Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

ВОСКРЕСЕНИЕ УМБЕРТО ЭКО

Шел по книжному магазину «Москва». Слышу – кого-то надрывно рекламируют. Не слышу, кого, но как Мамардашвили в известном эпизоде, сразу понимаю – дрянь. Слышу словосочетания «в России его называют «русским Умберто Эко», в Америке «русским Маркесом»». Сразу понимаю – вранье. Наконец, слышу новую фамилию покойного Умберто Эко. Водолазкин. Окончательно убеждаюсь – дрянь, полученная из вранья.

Читаем нашего Умберто Эко:

"Последние листья с берега сдувало в черную воду озера. Листья в замешательстве катились по бурой траве, а затем дрожали на озерной ряби. Отплывали всё дальше. У самой воды виднелись глубокие следы сапог рыбаков. Следы были полны воды и казались извечными. Раз и навсегда оставленными. В них тоже плавали листья. Лодка рыбаков покачивалась недалеко от берега. Покрасневшими от холода руками рыбаки тянули сеть. Их лбы и бороды были мокры от пота. Рукава их одежд отяжелели от воды. В сети билась среднего размера рыба. Блестя на тусклом осеннем солнце, она взбивала вокруг лодки брызги."

Достаточно. Ришелье считал, что о человеке можно судить по пяти строчкам, а здесь их больше. Так обычно пишут бухгалтеры на пенсии, которые привыкли к аккуратности в отчетах. Короткие фразы. Точное указание размера рыбы в сети. Следы у воды. Три раза слово "листья" в одном абзаце. Позывы на философию. Мокрая от пота борода (это как они, бедные, потели). Покрасневшие от холода руки. Промокшие рукава. Блеск на солнце. Похоже, где-то неподалеку горячий конь нетерпеливо роет копытом землю, кто-то прижимается пылающим лбом к холодному стеклу, бледнеет как стена и перед ним в одно мгновение проносится вся его жизнь.

По мощам и елей. Помню, Преснякова называли «российский Майкл Джексон». Какая попса – такой и Джексон. Шпану, которая играет на деревянной гитаре без струн и пляшет в храме Христа Спасителя, называли «русский панк-рок». Какой рок, такой и панк. Кузьмин у нас побывал «российским Блэкмором», а Зинчук «российским Мальмстимом» - по гитарам «Урал» и Блэкморы с Мальстимами. И вот у нас завелся «русский Эко» и «Маркес» одновременно. Помнится, была такая Марина Цвигун, которая объявила себя сразу Авраамом, Исааком, Иоанном Крестителем, Христом и апостолами, чтобы никому больше не оставить ни единого шанса. Водолазкину еще есть куда двигаться. В мировой литературе десятки имен. «Русский Гете», «Алтуфьевский Шекспир», «Гольяновский Борхес», «Драйзер из Свиблово». И т.д.

А в целом какая литература, такой и Эко. Какие молитвенники, такие и иконы. Все справедливо. Что такое Водолазкин, кто и откуда осуществил вручную восход этого тусклого, комнатной температуры, солнца, тоже понятно. Те же кабинеты, откуда раскручивали Прилепина. Поэтому Прилепину были выделены транши и заказы на Водолазкина, поэтому сразу же «Маркеса» начали номинировать на все премии. Надо выдавать зарплату, раз наверху решили из тебя слепить «писателя».

Понятно, что графоман Водолазкин с вышибалой Прилепиным ничего не понимают. Их называют Эками и Маркесами – они охотно верят (кстати, кто называет, выяснить так и не удалось. Все ссылки, где это утверждается, имеют почти одинаковый текст. Значит, никто, это опять вранье). Но неужели их хозяева и приятели с деньгами не понимают, что, борясь за величие России, они бесконечно вот такими определениями утверждают ее вторичность, третьеразрядность. Если Водолазкин это наш Умберто Эко, можно увидеть кроме опусов Водолазкина, его же книги по семиотике, философии, этике? Их нет и не будет. Умберто Эко имел огромный авторитет и вес в мире, Водолазкина не знают даже за пределами МКАДа и никогда знать не будут. Сколько ни вкладывай спонсорских денег в рекламу, мозгов и таланта от этого не прибавится. И сколько бы ни насовали ему премий, от этого он не станет великим, хотя, может быть, их с Прилепиным хозяева думают иначе. Это будет тот же приятель Прилепина, но с «премиями». Если они борются за величие России, как можно было назначить победителями года литературы в России, страны Пушкина, Достоевского, Толстого и Чехова – Прилепина, Пелевина и Донцову? Только не надо рассказывать, что их больше всех читают, это вранье, легко опровергаемое статистикой продаж в книжных магазинах. Но пусть даже Донцову многие даже и читают, но на этом основании в начале ХХ века никому в голову не приходило сочинителей историй про Ната Пинкертона объявлять главными писателями России.

Но вот парадокс. Денег в эту публику вкладывают все больше – а читают и покупают все меньше. Вроде бы пытаются дотянуться до Эко, Маркеса, Блэкмора, Мальмстима, а на деле на фоне всех перечисленных назначенцы выглядят еще более убого. Назначают Прилепина (лимоновского нацика и антипутинца) с Шаргуновым (красносотенец-антипутинец) «патриотами» - даже очень крепких людей тошнит и становится понятно, что с такими патриотами никакого Касьянова с Навальным и Браудером не надо. Даже вражеская «Новая» чешет в затылке, когда Прилепин страдает за Россию, даже Швыдкой, похихикивая, краснеет и смущается, когда Шаргунов орет про духовность. Они говорят «Россия возрождается», а выходит как будто «вон тот салатик передайте, пожалуйста». И не понимают, что мы то, нормальные люди, все видим. Мы есть.

В заключение нельзя не вспомнить к слову великолепного Аркадия Аверченко.

«Недавно я зашел в парикмахерскую... Около маникюрши маячила очередь, все народ дюжий, с корявыми кривыми лапами, а она в это время отделывала пятерню какому-то бывшему подвальному мальчику - шершавую красную пятерню, - начищая плоские рубчатые ногти.
И подумал тут я:
- Дурак ты, дурак, бывший подвальный мальчик... Если бы твоя рука по-прежнему оставалась красной рабочей рукой, я, если хочешь, поцеловал бы ее благоговейно, потому что на ней написано святое слово "труд"... Но что ты теперь будешь делать этой отлакированной лапой? Подписывать куртажную расписку на сто пудов масла по пяти тысяч за пуд или неуклюже облапишь хрупкий фужер, наполненный заграничным шампанским, завершая в кабаке выгодную сделку на партию кофе из гималайского жита?..
Хороший маникюр тебе сделали...
А ведь, судя по некоторым признакам, ой как редко ты бываешь в бане, бывший подвальный мальчик.
Надо бы чаще...
Кстати, я тебя видел в магазине Альшванга - ты покупал за три тысячи французские духи, с хитростью дикаря стремясь заглушить ароматом Убигана природный, столь выдающий тебя запах. И обливаешься ты этими духами так щедро, что впору бы тебе и водой так обливаться.
А джентльмен - тебе, вероятно, не знакомо это слово, подвальный мальчик? - А джентльмен в потертом пиджаке уже четыре года как не душится духами, и все же от платья его идет тонкий, еле уловимый запах "Шипра" Коти - такого Шипра для вас теперь и не выделывают, - и этот еле уловимый старый, бывший запах грустен и прекрасен, как аромат увядшего, сплющенного в любимой книге цветка.
Ну, что ж... Теперь вы в силе, вертгеймовское исчадие...
Что ж... Лезьте вперед, расталкивайте нас, занимайте первые места - это вам не поможет, так жить, как мы жили, вы все равно не умеете.
Может быть, многим из нас место не в теперешней толчее, а где-нибудь на полузабытой пыльной полке антиквара, но лучше забытая полка в углу, в полумгле, робко пронизанной светом синей лампадки перед потемневшим образом, чем бойкий каторжный майдан...»

Это про них. Про Эков и Маркесов.

И про нас.

ЮБИЛЕЙ ПЛАНТА

Сегодня Роберту Планту, солисту знаменитых Led Zeppelin, исполняется 65 лет.


Вечные молодые, неуемные, буйные, все-таки растут.
И даже иногда старятся.
Те, кому повезло.

Сегодня им всем – Планту, Хенсли, Мэю, Блэкмору, Джаггеру, Гилмору, Маккартни и многим другим от 60-ти до 80-ти, они больше не ездят по коридорам гостиниц на мотоциклах, не палят сцены, не ломают гитары, не колются и не пьют. Они остепенились, успокоились, уверовали, занимаются благотворительностью. А вместе с ними остепенился и стал благотворительным тяжелый и жесткий рок. Теперь он не подъемлет власы на челе, не несет на гребне волны, не разрывает грудь, не выводит за пределы, за черту, не переворачивает мир вверх тормашками. Теперь он вроде валокордина или мяты в чай – успокаивает, вызывает ностальгию, грусть и печаль, а July Morning или Whole lotta love слушаются как романсы «Жалобно стонет ветер осенний» и «Пара гнедых, запряженных зарею».

Хочется нам или нет, но мы присутствуем при конце уникальной эпохи, именуемой «Рок», которая просуществовала очень недолго, в лучшем случае 20 лет. Но большинство тех, кто формировал эту эпоху, стали на многие десятилетия арбитрами качества, задали планку, которая так и останется непревзойденной хотя бы потому, что превосходить уже некому и незачем. Зачем держать гитару как Пэйдж, Мэй, Янг или Блэкмор, когда можно держать, как Макаревич, и никто не заметит? Зачем играть на клавишных как Хенсли, Уэйкман, Лорд, когда можно недорого купить электронное пианино и оно все сыграет само? Зачем владеть ударными как Пэйс, Пауэлл, Тэйлор, когда то же самое пианино отшлепает любой ритм? Зачем петь, как Меркьюри, Дио, Байрон, Тернер, Гиллан, Ковердэйл, когда можно спеть, как Киркоров или Галкин, а остальное подтянут на компьютере? Зачем вообще тратить годы, на последние покупать гитару, спать на лавке, петь по подпольным клубам и забегаловкам, сходиться-расходиться, отыграть те самые 10 тысяч часов и через 20 лет процвесть, когда нужно все здесь и сейчас и ждать некогда? Если раньше, когда предлагали 100 долларов сейчас или 10000 через три года, выбирали второе, то сейчас вектор изменился - выбирают первое.

Рок, несмотря на всю свою «тяжесть», на весь «харднхэви», оказался очень хрупким и многосложным явлением. Он никогда не был только музыкой, но был, прежде всего, стилем жизни и общественной позицией. Он был, по словам Маккартни, «голосом поколения», у него было моральное содержание и ценностный ряд, питавшийся чувством противостояния и чувством среды: «Есть они и есть мы и мы против них». Это противостояние и вызывало тот волнующий душу, сердце, тело контрапункт, в котором от напряжения сил и ожиданий рождались искры, воспламенявшие поколение. И это противостояние нельзя сводить только к политике или только к музыке – оно было смыслообразующим, оно разделяло эпохи и ускоряло время.

Хорошо известно, что после страшных войн и катастроф рождаемость резко повышается – человечество воскресает к новой жизни, коллективный организм ощущает прилив новых сил. Именно эту волну Европа пережила после Второй Мировой войны и на рубеже 50-60-х годов значительная часть общества состояла из людей 13-19 лет. Людей быстро взрослевших, объединенных разочарованием в ценностях довоенного мира, которые не смогли удержать мир от миллионов жертв, ждущих, что победители начнут выполнять обещания и дадут свободы, права, равенство, о которых заявлялось, как о главных результатах победы. Однако этого не происходило и тогда новое поколение решило выразить протест. Выразить на языке принципиально новом, не затертом, не изолгавшемся, на языке музыки. А, кроме того, выразить протест самим собой, сделать вызов из себя самого, себя самого превратить в лозунг и клич. Превратить с помощью одежды, прически, стиля, вещей. Н.Шеффнер в своей книге о Pink Floyd пишет о середине шестидесятых: «Вслед за двумя мрачными десятилетиями послевоенного аскетизма начала расцветать экономика; у власти появилось прогрессивное правительство; идеализм и оптимизм стали обычным явлением. Казалось, даже классовая система сдавала свои позиции, меняя национальную психологию, поскольку новое поколение фотографов, дизайнеров, литераторов и поп-звезд были выходцами из рабочей среды и задавали тон и стиль в старом добром британском королевстве. Одежда и пластинки были дешевыми, и их доступность дала возможность молодежи превратить моду и музыку в средство для самого необузданного самовыражения, что было принято даже аристократией. И среди самых различных, в корне отличных друг от друга, групп музыкантов, поэтов, режиссеров, художников и политических деятелей в когда-то сонном городе началось творческое оживление - шли «шестидесятые» годы». Военному тоталитаризму и всем ограничениям эпохи великого противостояния был противопоставлен принцип «запрещается запрещать». Первая пластинка Элвиса Пресли и гамбургские гастроли «Beatles» отмерили начало нового времени в европейской истории.

У элит отобрали музыку и сделали ее всеобщим достоянием, оружием, которое повернули против тех самых элит, истеблишмента, белых воротничков. Музыканты гордились тем, что большинство из них не только никогда и нигде музыке не училось (Маккартни до сих пор не знает нот), но часто вообще не училось никогда и нигде (легендарного ударника, покойного Кози Пауэлла вышибали отовсюду, где он пытался начать учиться, а Мик Джаггер сегодня взял на содержание школу, в которой, так сказать, учился, пытаясь, видимо, хоть как-то скрасить впечатление от того кошмара, который он из себя представлял). Если Гребенщиков назвал свое поколение в СССР «поколением дворников и сторожей», то западное поколение было поколением электромонтеров и разнорабочих.

Вызовом стало все – и сама игра, шумная, громкая, примитивизм и простота текстов, жесткий ритм, постоянные повторы одних и тех же музыкальных элементов. Музыканты и зал чувствовали себя единым целым, их не разделяли рампа и общественное положение. Поэтому на концертах зал общался с группой, а группа с залом, ели, пили, общались, остро переживая чувство среды, которое было не менее значимо, чем сама музыка. Не случайно Джон Леннон вспоминал, что с их появлением на сцене в зале воцарялся такой хаос, что «можно было не играть и не петь». На стене Сорбонны в дни майских студенческих беспорядков 1968 г. появилась надпись: «Да здравствует массовое творчество, нет буржуазному бескультурью!» Важнейшей составляющей этого успеха рока, безусловно, стало появление, во-первых, электрогитары, а во-вторых, магнитофона, позволяющего с немыслимой ранее скоростью тиражировать и распространять новые музыкальные смыслы и новую культуру.

Однако открывшиеся возможности, прежде всего возможности зарабатывать, для многих музыкантов оказались серьезным соблазном. Большие деньги повлекли за собой все замашки и ухватки того самого истеблишмента и это вызвало ответную реакцию - в 1970-х годах в рок-среде нарастает протест против «вельветового андеграунда» бунтарей на коленях, протест, воплощенный в панк-роке. Первая группа, вырвавшаяся на сцену, назвалась «Sex Pistols» и оскорбляла все пять человеческих чувств разом своей музыкой, текстами, «прикидом» и прочим, что выражалось простой формулой «панк не умер, он просто так пахнет». В этой борьбе родилось очень много ярких и нетривиальных вещей как с той, так и с другой стороны. Однако к концу 1970-х почва под ногами и у тех и у других стала исчезать, размякать, становиться более вязкой, воздух свободы разрядился и стал просто воздухом. Кроме того, и те и другие повзрослели. Но все равно за спиной уже были «Holiday», «Stairway to heaven», «Another brick in the wall», «Hair or the dog», «Weep and silence», «Touch to much», «Highway star», «Bohemian rhapsody» и многое другое, что останется навсегда в истории мировой музыки.

На рубеже 1970-1980-х годов начинается распад серьезных групп (Uriah Heep, Led Zeppeline) а те, что не распались, переживают кризисы, нащупывают новые возможности и стили. Это видно по тому, что многие ведущие музыканты начинают записывать сольные альбомы вне групп, объединяются друг с другом, тот же «Queen» впервые нарушил собственный запрет на использование синтезаторов (на первых пластинках обязательно стояло «No synthesizer») – см. пластинку «Hot Space» 1982 г., резко изменили звучание Nazareth (пластинка 2xS того же 1982 г.) и Black Sabbath, куда пришел Ронни Джеймс Дио. Рождаются и закрепляются новые направления – арт-рок, фолк-рок и др. Появились явные подделки под классические группы (например, Kingdom Come), группы «одного альбома» или даже «одной песни».

Теперь задача была не бунтовать, спорить, противопоставляться, а добиться хита, который, опираясь на имя с облетающей позолотой, мог бы неплохо и быстро продаться. Поразительно, но факт – те группы, музыканты, которые собирали в эпоху телевидения сотни миллионов зрителей и слушателей, теперь с помощью интернета не могли собрать и половины своей прежней аудитории. Некогда буйные поклонники, выламывавшие двери и рвавшие в клочья одежду на ранних концертах, сегодня играют в петанг в парижских скверах и заходят в музыкальные магазины обсудить с продавцами достоинства винила перед цифрой. И посетовать, что у молодых своя музыка и свой протест – в фейсбуке, контакте и твиттере, «не отходя от кассы», не отрываясь от стула, не свистеть и орать, не по-маяковски «кастетом кроиться у мира в черепе», а ставить лайки, не отрываясь от аптечной, младенческой бутылочки со смуси.

Однако как бы там ни было, большинство из них сегодня живы и продолжают работать. Конечно, то, что они делают сегодня, это не совсем то, что нам бы хотелось. И люди сегодня слушают Планта именно потому, что это он почти 30 лет назад спел «Stairway to heaven», «Immigrant song» и «Kashmir» и отголоски этих песен слышны и сегодня в его спокойном, умудренном творчестве. Сегодня эти люди – мост между двумя поколениями, между родителями и детьми, задающие планку и проверяющие качество вкуса. В 2009 году Кен Хенсли приезжал на Селигер. Когда один из участников форума позвонил домой и рассказал, что приезжает какой-то Хенсли, его отец сказал: «если ты не пойдешь на него, то можешь не возвращаться домой». И если они продержатся еще немного то, возможно, помогут
открыть новую музыкальную эпоху.

Послушаем же Роберта Планта. Нынешнего.

И сравним его с ним же. Прежним.

КРЕАТИВЧИК

Даже самые обычные вещи, если к ними подойти творчески и с фантазией, могут изрядно разнообразить жизнь и менять свои привычные функции. Например:

1JSOGj5knmU
Светящиеся шнурки. Помогают не сбиться с дороги в темноте.

3oHWL5oH0Oc
Скамейка, которая не бывает мокрой. Если ее намочило дождем, нужно просто перекрутить сиденье.

8kdYsg11XBM
Устройство, которое записывает нотами любую мелодию, которую Вы напеваете. И наоборот - поет то, что Вы написали нотами.

-apEJbqpfoM

Пачка папирос. Не нужно никаких предупреждающих надписей.

AwWjzM46Q74

Удобные печеньки для обмакивания.

b1XEvepfYc8

Флешка, которая раздувается от количества информации.

bbod9PidGW4

Продуктовый магазин в одном из городов США.

Bi0ysPpCttQ

Спальный мешок.

EkKJ434pJ78

Удобный слюнявчик для попкорна.

KF0CF8sGWos

Держалка для айпада.

O2SB0Q74YQ8

Чашка с удобным карманом для использованного пакетика.

oYCwSJ8z_cs

Колонки

QgHDv6gE0kA

Кровать для любителей морских путешествий.

z4Z1Edbdf2k

Ручка, которая позволяет видеть того, кто стоит за дверью.

YLawvHGU2Yk

Скамья примирения

ykyVMY4nOpQ

Кофеварка, которая по отпечатку ладони запоминает предпочтения хозяина руки.

YEYbNDjrjcU

Удобный диванчик.

Y2QwP5luSWM

Автобусная остановка с кондиционером.

w8VtlIb2MLM

Книжная полка. Всегда понятно, что прочитано, а что нет.

uaAI85wsZ1Y

Будильник. Чтобы выключить его, нужно просто улыбнуться. Чем шире улыбка, тем выше вероятность отключения будильника.

R8j8gMxj8Ts

Домашний планетарий. Замечательно воссоздает звездное небо в спальне.

r3VuCSSvw0I

Диван с трубой для хождения кота.

9e92rCNKbm4

Удобный домик для кота

0N4b6cJ2PcQ

Ножик, который сам делает тосты, пока Вы режете хлеб.

Oh6Ab3Bl1C8

Гламурная машина.

СЕЧИНОХУЛЬСТВО

Кто-то, похоже, заказал мочить Сечина.

Ход был выбран не слишком удачный – из чулана было вытащен старый, траченный мышами и временем флаг с надписью «панк-группа Pussy Riot», выбит во дворе, сбрызнут водичкой – и опять он, голубчик, у них в работе. Запах плесени немного чувствуется, но ничего, можно привыкнуть.

В Сети появился клип. Не умеющие играть, петь и танцевать существа в цветных колпаках (трусят, чтобы не узнали и не посадили), как водится, играют, поют и танцуют. Правда, на не очень приспособленном для танцев объекте - нефтяной вышке. Заодно выражают тихую надежду все оппозиции, что будет «Навальный посажен». http://www.kommersant.ru/doc/2235578 Возможно, авторам клипа известно нечто, что неведомо пока нам. Крики, звуки и ритмизованная эпилепсия именуется по старинке и по «гельманке» «панк-роком» и временами даже «современным искусством». Выглядело это все такой отчаянной, несусветной дрянью, что не выдерживали даже поклонники т.н. «панк-группы» и выражались определенно и бранно. Интересно, а чего они ждали?
Здесь уместно еще раз уточнить, что за явление такое перед нами. Давайте договоримся о терминах. «Панк-группа это «Sex Pistols», «Ramones», «Velvet Underground» etc. То есть ударные, бас, гитара, вокал. Это первое.

Второе. «Группа» это то, что играет и поет. То есть нужно уметь играть (хотя бы более или менее, желательно несколько выше уровня пахнущего кошачьим соком подъезда), а также петь. Необходимы также тексты, способные хоть как-то зацепить аудиторию. Здесь нет ни того, ни другого ни третьего. Первое. Никакой «панк-группы» нет – есть непонятное количество «борцов с системой», объединенных похабным названием. Второе – играть и петь они не умеют в принципе. Издевательство над бессловесным инструментом и крики это не игра и не пение, это звуки. Стоит напомнить, что их главный хит политического сезона «песня» «С…нь Господня» представляет собой нечто вроде «припева», который содран у Рахманинова, а сопровождается «припев» несколькими выкриками и беспорядочными ударами разными частями тела по расстроенной бас-гитаре «Урал». То есть даже «это» не смогли придумать сами, а украли у классика, хотя если уж все так плохо, можно было бы потратиться на компьютерную программу, которая сама пишет музычку. Про тексты можно не говорить. Вот и весь контент.

Необходимо сказать, что такого рода вещи когда-то действительно были популярны. А точнее – лет сорок назад, когда панк-рок на Западе только начал подниматься, а в России основная масса панк-бунтарей еще не родилась на свет. Тогда на Западе это было модно, круто, эпатажно и панк-эстетикой (если можно так сказать), в той или иной форме увлекались многие, включая «Битлз» и «Роллинг Стоунз» (именно последним приписывают знаменитую панк-формулу «Sex, Drugs & Rock n Roll»). Причем арбитрами качества в мире рок-музыки на Западе были профессионалы, часто с хорошим музыкальным образованием, которые оттачивали мастерство игры и вокала в бесконечных концертах. Поэтому и панк-рок был вынужден в любом случае стремиться к определенному техническому уровню (качеству) игры и пения.

У нас же какой был рок, такой был и панк. Квартирный, подпольный, подстольный, непрофессиональный. Планку задать было некому, ибо играть никто не умел, петь тоже. Не случайно та же «Машина времени» до сих пор не научилась ни играть, ни петь, хотя времени было достаточно. Целеполагание тоже было различно. Те боролись с базовыми человеческими пороками – страстью к наживе, жестокостью, цинизмом, утратой искренних чувств, окостенением сердца. Эти боролись с Политбюро (чиновниками, системой), комсомолом, Брежневым, а сегодня с чиновниками, «Единой Россией», системой и Путиным. Не случайно в отечественном «прикиде» панка непременно были и октябрятские звездочки и комсомольские значки и какая-нибудь случайная кокарда с милицейской фуражки. То есть в одном случае проблемы глобальные, понятные всем, в другом – местечковые, понятные только тем, кто здесь родился и вырос. Поэтому здесь все слушают или хотя бы слышали «Queen», «Deep Purple», «Nirvana» и еще три сотни названий, но попробуйте найти на Западе человека, который слушал бы «Машину Времени» или «ДДТ» или слышал бы о них? То то вот оно и есть». http://boris-yakemenko.livejournal.com/274583.html

Но это мы воспарили и заклубились. Теперь давайте пониже и пожиже.

Сразу началась драчка за выяснение, кто это все-таки был, ибо напялить дурацкий колпак и глухо кричать их под него дурным голосом не сможет только паралитик. Самуцевич, которой повезло больше с адвокатом, чем остальным, и она не села, усомнилась в Twitter в подлинности нового клипа. https://twitter.com/Samutsevich Мы еще к этому вернемся. А пока сообщим, что, кроме того, прогремело еще одно художественное событие - на фестивале Артдок фест в декабре пройдет показ фильма о Pussy Riot. Снял его оскароносный всемирно известный режиссер Поздоровкин (не слышали? Для вас же лучше), и «буквально несколько раз показал фильм узкой группе хипстеров, поэтому теперь хоть куда-то надо запихнуть свое творение». http://beskoneshnyi.livejournal.com/276922.html Старая, ржавая карусель заскрипела и, роняя детали, закружилась по новой. Кучер плох – и лошади не везут.
Почему это происходит? Кому это нужно? Судя по персонажам «произведения искусства», это политический заказ. Про Сечина поем, Навального сажаем, дальше до кучи валим все подряд. Бренд изрядно износился, но еще может кое-что принести, тем более, что превратиться в «панк группу», как говорилось, легче легкого – натянул на голову цветной носок и заорал. А если в орании проскальзывают слова «Путин», «свобода» «тюрьма», «мы здесь власть» - все, дело в шляпе.

Кто заказал и кто на этом зарабатывает – перечтем пусть и не «Женитьбу Фигаро», но последнюю тревожную сагу Самуцевич о «Фейгине, Полозове и Волковой и об их роли в жизни Самуцевич». Вспомним заодно, что она «усомнилась в подлинности клипа». «Адвокаты Фейгин, Полозов и Волкова в перерыве между судебными заседаниями в Мосгорсуде занимались регистрацией товарных марок «PUSSY RIOT», поэтому, им было далеко до интересов их подзащитных. Дальше пошли регистрации заявок в Германии, в Европейском Союзе, но уже через оффшорные компании, такие как компания New Centennium Holdings. Фейгин, Полозов и Волкова боятся потерять украденное, поэтому и развернули против меня кампанию лжи и клеветы и оскорблений». http://echo.msk.ru/blog/katia_samutsevich/1113572-echo/ Напомним, что дело уже было на мази - самая крупная в мире американская промоутерская компания Live Nation сделала «панк группе» предложение о мировом турне за 600 миллионов евро. «Pussy Riot действительно ждут во всем мире, поскольку в последние годы еще не было столь резонансного события в мировом шоу-бизнесе, - комментирует вице-президент William Morris Agency Соломон Паркер. - Американские рекорд-лейблы готовы сражаться за сотрудничество с группой». http://lifenews.ru/news/103209 «Панк группа» была успешно посажена, чтобы не мешала, но дело не выгорело, адвокаты все слили, а потом их чуть не выгнали из адвокатской конторы. Похоже, начали кончаться деньги. И вот они потихоньку завели шарманку опять…

Но даже если это не они, это не слишком меняет дело. Однако проблема в другом. Плясать в храме (священном пространстве) и орать похабщину не позволено никому. Именно поэтому возник скандал, дело и баланда. Плясать на вышке опасно, но можно всякому, нефтяных чувств руководства компании не оскорбляет, Сечин не канонизирован и сечинохульство хоть и неприятно, но не преступно. То есть скандала нет и проблемы нет. А заодно игры нет, текста нет, пляски нет. Есть цветные носки, которые надеты на прямо противоположную обычному их местоположению часть тела и страстное желание заработать.
Но мы то все видим.

ЛОХОТРОН

Сильно испорченный после выпуска Самуцевич на свободу бизнес «адвокатов» Pussy Riot активно поддержали в США. «Самая крупная в мире американская промоутерская компания Live Nation сделала группе Pussy Riot беспрецедентное по стоимости и масштабам предложение. Если бы скандально известная группа находилась сейчас на свободе, то смогла бы заработать на мировом турне около 600 миллионов евро. - Наше агентство просто взорвали звонки и письма от зарубежных промоутерских и продюсерских компаний с предложениями об организации гастрольных туров Pussy Riot после того, как участницы группы выйдут из тюрьмы, - прокомментировал представитель компании "РУ-КОНЦЕРТ". - Многие из них пытаются через наше агентство выйти на создателя группы. За каждое выступление в зависимости от страны они предлагают от 500 до 700 тысяч евро! Зарубежные концертные компании готовы вносить 100% предоплаты в течение 10 дней после заключения договора за концерты в десятках городов, несмотря на то что участницы Pussy Riot все еще сидят. Промоутеры уверены, что выступления Pussy Riot будут настоящей гастрольной бомбой. С группой уже дали согласие спеть Элтон Джон, Стинг, Сара Брайтон, Metallica, Леди Гага и Мадонна, которая ранее отмечала, что ей нравится музыкальное творчество Pussy Riot. - Pussy Riot действительно ждут во всем мире, поскольку в последние годы еще не было столь резонансного события в мировом шоу-бизнесе, - комментирует вице-президент William Morris Agency Соломон Паркер. - Американские рекорд-лейблы готовы сражаться за сотрудничество с группой». http://lifenews.ru/news/103209

Очень любопытно и показательно. Итак, провокаторам и хулиганам готовы заплатить 600 миллионов. Для сравнения – за такую сумму был продан модный дом «Валентино». Но дело не в этом. Данная новость дает нам возможность взглянуть на происходящее более масштабно, увидеть в этом не просто отдельное маргинальное явление мира современной попсы (как бы она ни называлась), а тенденцию.

Давайте разберемся. Начать, конечно, следует с того, что такого рода суммы возникают только потому, что деньги в мире утратили какую-либо ценность и перестали служить эквивалентом реальной стоимости того или иного товара. Но магия огромных цифр все еще работает и производит эффект шумовой гранаты. Взрыв – и человек падает, оглушенный, ослепленный, сдаваясь на милость победителя, соглашаясь на все. Люди, работающие на антикварном и художественном рынке, показывая мне картины или мебель с бесконечным количеством нулей, улыбались и говорили, что таких цен просто не существует, не существовало, не будет существовать никогда. А рассчитаны они на богатых простофиль, жаждущих красивой жизни. То есть переизбыток денег, и низкая личная культура их владельцев, приводят к такого рода результатам.

Особенно это касается именно «современного искусства», которое утвердило парадоксальную и противоестественную максиму: «дорого стоит – значит действительно ценная в художественном смысле вещь». Совершив подмену художественной стоимости произведения стоимостью коммерческой, с помощью политтехнологий оно эту подмену раскрутило, вытащило несколько имен и выстроило связку «имя – деньги», полностью выведя за скобки то самое главное, что находится между ними и составляет суть, зрачок искусства. То есть произведение. Да и зачем оно? Просто «художественные», «творческие» услуги такого-то стоят столько-то. И все. Продает сто «картин», «инсталляций» в месяц – хороший «художник», умеющий грамотно развести клиента. Не продает – плохой. И ничего, что Ван Гог за всю свою жизнь продал только одну картину. Ведь что «художник» делает, сегодня уже неважно. Тем более, что о такого рода «творчестве» нагорожено столько чепухи («внутренний взгляд», «я так вижу», «наивное искусство», «постмодернистские аллюзии», «отражение субьективной реальности», «ревизия очевидности» - хоть составляй энциклопедию наукообразной околесицы), что проще поверить и заплатить, не разбираясь.

Интересно и то, что если раньше лохотронщики от «искусства», а также их кураторы хоть как-то пытались доказывать художественную ценность и значение того или иного глубокомысленного творения их подзащитного, прибегали к сравнениям, уходили в историю искусства и стилей, то сегодня все кардинально изменилось. Они совершенно перестали стесняться, и открыто показывают всем, как все делается и что на самом деле представляет собой. Так, когда возник скандал вокруг провокации в Сахаровском центре под названием «Осторожно, религия», сторонники «искусства» и их друзья-журналисты, доказывая бессмысленность усилий православных активистов,  постоянно и совершенно открыто подчеркивали чрезвычайно низкий художественный уровень «произведений», представленных на выставке. Один из самых дорогих французских «художников» Ж.П.Рено так рассказывает о том, как он стал «творцом». Однажды, утомившись от службы в гарнизоне, он почувствовал желание «самовыразиться», пошел в гараж и собрал все, что валялось - цветочные горшки, цемент, красную краску. После этого наступил волнующий момент «творчества». Он «положил цемент в горшок, и, даже не дождавшись, пока он высохнет, взял прямо руками краску и все измазал». Вот так прямо «все измазал». Это как если бы хирург сказал, готовясь делать вам операцию: «я вчера на этом же топчане какому-то мужику брюхо вспорол и весь ливер вытряхнул». Дальше Рено рассказывает, что почти 30 лет после этого мазал только «красные горшки». Но затем почувствовал, что нужно переходить на новую ступень, пережил творческий подъем, что далось в ходе сложных внутренних борений и после того, как «не смог больше себя сдерживать», намазал … черный горшок, заключив это глубокомысленной сентенцией, что «сегодня возможны все цвета». Но и это не предел. Еще два очень дорогих и столь же известных «творца» современности – Д.Херст и Д.Кунс – вообще выпекают свои творения фабричным способом, ибо иначе не успеть утолить жажду высокого искусства у тех, кто владеет большими деньгами. У Херста конвейерно производят шедевры 120 человек, Кунс пока отстает – у него всего 80.

    То есть сегодня уже совершенно открыто, без стеснения, с улыбкой, человеку впаривают кустарную дрянь, лежащую за пределами любых эстетических критериев, дрянь, которой нельзя даже качающийся стол подпереть. А когда он с сомнением спрашивает: «но это же дрянь?» ему радостно кричат «Конечно, дрянь! Веррррно! Хлам! Но ведь это как подойти? Не забывайте, что для этих произведений эстетический уровень не актуален. Но это же самое современное, передовое, свежее. Хотите отстать? Да вы посмотрите, кто сделал». Ну, как тут не купить? Тем более что всегда в запасе есть популярное ныне самооправдание, которым обычно пользуется тот, кто все-таки подозревает, что его околпачили: «ведь не могут же за обычную дрянь просить столько денег». Могут. И предложение в 600 миллионов самое наглядное этому доказательство. А также подтверждение в целом всему, что написано выше.

Но есть и еще одна деталь, которую хотелось бы уточнить. Предположим, что их действительно пригласили выступать за эти деньги. А теперь самое интересное. Речь ведь идет о выступлении «панк-группы». Панк-группа это «Sex Pistols», «Ramones», «Velvet Underground» etc. То есть ударные, бас, гитара, вокал. Это первое. Второе. «Группа» это то, что играет и поет. То есть нужно уметь играть (хотя бы более или менее, желательно несколько выше уровня пахнущего кошачьим соком подъезда), а также петь. Необходимы также тексты, способные хоть как-то зацепить аудиторию.

Здесь нет ни того, ни другого ни третьего. Первое. Никакой «панк-группы» нет – есть непонятное количество «борцов с системой», объединенных похабным названием. Второе – играть и петь они не умеют в принципе. Издевательство над бессловесным инструментом и крики это не игра и не пение, это звуки. Стоит напомнить, что их главный хит политического сезона «песня» «С…нь Господня» представляет собой нечто вроде «припева», который содран у Рахманинова, а сопровождается «припев» несколькими выкриками и беспорядочными ударами разными частями тела по расстроенной бас-гитаре. То есть даже «это» не смогли придумать сами, а украли у классика, хотя если уж все так плохо, можно было бы потратиться на компьютерную программу, которая сама пишет музычку. Про тексты можно не говорить. Вот и весь контент, за который, by the way, дают 600 миллионов.

Необходимо сказать, что такого рода вещи когда-то действительно были популярны. А точнее – лет сорок назад, когда панк-рок на Западе только начал подниматься, а в России основная масса панк-бунтарей еще не родилась на свет. Тогда на Западе это было модно, круто, эпатажно и панк-эстетикой (если можно так сказать), в той или иной форме увлекались многие, включая «Битлз» и «Роллинг Стоунз» (именно последним приписывают знаменитую панк-формулу «Sex, Drugs & Rock n Roll»). Причем арбитрами качества в мире рок-музыки на Западе были профессионалы, часто с хорошим музыкальным образованием, которые оттачивали мастерство игры и вокала в бесконечных концертах. Поэтому и панк-рок был вынужден в любом случае стремиться к определенному техническому уровню (качеству) игры и пения.

У нас же какой был рок, такой был и панк. Квартирный, подпольный, подстольный, непрофессиональный. Планку задать было некому, ибо играть никто не умел, петь тоже. Не случайно та же «Машина времени» до сих пор не научилась ни играть, ни петь, хотя времени было достаточно. Целеполагание тоже было различно. Те боролись с базовыми человеческими пороками – страстью к наживе, жестокостью, цинизмом, утратой искренних чувств, окостенением сердца. Эти боролись с Политбюро (чиновниками, системой), комсомолом, Брежневым, а сегодня с чиновниками, «Единой Россией», системой и Путиным. Не случайно в отечественном «прикиде» панка непременно были и октябрятские звездочки и комсомольские значки и какая-нибудь случайная кокарда с милицейской фуражки. То есть в одном случае проблемы глобальные, понятные всем, в другом – местечковые, понятные только тем, кто здесь родился и вырос. Поэтому здесь все слушают или хотя бы слышали «Queen», «Deep Purple», «Nirvana» и еще три сотни названий, но попробуйте найти на Западе человека, который слушал бы «Машину Времени» или «ДДТ» или слышал бы о них? То то вот оно и есть.

И вот теперь «это» - неумение играть и местечковые проблемы тащат на Запад в надежде на то, что отставший на сорок лет «панк-рок» без всякого рока, но с политическими (опять же, понятными только нам и уже изрядно надоевшими) лозунгами, слушать, очевидно, будут с особым вниманием. А теперь представим себе полный зал, огромная сцена (кстати, любую панк-группу профессиональная большая сцена просто убивает – они и на Западе играют, в основном, в клубах), а на сцене несколько расстроенных гитар в нескольких корявых руках, и крики, в которых понятно только слово «Путин». Конечно, балаклава, куда же без нее теперь, хотя нечто подобное там тоже уже видели (группа «Kiss» только индейской раскраской и держалась, втихаря предлагая записывать наиболее сложные гитарные партии приглашенным со стороны музыкантам). В целом исполнительский уровень подземного перехода на Каланчевке. То есть не музыка, не искусство, не «панк» и уж тем более не «рок». Конечно, многие на Западе не любят Путина, но не до такой же степени, чтобы за свои деньги сидеть два часа на тусклом антипутинском и антиправославном пикете, не понимая, вдобавок, ни слова.

А с другой стороны,  если сотни или тысячи готовы купить билеты на это шоу, а  потом еще пойти смотреть, то пусть они это сделают. Так им и надо. Их совершенно не жаль. Может быть, даже стоило бы водить всех сторонников тюремной «панк-группы» на ее «концерты» в принудительном порядке. На все до единого. И там, как у Райкина, «привязать, прикрутить, приварить» к стульям, чтобы ни один любитель свободного самовыражения не ушел и не скрылся. Перекрыть полицией все окна и двери, чтобы муха не вылетела. Думаю, что это было бы одним из лучших средств борьбы не только с провокациями, но с политиканством. А заодно и тем, что у них именуется «современным искусством».       

ПРОГИБ ПОД МИР

Макаревич в который раз порадовал своим талантом прогибаться под изменчивый мир. Написал песню про Ваню в храме в частушечном жанре «утром в газете, вечером в клозете». Откликнулся, так сказать, на актуальное. Побежал по шпалам за уже скрывающимся за поворотом поездом – ах, успеть бы хоть что-то. 

Макаревича можно понять. Возраст, «мадам, уже падают листья», но хочется быть в формате, кумиром миллионов, повторяющих слова песен и выставляющих магнитофон с поющим Макаревичем в окно. Как некогда, в начале 1980-х, когда только глухой не знал «у дверей заведенья», «кого ты хотел удивить», «свой дом», «марионетки». И не беда, что Макаревич не умел ни играть, ни петь – тексты отвечали ожиданиям перемен, а незамысловатая мелодия романтическому настрою души. А под «поворот» истово, как хлысты на радениях, суровые русские люди плясали в темных школьных спортзалах и неприхотливых деревенских домах культуры на апокалиптических дискотеках. Магнитофон «Комета», пленка шестого типа, заклеенные динамики обитых ситцем колонок, цветомузыка - два фонаря со стеклышками, выкрашенными красным лаком для ногтей, синяя изолента где только можно. Шарик, обклеенный битым зеркалом и, при направленном на него лучике, восхитительно создающий звездное небо на пятнистом потолке в момент волнующего «медляка». И «Машина времени», конечно, «Машина времени», замечательно подходящая к антуражу, «Машина» со звуком, который давали только электрогитары «Урал». И голос Макаревича…

Эхх. Было. И прошло, как справедливо заметила коллега Макаревича С.Ротару. Но настали новые времена. Больше никого не интересовало, как трудно жилось подпольным музыкантам, никто не ценил квартирное творчество, никто не чтил андеграундных подвигов во имя установления рок-культуры в России. Смелые обличения того, чего больше нет – советской власти и начальства – никого отныне не пленяли. А нового ничего не было. Играть и петь никто так и не научился, а подпитывать тексты было больше нечем – все стали протестовать и протеста на всех не хватило. И протест сначала измельчал, а потом выпарился. «Гулял Ванюха, ходил Ванюха, да весь вышел». Но все-таки каждому досталась, как ваучер, частица общего протеста. И тогда Макаревич начал протестовать. И поддерживать. Или поддерживая, протестовать. Или протестуя, поддерживать. В 1991 году все были на баррикадах – и Макаревич был на них (на память «медаль защитника свободной России»). В 1996 году он доверенное лицо Ельцина. Потом пришла пора поддерживать Путина – и он поддерживал. Потом Медведева – и он поддерживал. Потом Прохорова – и он поддерживал. Потом стало модно и трендово политически не соглашаться – и он перестал соглашаться. «Вас опять надули те, кто вас ведут» - и побрел с т.н. «писателями» по бульварам. Но далеко с ними не пошел. В общем, протестовал и поддерживал – но осторожно, ибо сейчас в моде легкий запах гнили. Но если увлечься, то можно случайно протухнуть совсем. Поэтому он дальновидно, но вполне искренне жарил яичницу с беконом и запекал кур: и лицо не забудут и деньги платят и не опасно, ибо кур будут запекать при любом режиме.

Когда произошла провокация в храме Христа Спасителя, поддержал провокаторов (но осторожно – провокаторы хорошие, акция плохая). Кидаться на Церковь и Патриарха вообще сейчас удобно – и смело и форматно и с подтекстом и ничего тебе не грозит. А теперь вот песня с детской рифмой «Ваня - в храме». Интересно, слышит ли ее башлачевский Ванюша, который ходил бережком вдоль синей речки, водил солнышко на золотой уздечке и над обрывом раскидывал руки то ли для объятия, а то ли для распятия? Неведомо. Но Макаревич поет, веселит нетребовательную публику, усиленную ботами и троллями, которой все равно, кто поет и что поет – главное, нас и наших кумиров поддерживают. Поет, не понимая, что поддерживать ЭТО нельзя, хихикать над тем, что прошло проверку временем и людской совестью, нельзя. И, самое главное, когда все на одного, когда свора лжет, клевещет, травит и подзуживает: «а вы молчите. Вы не отвечайте. Вам нельзя. Вы смиряйтесь», то подобные песни именуются подлостью. Трусливой, мелкой и бедной. А он не понимает. И поет. Весело ему, подлецу…

Скажи мне, чему ты рад?
Постой, оглянись назад.
Постой, оглянись назад, и ты увидишь,
Как вянет листопад,
И вороны кружат,
Там, где раньше был цветущий сад.

И ВНОВЬ…

Любопытно наблюдать, как предсказуемо (и оттого скучно) разворачивается организованная (теперь в этом уже можно не сомневаться) и срежиссированная «поддержка» антицерковной и антироссийской провокации, осуществленной панк-шпаной в храме Христа Спасителя. В дело постепенно вводятся все новые силы, которые должны создать иллюзию «общемировой поддержки» сидящих в тюрьме «узниц совести» (терминология Amnesty International, давно обслуживающей эту тему). «Музыканты трех известных группы - The Who, Pulp и Pet Shop Boys - написали письмо в поддержку трех арестованных по делу о хулиганстве участниц российской панк-группы Pussy Riot. Письмо было опубликовано в газете The Times в четверг - накануне приезда президента РФ Владимира Путина в Лондон, где проходят Игры ХХХ Олимпиады». http://www.ria.ru/culture/20120802/715167453.html#ixzz22P85MRLX.

Обратите внимание, как выбрано время. «Накануне приезда Путина». Но они этого и не скрывают. «Так как Путин приезжает в Великобританию, мы требуем, чтобы этим трем женщинам обеспечили справедливое судебное разбирательство", - завершают музыканты свое обращение». (Там же). То есть речь идет об организованном политическом давлении на Российское государство. Смотрим дальше. «Музыканты Пит Таунсенд, Джарвис Кокер и Нил Теннант считают, что Pussy Riot участвовали в законной акции и их нельзя наказывать лишением свободы на 7 лет. "Право протестовать есть в любой демократической стране, и семь лет тюрьмы - несоизмеримое наказание за нелепое на наш взгляд обвинение - "хулиганство по мотивам религиозной ненависти", - пишут артисты. По их словам, они особенно обеспокоены сообщениями о том, что у девушек недостаточно еды, а держат их в клетке в зале суда. К обращению присоединились музыканты Кейт Нэш, Корин Бэйли Рэй и Алекс Капранос из Franz Ferdinand, и группы Cornershop и The Joy Formidable» (там же).

Поразительна осведомленность авторов письма, которые давно ничего не читают, кроме этикеток и банковских счетов. Осведомленность, свидетельствующая о глубоком знании ими подробностей происходящего, мелких деталей, а также показывающая совершенное владение слогом, которым пишутся российские оппозиционные листовки и статьи. Чудеса, да и только. То есть Таунсенд, Кокер и прочий просроченный йогурт «Пассивия» провели несколько недель в чтении заботливо переведенных статей, разобрались в юридических тонкостях и «мотивах религиозной ненависти», написали письмо, согласовали друг с другом и…

Хоть кто-то верит, что такое возможно, кроме желающих щипать и кормить блинами провокаторов, а также самих организаторов провокации?

Конечно, нет. Это невозможно по определению. Обратим внимание на то, что у еще одного защитника панк-шпаны Стинга, заодно изболевшегося душой и сердцем за казахских нефтяников и газовиков, есть благодетель, а также организатор его гневных филиппик. Это уже упоминавшаяся выше Amnesty International, откровенно политическая контора, обслуживающая интересы российской оппозиции. Поэтому, без сомнения, у Таунсендов и прочих Кокеров тоже есть политический покровитель, который заботливо написал текст, ознакомил, сказал, что «так надо» и «ловко правой вложил в другую руку председателя толстую хрустнувшую пачку». И, нет сомнения, что это не конец. Скоро подтянутся очередные «свежие силы», типа уже засветившихся Хаген или Алмонда («вот такая вот музыка. Такая, блин, вечная молодость…») и история продолжится. Впереди полгода и организаторам этих антироссийских акций нужно рачительно и аккуратно распределять силы.

Вся эта кампания теперь уже безо всяких сомнений и оговорок свидетельствует о том, что антицерковная и антигосударственная провокация в храме Христа Спасителя была срежиссирована и организована заранее в рамках общей антигосударственной и антицерковной кампании, развернутой еще до выборов и усиленной после победы Путина. Примечательно, что в авангарде «защиты» идут антироссийские «Новая газета» и «Эхо Москвы», а также деятели российской оппозиции. Тактика таких кампаний проверена давно еще в дни, когда «Идущие вместе» выступали против постановки порнографа Сорокина в бывшем Большом театре. Тактика эта заключается в том, что организуется масштабная массовая травля нормальных, вменяемых людей, выступающих за государство (а сегодня и за Церковь), в ходе которой «не замечаются» неудобные моменты, а единственным возражением на аргументы является бесконечное повторение одного и того же штампа с повышением тональности. В этой ситуации поддаваться давлению и истерии нельзя. Люди (если после того, что они делали с курицами и в биологическом музее их можно так назвать) совершили преступление и они должны за него ответить. В любом случае первый результат уже есть – государство повело себя «по-государственному», выступив на защиту святынь и чувств верующих граждан России. А, кроме того, после того, как панк-шпана отсидит свое и выйдет (пусть это будет даже в январе), никто из тех, кто на волне антицерковной кампании очень хотел «пошутить» и «поразвлечься» в храмах, делать этого не будет по определению. Дураков нет. Ведь в этом «протесте» нет идеи, нет мысли, нет убеждений, то есть ничего из того, за что можно страдать. Есть трусливое желание «прикольнуться», получить минуту славы в Интернете и хихикать, воображая себя «борцом с системой», но не сидеть. Сегодня их ставят на то место, где они и должны быть. И это успех.

(no subject)

ДЖОН ЛОРД

Не стало Джона Лорда - бессменного клавишника и основателя Deep Purple.

Великие рок-группы 1970-1990-х годов отличал фундаментальный стиль композиций, мощность и притягательность игры, безупречное мастерство. Каждая из этих групп была оркестром, в котором был различим каждый инструмент и каждый инструмент был слышен. Не понимавший текстов российский слушатель мог, не отвлекаясь на содержание песен, оценить силу и возможности каждого участника группы.  вспомним легендарную «Pictures of home»: Ян Пэйс (ударные) - вступление – Ян Гиллан – вокал-соло – Ричи Блэкмор – соло-гитара – Ян Гиллан - вокал соло Джон Лорд – орган-соло – Роджер Гловер – бас соло. Все вместе финал. На этой музыке, на пузатых «Кометах», на страшных катушках с рваной пленкой шестого типа вырастали тысячи людей, хотевших петь и играть «как они» - так же хорошо и легко. Лорд и такие как он учили простых ребят мастерству и профессионализму, учили не отрываться от корней, от великих композиторов и их музыки, подчеркивая безусловную связь традиций и поколений. Не случайно на очень многих концертах Deep Purple Джон Лорд легко и естественно исполнял классические произведения или их фрагменты, соединяя эпохи и стили. 

Джон Лорд был не только одним из создателей Deep Purple – он был, что важнее, создателем стиля группы, того «органного полотна», на котором создавалась картина музыки. Всюду, куда бы он ни приходил, он приносил свой стиль, манеру, непременно узнаваемый характер игры. А он играл в Whitesnake, работал с Джорджем Харрисоном, Грэхемом Боннетом, Дэвидом Гилмором, группой Nazareth. Именно Джон Лорд создал визитную карточку группы Deep Purple, символ тяжелого рока – композицию «Smoke on the water». Он был автором нескольких сольных альбомов, которые создавал не торопясь, с большими промежутками (Sarabande (1976), Before I Forget (1982), Pictured Within (1998)) и по этим альбомам отчетливо виден его творческий рост как композитора, творца современной классики. С годами становится меньше драйва, но больше глубины, вдумчивости, внимания к каждой композиции. Создав одну из лучших мировых групп, он так и не стал «отвязным рокером», «бунтарем», за ним не тянулась едкая и шумная слава, как за многими «коллегами по цеху» типа Р.Планта или Д.Пэйджа. Он не орал, не бунтовал, не взрывал мозги, не ниспровергал кумиров и истэблишмент. Он сотворял музыку. И музыка сотворяла его.

Вечная память.

THE GREAT PRETENDER

20 лет назад в этот день не стало Фредди Меркьюри.

В 1978 году у нас в доме оказалась маленькая синенькая гибкая пластинка в бумажной обложке. На обложке красной краской было отпечатано мутное фото, под которым значилось: «Группа Куин». На другой стороне были названия песен 1. «Ревность». 2. «Не останавливай меня». У последней был грубо «замят» конец. Мне это не говорило ничего и я не обратил бы на этот синий кружочек никакого внимания, если бы не старший брат, который схватил пластинку и с восторгом сказал: «Это же Квин». Мы поставили ее на допотопную «Ригонду» и я впервые услышал голос Фредди Меркьюри, не понимая, что в истории моей музыкальной культуры открывается новая страница…
… Меньше чем через год половина нашего класса знала всю дискографию группы наизусть (до сих пор могу по памяти перечислить все пластинки и песни с них), переписывала в самопальные музыкальные «каталоги» биографии членов команды, а также передавала фантастические истории из жизни Меркьюри. Мэя, Тэйлора и Дикона, просачивавшиеся сквозь «железный занавес». В Москве были полуподпольные студии звукозаписи (одна прямо за ГУМом, другая на Тверской, третья на Калининском проспекте и т.д.), куда можно было приносить катушки и кассеты и через неделю забирать их с записью очередного диска. С наступлением каждого года все начинали ждать новой пластинки, которая мгновенно растекалась по катушечным «Кометам», «Юпитерам» и «Нотам» и каждый раз было что-то новое, небывалое, очередной шаг в глубину совершенства и таланта. По рукам ходили мутные черно-белые фотографии группы, скопированные с иллюстраций из журналов и с обложек дисков. Когда появились первые видеомагнитофоны ВМ-12, нещадно жевавшие пленку, стало возможно увидеть «Queen» живыми и это стало еще одним сильнейшим впечатлением.
Меркьюри поражал. Поражали не только возможности его голоса, богатство и насыщенность гармонии, сочетание стилей. Все это было бы не так ярко, выпукло и впечатляюще без его темперамента, который был не только виден в клипах – был отчетливо слышен на большинстве песен. Он так отдавался пению, музыке, был так страстен в своей сопричастности той красоте, которую сам же и создавал, что не поддаться этой энергии, этому музыкальному обаянию было невозможно.
У группы были подъемы и спады (как в конце 1970-х, это видно на альбоме «Jazz»), был настойчивый поиск новых направлений (как в начале 1980-х, альбом «Hot Space»), был кризис (середина 1980-х, когда музыканты разошлись по сольным проектам) и вновь подъем, квинтэссенцией которого стал «Innuendo», реквием смертельно больному Меркьюри. Альбом поражает сочетанием стилей, богатством музыкального содержания и потенциалом возможностей, которые так и не были реализованы. Финалом стала легендарная «Show must go on», запрос у вечности на право бессмертия, и это название стало лозунгом и выражением последней надежды для тех, кто прощался с Меркьюри. Еще раз он пришел к нам на последнем альбоме «Made in Heaven», центром которого стала, безусловно, не оконченная им композиция «Mother love»: воплощение усталости от бесконечной боли, безысходности, тоски по последней надежде - материнскому теплу, рукам матери, к которым хочется вернуться и остаться навсегда.
Уйдя, Фредди Меркьюри еще раз доказал – незаменимые люди есть. Его богатейший голос был единственным, его творческая манера уникальной и все попытки сохранить жизнь группе без Меркьюри закончились провалом. Достаточно послушать «Queen+Paul Rogers».
Фредди Меркьюри нет уже двадцать лет, но его песни по-прежнему на вершинах хит-парадов. И это доказывает, что он действительно был гениален. И сейчас, возвращаясь к нам с пластинок и клипов, он хочет от нас только одного. Чтобы мы так же гениально умели его слушать. И все.

(no subject)


По улице моей который год

звучат шаги - мои друзья уходят.

Друзей моих медлительный уход

той темноте за окнами угоден.

 

Запущены моих друзей дела,

нет в их домах ни музыки, ни пенья,

и лишь, как прежде, девочки Дега

голубенькие оправляют перья.

 

Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх

вас, беззащитных, среди этой ночи.

К предательству таинственная страсть,

друзья мои, туманит ваши очи.

 

О одиночество, как твой характер крут!

Посверкивая циркулем железным,

как холодно ты замыкаешь круг,

не внемля увереньям бесполезным.

 

Так призови меня и награди!

Твой баловень, обласканный тобою,

утешусь, прислонясь к твоей груди,

умоюсь твоей стужей голубою.

 

Дай стать на цыпочки в твоем лесу,

на том конце замедленного жеста

найти листву, и поднести к лицу,

и ощутить сиротство, как блаженство.

 

Даруй мне тишь твоих библиотек,

твоих концертов строгие мотивы,

и - мудрая - я позабуду тех,

кто умерли или доселе живы.

 

И я познаю мудрость и печаль,

свой тайный смысл доверят мне предметы.

Природа, прислонясь к моим плечам,

объявит свои детские секреты.

 

И вот тогда - из слез, из темноты,

из бедного невежества былого

друзей моих прекрасные черты

появятся и растворятся снова.

 

Не стало Беллы Ахмадулиной…