Previous Entry Share Next Entry
О ТОМ, О КОМ НЕЛЬЗЯ
boris_yakemenko
Несколько слов о Медведеве. Говорить плохо о нем в СМИ запрещено, как о покойнике, хорошо получается скучно и сделочно, а резонанс в СМИ от его прекрасных афоризмов, носит «заказной характер». Неужели нашим неподкупным СМИ типа МК кто-то что-то может заказать? Да Гусев скорее умрет в своей убогой парижской квартире, чем возьмет… Поэтому поговорим недолго и просто, так как о нем невозможно говорить долго и умно, ибо жалость превозмогает все чувства.

Пара типических черт. Он нравится Западу и Америке, понятен им, очевиден для них и предсказуем. К его флешкам и айфонам, как к компьютерным портам, подходят разъемы западных идей, преставлений, жизненной логики. Но в Россию он как-то не умещается и никогда не умещался и не составлял с ней одно целое. Как всадник, который вместо того, чтобы скакать верхом, идет рядом с конем. Эта странная, тяжелая, крепко и грубо скроенная страна для него чужая, ему велика, как велико подростку папино пальто, он ее не понимает и оттого боится.

Страсть к пустым, никак не оговоренным, никем внятно не определенным словам и словосочетаниям «свобода», «демократия», «права человека», «либерализация», «правовой нигилизм», а также высокие должности, позволили ему заполучить некоторое количество очень непостоянных союзников. Союзников, которые тут же начали его использовать, обложили требованиями и условиями. И как только эти условия не выполнялись, они предавали Медведева, отрекались и кляли его. И его становилось жаль.

«Свобода лучше чем несвобода», - сказал как-то Медведев, не очень понимая, что это продолжение знаменитого Курочкинского стиха «Порядки старые не новы и не младенцы - старики; Больные люди - не здоровы. И очень глупы дураки. Мы смертны все без исключенья; Нет в мире действий без причин; Не нужно мёртвому леченья. Одиножды один – один». Банальности хороши только тем, что легко разносятся но обывательским умам и не требуют запоминания, поэтому случайно услышанная из динамика пошлая галиматья Киркорова или Шнурова мгновенно запоминается, а какого-нибудь Пастернака попробуй выучи. Этот глубокомысленный афоризм останется в истории от его автора так же, как от Шипилова, участника антипартийной группировки хрущевских времен, навек осталось только «и примкнувший к ним». И его, первого, становится жаль.

Но дело не в этом. Вообще за все годы во власти небольшой, чисто вымытый, глазастый мальчик из приличной петербургской семьи с непременным портретом «Хэма» на стенке, КСПшными досугами, семьи, где никогда не скажут «булошная» и «што», вообще не сказал и не сделал ничего запоминающегося, ничем не блеснул, не врезался никому ни в сердце, ни в память. А для России обычный, усердный, ничем не примечательный хорошист-управленец это, как правило, катастрофа. Так уж все тут устроено и ничего не поделаешь. Особенно хорошо это было видно, когда он стал президентом. Тихий, смиренный, аккуратный Федор Иоаннович в конце XVI века привел Россию к Смуте, такой же Федор Алексеевич, о котором все знали лишь то, что он «скорбел ножками», почти через столетие, вызвал своим тихим царствованием и стрелецкие бунты и династический кризис и, отчасти, ужасы петровской ломки страны через колено. Чем кончилось правление тусклого, заурядного внешне и внутренне императора Николая Второго, знают все. И, кстати, трагедия перестройки случилась после того, как один за другим страну возглавили два слабых и безвольных ничтожества – Черненко и Горбачев. Так чуть было не случилось и несколько лет назад, но... Кстати, именно поэтому, пока у власти Путин, нам нечего бояться за страну.

Есть люди, которым чужда харизма. Можно делать что угодно – благотворить, вещать, созидать, воздвигать – но, хоть тресни, не верят, не любят, не понимают, шарахаются. Так было с Борисом Годуновым, опередившим Петра на столетие. Закладывал города, посылал людей учиться за границу, открывал новые земли, строил грандиозные храмы и монастыри, пытался создать в Кремле копию Святых Мест Иерусалима, кормил и поил, раздавал деньги, боролся с голодом и смутой, а все помнили, что «зарезал маленького царевича», которого он не тронул и пальцем, и мстительно радовались, когда он умер. У Медведева тот самый случай. Ушел в соцсети, многое разрешал, обнадежил либералов, но… Даже победоносная война с Грузией добавила очков не ему, а Путину. Зато все знают, что у него убежал кот Тимофей, который никуда не убегал, что его нельзя называть Димоном и все видели пальто и шарики. Как жаль.

Даже когда твиттер завел Медведева, это не помогло. Никто не воспринял это, как готовность быть на переднем крае, а, наоборот, потенциальные, казалось бы, сторонники отнеслись к этому, как к забаве. Все видели, что Твиттер это развлечение и все бы ничего, если бы по прошествии лет не оказалось, что его модернизация тоже развлечение и реформы образования тоже и военные реформы... Все? Нет, не все. Как у Булгакова «были и погибшие». Все помнят, кто. Жаль. Очень жаль.

В, принципе, достаточно. Он умный и все понимает. Но… Все люди делятся на две категории. Одни делают. С другими делается. Одни строят реальность, других строит реальность. К кому принадлежит Медведев, все понимают. А, значит, он ни при чем. Как может быть при чем-то человек, с которым делается? Вот то-то и оно.

Пожалеем его.

?

Log in

No account? Create an account