когда его «заносило», когда он опускался, когда совершал проступок или преступление? «Как ты мог? Ведь ты же православный! Как ты мог? Ведь ты же комсомолец! Ведь ты же коммунист! Ведь ты же солдат! Как ты мог? Ведь ты же советский человек!» Можно вспомнить известную сцену из «Повести о настоящем человеке», когда Комиссар уговаривает Мересьева не сдаваться после потери ног: «Ты же советский человек! - Но ведь он же на «Фармане» летал! Разве это самолет?! Это этажерка. - Но ты же советский человек, Алексей!». Или финал повести «В списках не значился» «Потом генерал что-то негромко сказал. - Назовите ваше звание и фамилию, - перевел Свицкий. - Я - русский солдат».

То есть существовала та самая «стенка», к которой всегда можно было припереть человека, поставить его в положение, когда дальше отступать некуда, когда или надо прекращать или отрекаться от Христа, системы идей, своей страны. То есть человек либо восстанавливал звание человека, либо терял его окончательно. Сегодня такой стенки нет ни у кого, нет на Западе, в США, у нас она рухнула 20 лет назад, а новой пока не появилось, хотя все к тому идет. Поэтому ни у нас, ни на Западе никто не знает, что сказать человеку, который ворует, изменяет, лжет, разрушается, предает страну, и, опять же, не хочет идти воевать? «Как ты можешь? Ведь ты же…» Кто? Что поставить вместо троеточия? Стенки нет. А это значит, можно отступать бесконечно, выдумывая все новые поводы для оправдания все новых проступков и преступлений. Обратите внимание на то, что пишется в мировых новостях – все бесконечно оправдываются. Почему подслушивали полмира, почему убили мирных людей, почему не соблюдаются договоренности и т.д.

Еще одна проблема в том, что, по словам Д.Икеды, «война это способ использования избытков огромной промышленной мощи общества». Война это очень дорого. Сегодня на нее у США просто нет финансовых и человеческих сил. Триллионные долги наращивать больше невозможно, самосознание американцев держится только на заклинаниях, которые не выдержат и первого столкновения с реальным миром, ибо хорошо чувствовать свою исключительность у камина, в тепле и неге, с бокалом Хеннеси, а вот в землянке под развалинами гораздо труднее. Поэтому неудивительно, что сегодня при разговорах о войне все время считают, сколько это будет стоить. А держава, считающая расходы, прежде чем начать войну, никогда не развяжет ее.

Кроме того, не следует забывать важную мысль Х.Арендт о том, что «развлечение есть основная форма существования современной культуры». Культуры в самом широком смысле. Стратегия США последних лет убеждает нас в том, что они бесконечно развлекают, встряхивают свое вязнущее в шопингах потребительское общество, предлагая локальные войны, террористические атаки, угрозы, потрясения, оккупаи Уолл Стрита и т.д. Даже тайфуны и ураганы встраиваются в этот тренд. Однако глобальная война может быть развлечением лишь до определенной, очень ограниченной степени, а когда начинаются голод, болезни, нет Интернета, Старбакса, а есть перспектива проглотить ракету вместо круассана, то развлекаться, играть больше не хочется.

Поэтому глобальная война едва ли возможна. Это вовсе не значит, что нет тех, кто к ней стремится. Почему? Они думают, что война ответит на все вопросы, забывая мысль уже упоминавшегося Й.Хейзинги, что «вера в целесообразность войны в самом буквальном смысле суеверие, пережиток прошлых периодов культуры». Они не видят выхода из ситуации, в которую сами себя загнали и от безвыходности готовы предложить коллективное самоубийство, имея странную уверенность, что сами они выживут и процветут на пепелище. Но в самый последний момент все поймут и они.

  • 1
Америка может и хочет войны, но Россия точно ее не хочет и всегда пытается решить все проблемы мирным путем, путем переговоров.

Не каждый руководитель страны может похвастать тем, что решает проблемы без жертв.

Война - это действительное дорогое удовольствие. Поэтому Америке стоит подумать...

это вообще не удовольствие! Это очень неприятно для жителей места войны!

очень жалко людей, которые попали под эту войну!

мне кажется, что Штаты скоро надорвуться! это должно наконец закончится!

Это вам только кажется...

Лично меня точно не расстраивает то что между нашими странами не будет открытой войны. Пусть и из за конформистов, но это не самый плохой повод.

Правильно вы сказали, у США нет ресурсов что бы воевать с нами своими силами. Да и сами американци слишком жиром заплыли что бы на такой шаг пойти.

Борис Григорьевич, а возможен ли вариант масштабной войны на территории США? Освободительной или гражданской, так скажем? За свободу всего мира от тирании США. В каком качестве выступила бы Россия? Или свободу мира от США возможно достигнуть иными средствами? Владимир Жириновский, это только мнение, как-то сказал, что США уйдут с мировой арены только через большую кровь.

Алексей, думаю, нет. Да и зачем. «вера в целесообразность войны в самом буквальном смысле суеверие, пережиток прошлых периодов культуры». А с мировой арены никто добровольно не уходит.

> Сегодня нет, как сказал бы Станиславский, «сверхзадачи»,
> сверхидеи, нет энергии, необходимой для войны
Борис, а как же "всемирный джихад"? Да, это обман с подменой внутренней борьбы (со своими грехами) человекоубийством, но его не стоит списывать со счетов.

"Джихада" не будет. Если его не случилось после того, как США разгромили несколько мусульманских стран, то теперь и подавно не будет.

ошибается автор

имхо, автор неправ, утверждая что если не надо второй стиральной машины, то и воевать не за что. продолжая предложенный автором образ, осмелюсь утверждать, что война вполне может понадобиться, но не для приборетения второй стриальной машины, а хотя бы для того, что бы работала первая - что бы была вода для неё, а также электричество в розетке, стриальный порошок, рубашки и штаны для стирки. а значит и возможность беспрепятственно и беспошлинно пользоваться террториями, где все это находится, и содержимым тех территорий. говоря короче, война нужна не для изменения статус-кво, а для его поддержания.

Re: ошибается автор

Для поддержания война невозможна. Глобальная война необходима для кардинального изменения жизни.

Стенка есть. Ее не может не быть. И сформулированы те слова, что можно поставить вместо многоточия "Ведь ты же ..." Но действительно, что не приняты они обществом, не учат этому в школе и в разных религиях...
Интересные размышления в статье. Спасибо.

Re: про стенку...

Какие слова?

Язык как один из аспектов конкурентной борьбы

Борис спасибо за труд.

Ниже на правах полемики.

Полёт над гнездом кукушки - "счастье" дебила более доступно.

Англосакская субкультура, основа которой слишком простой язык это болезнь разлагающая цивилизацию. Причём весьма опасная болезнь.
Пример тому её самозваный фюрер-фигляр наставивший на своей исключительности.
Никогда не поверю, что кто-то, из Большого Русского мир, кто в своём уме, может ставить на фигляра говорящего о своей исключительности и тех кто за ним стоит. Мало было измерения черепов, Освенцима Бухенвальда ..?
Просто многие не замечают опасности, как и тогда с фюрером сколотившим Евросоюз образца 1939 - 1945 годов.
Интрига подлость и ложь - движущие силы англосакской субкультуры.
Поддонки пользуются порядочностью других, но рано или поздно всё равно придёт расплата.
В общем сегодня, "Запад" подмятый англосакской субкультурой через лоботомию языком - это "полёт над гнездом кукушки".


Язык следует рассматривать как один из аспектов конкурентной борьбы.

Знание иностранного языка делает жизнь интереснее и богаче, в смысле потенциала для развития и результатов. Но образование в англоязычных учебных заведениях, опора на их опыт - может оказаться опасной как для индивидуума, так и для культуры которую он представляет.
Так сложилось, что мир пытается жить(кто добровольно, кто нет) по лекалам англосакской культуры, английски язык, как бы язык межнационального общения – что имеет серьёзные негативные последствия.
Англосаксы, весьма вероятно даже не осознано, пытаются решить не решаемую задачу, распространить влияние своей культуры на другие культуры/этносы*.
Они не знают, или не хотят знать, что существует взаимосвязь языка, становления и практики мировоззрения, синтаксис языка - это синтаксис мировоззрения.
При этом сама англосакская субкультура имеет все признаки вырождения. Вот некоторые аргументы:
Пустые глаза англосакса (кто с ими имел дело знает что
это такое), надписи вроде "горячим можно обжечься", "острым можно поранится" ... это только вершина айсберга деградирующей нас субкультуры.
Деградации, при которой поверхностность, принимается за некую форму эффективности, которая (поверхностность), через семантическую конструкцию лингвистики, является основой всех несущих (образующих) систем (финансы, юстиция, искусство...) этой субкультуры.
Их пропаганда построена на тезисе борьбы за "свободу", но за свободу могут бороться рабы, в данном случае рабы английского языка.
Потому как здесь дух, зажатый в рамки простого языка, где форма определяет содержащие, ограничен в восприятии многообразия мира.
Для сравнения - разумные подымают вопрос наличия социальной справедливости в рамках конкуренции заложенной в человеке от природы.
Мы без сомнения один из самых разумных (разумных не разумных, не путать с парой хорошие - плохие) народов на земле - наш язык обладает бесконечностью (есть аргументы).
У нас при формулировании информации передается она сама, отношение к ней, которое в свою очередь так же неоднозначно.
Решение у нас - это всегда вопрос выбора. Мы не принимаем исключающих решений, наше "авось" пространство для развития - это тот самый «философский камень» который всё ищут на Западе, а мы всё периодически пытаемся избавится, что бы передохнуть хотя бы на время.
У англосаксов же, при формулировании/передаче (работе с информацией), охват ассоциативных связей, в следствие жёсткой конструкции синтаксиса, затруднён .
Результат - практически полное отсутствие рефлексии, при принятии решения эффективность абсолютно преобладает над рефлексией.
Есть мнения в антропологии, что рефлексия - это одно из основополагающих различий человека и животного.
История возникновения и развития этого языка, его свойства, в первую очередь связана с культурами, чья языковая основа дериваты Вульгарной Латыни, исторически берущие своё начало с разграбления и разрушения Рима варварами.
Смешение разноязычных племён тогда привело к вульгаризации, упрощению языка.
Естественно предположить, что применительно к некоторым цивилизационным аспектам социальной компетенции, - упростился и носитель.

Далее продолжение (по условиям настройки журнала)

Самое опасное - этим языкам характерна краткосрочная эффективность, эффективность суеты грабежа - "консенсус эффективности!, при котором поверхностность выдаётся за эффективность, маскируется изощрённой извращённостью.
К ним относится и английский, как бы язык международного общения сегодня, вторично упростившийся при разграблении территории современного королевства разноязычными племенами.
И так, например даже ведя переговоры на английском языке, мы откажемся от нашего мира, и переходим в мир, где эффективность абсолютно преобладает над рефлексией.

Поверхность же, при решении любых серьезных задач, например геополитических вопросов, - не может стать основой долгосрочных стабильных состояний.

Можно обосновано утверждать, что мы(да и мир), никогда не сможем жить по лекалам англосакской субкультуры – это невозможно.
Попытаемся - это приведёт к массовому психозу, что мы и наблюдает сейчас у части популяции на Украине, да и у нас в России.

Что делать, как развиваться миру далее?

В связи с вышесказанным - очевидно, что в виду относительной простоты английского языка**, воздействие субкультуры, в основе которой он лежит, на культуры в основе которых лежат синтезирующие языки - весьма ограничено.
Воздействие субкультуры, основа которой английски язык, необходимое условие для успеха претворения её проектов заканчивается и сходит на нет - в отсутствие наличия носителей этого языка.
Вторичным же носителям, достаточно объяснить пагубность использования английского языка для личной жизни - это деградация.

Обобщёно - использование языка англосакской субкультуры вторичным носителем для развития практически любых проектов и движений, принесёт один и тот же результат - провал и деградацию (например актуально - последствия в Африке).

Конечно надо так же сознательно работать с детьми, достаточно школах просто указать детям на взаимосвязь языка, становления и практики мировоззрения.

Побудить их думать, разве согласится кто-либо сознательно деградировать.

И, кстати, на сегодня в основе финансово-торговых отношений мира лежит английски язык.
Это надо менять по той же причине - эффективность грабежа, в отсутствие рефлексии - это ущербное восприятие сущности, которое сейчас является основной опасностью для Земной Цивилизации.
Знание сила — зная сильную/слабую сторону врага (отсутствие рефлексии), открыв свойства его главного оружия, можно целенаправленно действовать.
Это человеческое, наделять теми же качествами себе подобных из других культур, которые тебе известны (другие делают тоже по отношению к нам), но это не всегда полезно для общего дела.
Знание сила – зная эти противоречия, можно будет с ними договорится и запугать.

И так - рабы пытаются получить свободу, разумные же хотят
достичь справедливости.

Отсюда – у наших культур совершенно разная движущая сила,
диалектика развития.
Об этом надо помнить и предупредить англосаксов - что бы он не ломились к нам с их рабской свободой, иначе нам придётся их уничтожить.
При опасности, которую они понимают, англосаксы весьма покладисты - опыт личного общения.
Объединившись сами, объединив мир, победим, разве согласится кто-либо сознательно деградировать.

*Примеры проектов: Англосаксы ("пять глаз" Five Eyes) решили с помощью машин покорить мир, такая идея могла возникнуть у них от некой разновидности природной слабости интеллекта (отсутствие рефлексии), обусловленного свойствами языка***.
Что кстати не есть особая особенность (некая разновидность природной слабости интеллекта), в этом смысле, те, либо иные слабые стороны, связанные со свойствами языка, присущи практически любому этноса.
Язык - как аспект конкурентной борьбы, интереснейшая и многообещающая тема в связи с конструированием будущего. (есть предложения)
И так, синтаксис языка - это синтаксис мировоззрения.
В данном случае например: - содержание в английском языке, определяется формой, информация чётко ограничена, огранена, при передаче, передача ассоциативных связей затруднена в виду жёсткой конструкции синтаксиса. Но такими качествами не обладает никакая информация в нашей Вселенной.
Потому что самое точное описание причины любого события - это тайна.
Эта непостижимая тайна Вселенной, есть абсолютное доказательство, и гарант права каждого их нас на всё.

В этой связи (содержание в английском языке, определяется формой, информация чётко ограничена, огранена), они считают эту задачу - контроль над сущим с помощью машин решаемой.
Отсюда создание всех эти систем машин - ПРО, беспилотники, "Echelon +" позволяющий отслеживать практически всю информацию, которой обмениваются люди, контроль за системами перевода денег,.. – это ведь паранойя.

Разве может какое-либо правительство, инстанция, президент осознать границы возможностей всех этих систем и разумно воспользоваться их возможностями ("властью")?
Может ли вообще с подобной задачей справится человеческое существо? (заметны попытки паранойю преодолеть шизофренией)

К сожалению возможности поменять "квартиру" у нас нет, приходится жить с таким соседом параноиком. Вот пара соображений.

Например, кроме всей мировой финансовой системы - каркас которой английски язык, сюда же (с помощью машин покорить мир) относится и попытка всё и всех прослушать - информационный тоталитаризм.
В этом случае, в отличии от финансовой системы, существует возможность, практически для каждого,(кажущиеся) преимущества (которые крайне сомнительны) англосаксов свести на нет, и даже обернуть их против них самих.
„Эшелон“+ палка о двух концах, мы пишем звоним ... а они читают и случают - прекрасно, влияние каждого их нас в мире возрастает.
То есть возможности для воздействия на самих сотрудников, а значит и на США - просто огромны, причём, читая наши мысли, они генерируют действия в нашем поле координат.
Следует целенаправленно этим пользоваться, по-возможности каждый из нас.
Помни - враг слушает, воспользуйся этим, подрывай его уверенность в себе, запугай врага.
Вот слова одного из нас, Достоевского: "Поверите ли, как может быть силён один человек. Явись один, и все пойдут. Нужно самообвинение и подвиги, идея..."
Все эти Эшелоны нам только на руку, мы пишем говорим, а они слушают, им нечего сказать кроме слов.
Что касается финансовой системы, здесь поле деятельности специалистов с доступом к машинам банковской системы, в кооперации с детскими психиатрами и психологами, в виду инфантильности мира паразитов, в следствие деградации - все эти надписи что можно "обжечься горячим", "поранится острым"..

Страна, народ, правительство, превратившие деньги в виртуальную фикцию, рано или поздно сами станут виртуальной реальностью, и мы им в этом поможем.

**У этого языка есть некоторая краткосрочная эффективность,
эффективность суеты грабежа - как например при разграблении Рима варварами.
Откуда исторически и берут начало все языки дериваты Вульгарной Латыни.

***Для ясности: Национализм, как основа мировоззрения, в любой форме (лингвистический тоже) - есть глупость и ложь.
Речь идёт о целесообразности, как например при болезни Бери-бери - люди по незнанию ели очищенный рис, и болели.
При вопросе языка речь идёт о целесообразности, в смысле "человек разумный", знание - сила.
Это человеческое, наделять теми же качествами себе подобных из других культур, которые тебе известны (другие поступают также ), но это не всегда полезно для общего дела.
Знание сила - сформулировав, описав, поняв ситуацию, можно делать поступки с положительной перспективой.

П.С. Почему "англосакской субкультуры"? - хотя яблоко от яблони не далеко падает, но все же англосакская культура это нечто большее того, чем владеет и что
представляет собой – самозваный фюрер-фигляр и его свита, настаивающие на своей исключительности/незаменимости.
Основные движущие силы (подлость, интрига и ложь)субкультуры практически те же, что и англосакской культуры, но по крайней мере там (культура) есть история и традиция, пусть даже это для нас не приятное зрелище, мы для них выглядим наверное не лучше.
Поэтому, что бы мы не истребляли друг друга по лингвистической причине - знание сила, и мы все люди, язык можно выучить.
Очевидно договариваться надо с митрополией, субкультура примет договор как должное.
Конкретно - фигляр говорящий о своей исключительности и его свита, не партнёры для вопроса соблюдения того, что было создано по итогам Второй Мировой войны.

Правда на нашей стороне - уже потому, что такого понятия как "правда", как и "справедливость" в мире английского языка вообще нет.

Победа будет за нами, новый мир это наш мир - и сейчас мы не ведём войну, мы принуждаем к Новому Миру.

  • 1