?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: религия

КАМПАНИЯ ПРОТИВ ОТЦА АНДРЕЯ ТКАЧЕВА
boris_yakemenko
Рекламный листок проституток имени Гусева, выходящий под странным названием «Московский Комсомолец» (комсомола 25 лет уже нет), отработав любимую тему погибшего ребенка, раздувает очередной антицерковный скандал. Это специфика листка. в нем всегда находили приют самые отвратительные антицерковные персонажи, среди которых первый это Бычков, "лжец и сумасшедший доносчик". Ниже можно видеть, как он берет деньга за заказные статьи против Церкви.

Эпизод начинается с 2.40, но там все хороши
И вообще если кто-то хотел оклеветать Церковь или отдельных ее представителей, надо было идти к главному сутенеру и можно было всегда договориться, особенно, как видим, если были средства.

Теперь новая тема – вынули закрытый (!) разговор известного священника Андрея Ткачева, разговор, случившийся еще шесть лет назад (!) и начали мусолить (http://www.mk.ru/social/2016/03/02/nuzhno-zhenshhinu-lomat-ob-koleno-protoierey-tkachev-obyasnil-svoyu-skandalnuyu-rech.html). Плохо, де, говорил о женщинах. Вот рекламировать годами, как говорит Гусев «из принципа», проституток и публичные дома это хорошо. Это правильно. А Ткачев, еще раз подчеркнем, в частном разговоре (!), не предназначавшемся для посторонних, что-то там сказал - это плохо.

Поддерживает Андрея Ткачева священник Шевченко, против Ткачева священник Пикалев. Как говорят в Одессе «оба хуже». Что один, что второй давно известны в Интернет-кругах, как крайне одиозные персонажи и если «критика» можно не слушать, то от «защитника» надо бы осторожно посторониться – не стало бы хуже. Странно, что не влез в эту историю еще один такой же достойный типаж – Пелин. Думаю, просто запоздал. Разумеется, заохали «завсегдатаи православного форума». "Ах, Боже мой, он карбонари". Что за специфическая публика на этих форумах, объяснять не надо. Кто был – тот знает.

Почему рекламный листок проституток, вкупе с остальными «ревнителями древлего благочестия» начал раздувать эту историю. Священник Андрей Ткачев сегодня один из самых ярких и заметных проповедников и миссионеров. Он служил во Львове – в одном из самых тяжелых для проповеди Православия городов, однако стал там широко известен. Возглавлял миссионерский отдел Киевской епархии и был вынужден уехать с Украины, поскольку, не стесняясь, давал оценки Майдану и хунте. Сегодня он служит в столичном храме Воскресения Словущего. Он телеведущий, автор множества ярких, убедительных книг.

Однако сегодня это совсем не нужно. Мало того, даже опасно. Серьезная, активная миссионерская работа в Церкви практически не существует, что касается известных ранее миссионеров, то «иных уж нет, а те далече». Никто не хочет рисковать, все боятся «сказать что то не то». Как требовал некогда один известный церковный чин от «Православного корпуса веры» «надо работать так, чтобы в Интернете писали только хорошо»… Но так невозможно. Острота, спорность, актуальность – непременные сопровождающие настоящей миссионерской работы. При этом работа, разумеется, не должна состоять только из остроты, спорности и актуальности, иначе проснутся энтеогены. И вот появился недавно отец Андрей, который именно так всегда и выступал и говорил и действовал – порой резко, жестко, радикально. «Я - человек нервный, страшный, грешный, - говорит он, - могу быть эмоциональным. Я - не Чемберлен и не лорд Дизраэли. У меня нет задачи дипломатично, мягко обходить острые углы. Если я говорю с теми, кого хорошо знаю, то говорю прямым текстом».

А это сегодня не нужно. Прямым текстом? Боже упаси. Опасно. Лучше кривым. Или никаким. Если хотите что-то сказать, лучше молчите. Как бы чего не вышло. Даже в разговоре между своими надо выбирать выражения, осторожничать, деликатничать. Этим ревнителям православия в саперы бы пойти – цены бы им не было. Именно поэтому началась кампания против отца Андрея за слова, сказанные частным образом, кампания, почти наверняка заказная, раз ввязался Гусев. Лишнее доказательство – слова Пикалева «О существовании записи я знал давно». Но начал то почему-то только сейчас. Притянули даже безумную Арбатову, которая стала грозить Уголовным кодексом, говорить о «преступных заявлениях» – все годится. Зачем вылез? Сидел бы у себя в Киеве! Спланированную провокацию подтверждает и сам отец Андрей «Я думаю, что эту диктофонную запись не случайно достали из нафталина, подняли по щелчку информационный бум. Есть некий заказ, чувствуется спрограммированная работа. И это делают отнюдь не борцы за женскую честь. По части женской чести придите и схлестнемся. Потому что мы, священники, только тем и занимаемся, что защищаем женскую честь, мужскую честь, девичью честь, честь ребенка, честь семьи. Это наша ежедневная работа. Не думайте, что они нашли врага семьи. Боже сохрани, это был частный разговор… Это вытащенная из контекста речь».

«Я думаю, что не совсем корректно выносить это на общий суд и всеобщее обсуждение, - говорит заместитель председателя Синодального отдела по взаимодействию церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе. — В любом случае это было сказано для какого-то узкого круга лиц. Мало ли что кто на кухне сказал. Это частная беседа, частная запись». Именно. Но какая разница, когда нужно дискредитировать и унизить одного из лучших современных проповедников и миссионеров. Не надо высовываться. Ничего не нужно делать. Ибо в неделании, невысовывании, неговорении, нереагировании и состоит, по мнению «ревнителей» настоящее миссионерство, настоящая проповедь должна быть никому и ни о чем.

ОБЛИЧИТЕЛЬ
boris_yakemenko
Окончательно сошедший с осей от того, что не дали митрополитство, не выбрали в Общественную палату (ах, как он просил об этом в свое время), что выгнали, что теперь стало мало денег (а это очень важно) и славы (не менее важно), безумный Кураев попался на подставе. Как обычно, ухватил любимую им «анонимную историю» про очередного гомосека в церкви, а она оказалась придуманной. Примечательно, что соучастником этой грязи. Как всегда. оказалась подоночная вражеская «Новая газета» (когда же, наконец, она закроется, а Муратов вместе со всеми подельниками окажется надолго за решеткой?).

«Во время будничной дискуссии в «Живом Журнале» протоиерея Димитрия Струева из Липецкой епархии о том, правдивы или нет обвинения Кураева в адрес священноначалия Русской православной церкви (http://presviter-ds.livejournal.com/167629.html), неожиданно выяснилось: основанная на полученных от протодиакона письмах публикация «Новой газеты» от 4 февраля 2014 года не соответствует ни действительности, ни представлениям об этике. В материале Масюк широко цитировались откровения лиц, близко знавших правящего архиерея Сыктывкарской и Воркутинской епархии епископа Питирима (Волочкова). Среди прочего, цитировалось и полученное Масюк от Кураева письмо, из которого недвусмысленно следовал вывод о гомосексуализме самого епископа Питирима, а также епархиального секретаря архимандрита Филиппа (дальше цитата, которую не будем приводить, чтобы не окураевиться. Прим. Б.Я.) Протоиерей Димитрий Струев сообщил, что один из его знакомых «эксперимента ради написал вымышленную гомо-историю про некоего архиерея» и отправил ее протодиакону Андрею Кураеву для «тестирования кураевской разборчивости». «Вброс был отцом Андреем не выложен в блогах, а передан журналистке, которая и опубликовала его в „Новой газете“», — пояснил Струев.

В комментариях к записи протоиерея Кураев назвал эти сведения анонимкой. В ответ один из комментаторов указал Кураеву на то, что в опубликованный «Новой газетой» фрагмент письма встроен акротекст «Кураев врет нам». Эту фразу без труда можно прочитать по первым буквам каждого слова через одно, начиная со слов «как следовало ублажать». Тогда Кураев заявил, что «про Питирима есть немало иных рассказов», в своем блоге в «Живом Журнале» он этот текст не размещал, а «долг проверки лежит на публикаторе, а не на почтальоне».

«В данном случае вы такой же публикатор, как и Масюк. Это не ее материал и источник, а ваш, что она прямо и указала, чтобы разделить ответственность. Возможно, с юридической стороны дела в данном случае вы и не подсудны по клевете, но с моральной, да и просто с точки зрения здравого смысла, вы виноваты на 100%. Это ясно как белый день. Было бы интересно узнать, какая доля ваших „сведений“ была получена аналогичным образом и скольких людей в результате такого отношения к источникам вы оболгали», — заметили протодиакону в комментариях.

На последнее замечание Андрей Кураев предпочел ничего не отвечать, но от Струева потребовал отредактировать запись в его блоге и обвинил самого протоиерея в «распространении анонимок»».
http://www.ridus.ru/news/202487

Это должно было случиться рано или поздно. Мало того, это случится еще не раз. Кураев, которого уязвленное честолюбие, жажда денег и самовлюбленность довели до безумия, теперь имеет одну, главную задачу – остаться в телевизоре и лентах новостей. Для этого отключены вообще все ограничители, под одну критическую гребенку он чешет всех подряд - отцов Всеволода Чаплина, Дмитрия Смирнова, Анатолия Чибрика, Даниила Сысоева (не то говорят и говорили), князя Владимира (не так призывал киевлян ко крещению), патриарха Кирилла (не так себя ведет), монахов (не так живут), защитников Троице-Сергиевой лавры в XVII веке (не так защищали), олимпийский огонь (не тем, кем нужно, зажжен), Благодатный огонь (не так горит), Дары Волхвов (не Кураеву принесли) и т.д.

О некоторых причинах духовной катастрофы Кураева говорить уже приходилось (http://boris-yakemenko.livejournal.com/404283.html, http://boris-yakemenko.livejournal.com/401021.html), но, оказалось, что все намного хуже. Все меньше надежд, что он остановится сам, все больше перспектив присоединиться к расстригам Александру Осипову, Спасскому, Дарманскому, Денисенко, Якунину. Но он этого не видит. Главное – внимание фриков на «Эхе Москвы», пошляки и пакостники из френдленты, охотно подхватывающие все «разоблачения», сладострастники-«журналисты» с «Дождя». Интриги в духе «20 чемоданов компромата», намеки и недомолвки - «фамилии знаю, но не скажу», «цифры известны, но не вам», «открыто еще далеко не все» - пока еще способны хоть кого-то привлечь. А значит, все это дешевое шоу еще какое-то время будет продолжаться, пока не произойдет окончательное падение.

Жаль.

ОБ ОДНОМ ЭПИЗОДЕ ИЗ ЖИЗНИ КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА...
boris_yakemenko
... или стал ли врагом князю тот, кто не пришел креститься.

Кураев, которого уязвленное честолюбие и самовлюбленность довели до безумия, целился в отца Всеволода Чаплина (с которым он еще несколько лет назад прекрасно служил литургию на Селигере – есть подробная запись), а попал в князя Владимира. «То есть тут именно кн Владимир представлен как идеальный политик.
А помните ли, как именно он призвал киевлян ко крещению? - "кто не придет креститься, станет мне врагом". Так что речь идет не о личных взглядах политика (на что он безусловно имеет право), а о том, что он использует власть для их насаждения».

Вот и князь Владимир пал жертвой уязвленного честолюбия. «Насаждение личных взглядов» - слова-то какие. Словно князь призывал не ко Крещению, а имел обыкновение читать Кураева по утрам со смузи и кофе-латте и пинками заставлял всех делать то же самое. Знал бы князь, как отнесется к нему Кураев через тысячу лет после кончины, может, и не затевал бы Крещения. Кормил бы блинами язычников, щипал за нижний бюст, миссионерил и катехизил помалу. Лишь бы остаться авторитетом для протодьякона, который мстит всем подряд – от отца Всеволода Чаплина до князя Владимира - за свое поруганное материальное благополучие.

А теперь серьезно. Указанная строка из источников, посвященных Крещению Руси («Аще кто не обрящется оутро на реце, то будет противен мне» (Проложное житие князя Владимира), «Аще кто не обрящется утре на реце, тои будет противник мне» (Обычное житие князя Владимира), «Аще кто во утрии не обрящется на реце, богат или оубог или работник, таковый есть мне противник» (Слово о том, како крестися Владимир, возмя Корсунь), «Аще не обрящеться кто заутра на реце, богат ли, убог, или нищь, или работен - противник мне да будет» (Повесть Временных Лет)), надо заметить, единственная "компрометирующая" строка, давно дает повод «несогласным» говорить о «насильственном крещении» Руси. А таким, как Кураев, ставить в целом под сомнение все, сделанное князем Владимиром. Пользуясь случаем (и поводом), попробуем еще раз разобраться в характере Крещения Руси и обоснованности выводов, делаемых из одной единой строчки, к которой иногда особо начитанными прибавляется расхожая фраза «Путята крестил огнем, а Добрыня мечом» - к ней мы тоже обратимся.

Начнем с того, что термин «противник» из источников это не одно и то же, что «враг», что убедительно показывает «Словарь древнерусского языка XI-XIV вв» «Ѥгда въ добрѣ боудеть моужь. то врази ѥго въ печѩли боудоуть Изб 1076, 148—148 об.; всѩ чл҃вкы равно люби. и оубо дроугы и врагы. добры˫а и злы˫а. ПрЛ XIII, 55г; достоить мнихоу... не тъкмо за сво˫а молитисѩ б҃oy но и за чюжа˫а. и за врагы. СбЯр XIII, 162; всѩкыи бо держасѩ добродѣтели не може безъ многыхъ врагъ быти. ЛЛ 1377, 124 (1175); миръ же держите не токмо с любовникы. но и со врагы своими. ЗЦ к. XIV, 44б; кровь сн҃въ свои(х) мьщаѥть и мьстить. и въздасть месть врагомъ. Пал 1406, 160б;» и т.д. (http://onlineslovari.com/slovar_drevnerusskogo_yazyika_vv/page/vragy.1711/) То есть «враг» это смертельная, непримиримая опасность, угрожающая жизни телесной и духовной, с врагом нужно вести борьбу.

Что же касается слова «противник», то этимология слова «против» родственно слову «навстречу», «напротив», «противоположность», «в сравнении с» («Праслав. *рrоti (*preti) родственно лтш. рrеtī, рrеtiеm «навстречу, напротив», рrеt «против, перед, к, в сравнении с» http://enc-dic.com/fasmer/Protiv-10682/), то есть у него совершенно иная смысловая семантика. «Противник» это человек, не согласный с кем-то, держащийся иного мнения, думающий по-другому, что отнюдь не означает жестокого противостояния и смертельной угрозы. То есть, объявляя человека «противником», «противным», князь всего лишь констатирует отсутствие единомыслия между ним, крестившимся, и тем, кто не придет креститься, но это вовсе не является призывом к действию. Что, собственно, мы и наблюдаем. Далеко не все пришли креститься, но никакого насилия не наблюдалось, дружина князя не пошла шарить по домам и вытаскивать прячущихся, хотя, как отмечал В.Татищев «и хотя многие принимали (Крещение. Б.Я.), но множайшие, размышляя, отлогали день на день; иные же, закоснелые сердцем, и слышать о том не хотели», а некоторые даже покидали Киев и уходили, чтобы не креститься. Но не последовало никаких санкций. Обозначив, как сказали бы сейчас, «свою позицию», князь оставил «противникам» свободу выбора. В летописях не осталось свидетельств никаких общественных потрясений, вызванных Крещением, никаких "выжиганий каленым железом" и верещагинских "апофеозов".

Теперь, что касается «огня и меча» Добрыни и Путяты. Уже приходилось говорить о том, что Иоакимовская летопись, содержащая эту фразу, есть произведение XVIII в. В советское время была сделана попытка документально подтвердить это трагическое «крещение» (дело происходило в Великом Новгороде). В Иоакимовской летописи после этой фразы говорится о вооруженном сопротивлении крещению жителей Софийской стороны Новгорода: они расправились с прихожанами Спасского храма. В.Л.Янин, произвел масштабные раскопки данной церкви (Спаса на Разваже улице) и обнаружил «следы пожара 989 года, уничтожившего всю застройку», что было интерпретировано как следы сопротивления. А.Панченко справедливо отмечал, что ««увязку» позднелетописного баснословия и новгородского пожарища, сделанную В.Л.Яниным надлежит счесть излишне смелой. Археологическая датировка с точностью до года в данной ситуации невероятна».

Кроме того, как отмечает ученый, «невероятно также и крещение новгородцев «мечом и огнем». Ни у Путяты, ни у Добрыни, ни у его племянника князя Владимира для этого не было никаких возможностей. Ошибочно представлять себе киевского князя самодержцем вроде Петра Великого. Князь очень зависел от веча, народ был вооружен, и ополчение по силе превосходило дружину (это показано в работах И. Я. Фроянова)». Рассуждая на эту же тему, исследователь Г.Вагнер писал: «К тому же действие «огнем и мечом» могло быть направлено против действительно антинародных элементов. Почему же мы будем их оправ¬дывать в то время, как перед ними открывалась воз¬можность стать носителями нового морального кодекса, но¬вой общечеловеческой культуры, получившей название «культуры совести»».

Указывая на «пониженную драматичность» Крещения, А.Панченко делает важное наблюдение: «У новообращенных народов можно считать почти правилом появление «Юлиана Отступника», когда государь, наследующий первому христианину из правящей фамилии, пытается реабилитировать и восстановить язычество. Так было в Болгарии, в Польше, в Чехии, так было и в Швеции XI века после падения династии Инглингов. Но Русь являет собою исключение из этого правила. Она не последовала примеру соседей. Казалось бы, нет ничего естественнее, нежели обвинение в неоязычестве Святополка Окаянного, убийцы Бориса и Глеба. Однако в борисоглебских памятниках, резко враждебных убийце, такого обвинения не находим. Ясно, что для него не было ни малейших оснований и что оно никому не пришло в голову».

Возвращаясь к предложению князя жителям Киева придти на реку креститься, нужно отметить, что обозначение князем тех, кто не придет, своими «противниками» было вполне естественно. Русь того времени (и не только она) вовсе не была похожа на Америку в том виде, в котором ее представляют в нынешних «Новой газете» и «Нью Таймс» - блаженный остров демократии и свободы, где граждане делают все, что им заблагорассудится, а кругом духота, тупость и тоталитаризм. Неподчинение князю означало несогласие не только с политической, но и с духовной властью, что отразилось даже в этимологии термина (ст.-слав. кънѩѕь, др.-чеш. kněz, слвц. kňaz «священник», польск. ksiądz – «священник», в.-луж. knjez «господин; священник», н.-луж. kněz «господин, священник» http://vasmer.info). Не случайно, многие исследователи, в частности А.Назаренко, отмечают странное "умаление" авторами летописных текстов места духовенства в деле Крещения Руси. "Складывается устойчивое впечатление, - пишет ученый, - что в глазах древнерусских летописцев христианское просвещение Руси было единственно и только богодухновенным делом князя Владимира". И это неудивительно. То уникальное сочетание духовных и светских полномочий, которое в то время называлось "властью", было крайне необходимо для совершения Крещения. Его мог совершить только князь, так как пришлые греческие епископы-миссионеры по определению не могли сравниться по своему влиянию с князем.

Поэтому первый русский митрополит Илларион отмечал, что в князе Владимире «благоверие было с властью сопряжено». Как точно отмечает А.Панченко «а был бы какой-нибудь более мягкотелый, более недальновидный, никудышный государственный деятель на месте Владимира, может быть, Крещение Руси затянулось бы еще лет на 150. Я не думаю, что это было бы лучше. Христианизация была абсолютно необходимым государственным шагом, рано или поздно она должна была состояться. Владимир сделал то, что сделал, и мы должны быть ему глубоко благодарны».

"РОССИЯ ЗАВТРА". ЧТО ЖДЕТ ХРИСТИАНСТВО В БУДУЩЕМ
boris_yakemenko

«В Риге, во дворе бывшего здания КГБ появилась статуя распятого на кресте президента России Владимира Путина. Вбить в него гвоздь могут все желающие. Автор композиции пожелал остаться неизвестным… Посетители же, как и общество, разделились на две группы: те, кто гвозди вбивают, и те, кто их вытаскивают». http://m.rus.delfi.lv/article.php?id=45971563 На голове у Президента России терновый венец…

Заметьте, не мы канонизировали Президента России.

Но поскольку мы заговорили об этом, то нельзя не удивиться в который раз, как бездарные концептуалисты умеют все поворачивать против себя. Хотели унизить нашего Президента, поглумиться – а вызвали совсем обратное. Прямые параллели. Никто не сомневается в том, что Путин страдает за Россию, мы все это видим. Точно так же есть те, кто хотел бы вбить в него гвоздь (и мы все тоже знаем, кто это и как они называются и выглядят и где они сидят) и миллионы тех, кто эти гвозди вытаскивает. Своим трудом, своей позицией, своим отвращением к либералам. И, самое главное, чего добились трусливые концептуалисты, пожелавшие остаться неизвестными – это главной ассоциации. Совершенно понятно, с кем ассоциируют человека, распятого на Кресте. Совершенно очевидно, что с этих гвоздей дорога только в небо. Никаких других аналогий быть не может. И еще очевиднее, с кем ассоциируют тех, кто судит, распинает, вбивает гвозди, молча одобряет. Это тоже не дискуссионный вопрос. Продолжая эти аналогии, следует отметить, что нашлось очень немного людей на всю Латвию, которые вытаскивают гвозди. Все остальные, включая т.н. «президента» этой могучей страны, представителей власти и пр. молчат. То есть поддерживают. Именно так и было в небольшой римской провинции две тысячи лет тому назад, когда под стук молотков и глумливые крики «ну, если ты тот, кем себя называешь, сойди с креста» начались события, перевернувшие эпоху.

На самом деле, последняя аналогия слишком сильна. Нынешние правители Прибалтики, независимо и свободно лежащие под Америкой и еще устраивающиеся поудобнее, чтобы хозяину было легче их иметь, все эти, как всегда, трусливо прячущиеся концептуалисты, не годятся в грязь под башмаками тем, кто жил тогда. Ибо все, что ими сегодня делается, делается по приказу, по заказу, за деньги, льготы, визы, ради удовлетворения чувства жгучей зависти к соседу. Их национальная идея – лаять на Россию. Никакой другой нет и не будет. Ради этой идеи они «освобождались», ради этого они били советских ветеранов, оскверняли могилы и памятники, разводили фашистов, вводили сегрегацию. Они – губка, которой Запад вытирает ботинки, чтобы лучше блестели. Такими они и останутся в истории. С одной стороны пасть, которая лает, с другой хвост, который угодливо виляет.

То, что произошло, интересно и еще с одной точки зрения. С точки зрения того, что происходит в религиозном пространстве Запада и что происходит с этим пространством. Глядя на происходящее, можно говорить о религиозных перспективах, которые свидетельствуют о больших переменах, неизбежно следующих за подобного рода (и многими другими) выходками. Причем эти выходки свидетельствуют о том, о чем, очевидно, не догадываются сами режиссеры подобного рода выставок.

Итак, что происходит. Сегодня мы находимся в ситуации распада либеральной идеологии и связанной с ней ментальной «инфраструктуры», важнейшей частью которой был рационализм – наследие эпохи Просвещения. Крушение любой смыслообразующей идеологии (как, например, коммунизма) всегда приводит к серьезным общественным потрясениям, разгулу страстей, вызывает интерес к мистике и стимулирует поиски новой опоры, на которой можно утвердить сердце и выстроить новую логику жизни (см. события 1917 и 1991 гг. в России). Следствием этого распада становится конец секулярной эпохи, «десекуляризация» в целом, без конфессиональных различий и социального пространства. Сегодня можно видеть подъем религиозных чувств, стремление религии вернуть себе утраченные или усилить ослабленные позиции в Иране, Польше, Латинской Америке и пр. В ходе недавних событий на Ближнем Востоке светские режимы в Египте, Ливии, Тунисе, Сирии или пали под ударами исламских радикалов, или испытали их сильное давление.

Аналитик Кристофер Марш пишет о том, что Д.Буш использовал религиозный язык для обоснования своей политики, а значительная часть электората соглашалась не столько с его политическими, сколько с религиозными взглядами. Сенатор Д.Керри, боровшийся с Бушем на выборах 2004 г. стремился показать себя «хорошим христианином». В целом же, как подчеркивает исследователь, «вопросы религии по прежнему самые горячо обсуждаемые в современной американской политике, а отделение Церкви от государства, возможно, остается самой неясной областью американского права». Американский социолог Питер Бергер в специальной работе, посвященной десекуляризации, констатирует, что мир сегодня «неистово религиозен, как и был в прошлом, а в некоторых местах более, чем когда либо». Исследователь М.Эпштейн, говоря о возникновении «новой постатеистической теологии», пишет о том, что «начинается новое возрастание веры, теистическое осмысление и преодоление самого атеизма». Именно поэтому даже политические акции концептуалистов, как мы видим, облекаются в форму религиозных образов, их персонажи наполняются сакральным смыслом, хотя сами авторы, очевидно, стремятся к другому.

То есть, очевидно, мы наблюдаем (даже по таким косвенным признакам, как событие, указанное выше) не только процесс деятельного интуитивного раскаяния значительной части человечества, участвовавшего в кошмарах и войнах ушедшего века. Не менее важно и то, что мы видим естественный, закономерный ответ на «смерть Бога», провозглашенную Ницше и утвержденную в протестантской теологии Д.Бонхеффера, Т.Альтицера, В.Хамилтона. Столетие, прошедшее под знаменем умершего Бога, сменяется столетием, которое открывается осознанием Бога воскресшего, что, очевидно, должно оказать свое влияние на все сферы жизни XXI века и гарантировать наступившее столетие от повторения многих трагических ошибок.

То есть можно констатировать возвращение в мир человека христианства, но христианства обновленного, готового ответить на вызовы обновленного, прошедшего сквозь кризис, мира. Что для этого нужно? Структура, которая осмыслит в христианских категориях всё произошедшее и происходящее с нами, которая даст смыслы и обучит людей правильному обращению с ними, правильному применению их к окружающему миру. Только она ответит на вопросы, поставленные новыми религиозными доктринами, которые, без сомнения, породит Интернет.
Именно эта структура сможет поставить у истоков новой эпохи, где мы все находимся, личность, человека, который обозначит вектор развития этой эпохи, задаст ее координаты. Августин Блаженный обозначил переход от человека античности к человеку Христианства, к человеку Средних веков. Иммануил Кант стоял у истоков человека Нового времени. Кто стоит сегодня у истоков человека информационной эпохи? На этот вопрос сегодня может ответить только Церковь. Она же может сформулировать новые смыслы, отобрать из старого все то, что может пригодиться в будущем, как она в свое время отобрала все лучшее из античного наследия. Только она может выстроить взаимоотношения двух градов – земного и Божьего, как это сделал в свое время Августин Иппонинйский.

Этого ответа в той или иной форме ждут многие. Роберто Вакка, считающий, что мы вступили в «новое средневековье», призывает «подумать о том, чтобы запланировать создание аналога монашеских общин, которые уже сегодня учились бы поддерживать и передавать в обстановке такого упадка научные и технические знания, необходимые для возрождения». Ю.Хабермас писал о том, что в постсекулярную эпоху Церкви должны брать на себя роль интерпретирующих сообществ, тем более, что, по словам теолога Джона Милбэена, «капитализм есть атеизм и нигилизм». А поскольку сегодня в чистом виде нет ни того ни другого, значит, нет и капитализма в той традиционной форме, в которой он существовал. Церковь должна сохранить тягу и любовь к знанию, которое сегодня остро необходимо для того, чтобы расставить по местам и осмыслить ту массу продуктов человеческого ума, которую мы видим сегодня. «Для этого нужно воображение и мифологическое мышление», - писал Ю.Каграманов и все это есть у Церкви. Так же как у Церкви есть опыт точно избавляться от лишнего и ненужного, что сегодня, на рубеже эпох, остро необходимо, чтобы не втаскивать за собой в будущее то, что наверняка не пригодится. Тем более, что, по словам Германа Люббе, пребывание в настоящем сегодня все более сокращается. Значит, все меньше времени остается для раздумий.

Опираясь на опыт минувших столетий, можно предположить, что формирование постсекулярного религиозного сознания потребует новой «Земли Обетованной», территории, где сбываются мечты, в которой отпечатался образ «Града Божьего». Можно вспомнить, что начало второго тысячелетия, открывшее средневековье, совпавшее с поисками знания, стремлением к очищению вызвало поиск «иного берега», к которому можно было бы пристать, иной Земли. Такой землей стала Палестина, которую открыли для себя Европа и недавно крестившаяся Русь (с XIII в., т.е. после захвата и разграбления Иерусалима крестоносцами, Русь начинает ориентироваться в поиске духовного идеала на Афон). В XV в. (начало эпохи Реформации, время книгопечатания, становления капитализма) обретается новый спасительный берег, к которому начинают стремиться. Это Америка, породившая в общественном сознании Европы веру, что там, за океаном, располагается «обетованная земля христиан», место, где можно достичь совершенства. Именно эти религиозные поиски легли сначала в основу миграций, а затем и в основу идеологии США, которая утверждала, что Америка – страна абсолютной свободы, бескрайних возможностей, безграничных прав. В России аналогичные поиски «Опоньского царства» и «града Китежа» во многом способствовали освоению пространств от Урала до Дальнего Востока.

Сегодня, когда открывается новая эпоха, зарождаются новые формы хозяйствования, отменяются старые правила и границы в прямом и переносном смысле, начнется и поиск «иной земли», которая больше, чем земля. Территории, где живут счастливые люди, где Бог рядом с человеком, где нет демократии, а есть справедливость. Одним из проявлений такого поиска сегодня можно считать массовый, не имеющий аналогов, туризм (в том числе и религиозный), в ходе которого очень многие не просто любуются красотами и инстаграмятся, а ищут, где можно остаться и начать жить иначе. Внешне и внутренне. Наступила вторая «эпоха Великого Переселения Народов», которая ставит перед существующими религиями множество проблем, главная из которых – кочевникам не нужны храмы. Храмы нужны оседлым. Храм привязывает тебя к определенной земле, а что делать, если ты «гражданин мира»? Отсюда синкретизм и эклектизм в сознании, который не снился никаким бахаистам, попытка усидеть на нескольких стульях одновременно, готовность принимать все, что приносит успокоение в душу и тишину в жизнь и воспринимать перемены в жизни именно как перемещение с места на место. Вполне возможно, что именно Россия станет этой «землей справедливости», так же как «человеком справедливости» уже стал Путин.

Как бы там ни было, в наступившем столетии, очевидно, эти поиски приведут к цели. Для того, чтобы эта цель действительно была спасительной, а не самодостаточной, сегодня необходимы усилия крупнейших Церквей и, прежде всего, Русской Православной Церкви, которая свободна от многих обременений, существующих у католиков Запада.

ПОРТАЛ "РОССИЯ ЗАВТРА" - НОВОСТИ ИЗ БУДУЩЕГО.
http://russiatomorrownews.ru/мнение-что-ждёт-религию-на-западе/

СТРАСТИ ХРИСТОВЫ
boris_yakemenko
"Пришли в селение, называемое Гефсимания, и Он сказал ученикам Своим: посидите здесь, пока Я помолюсь". (Мк., 14). Гефсимания - масличные рощи, которыми было покрыто западное подножие Елеонской горы. По преданию, молился он в гроте Агоня, который сохранился до нашего времени.

Штатным первосвященником в том году был Кайафа. Непосредственному суду Великого синедриона подвергались только его члены и высшие священники. Всех остальных судил малый местный синедрион. В нем снимался предварительно допрос и решался вопрос об инстанции и о том, не надо ли дело передать в Великий синедрион. Вот именно поэтому Христос и очутился в местном синедрионе, у первосвященника (это оспаривается) Анны. Суд в Иудее не знал государственного преследования - уголовный процесс мог быть поднят только по жалобе свидетелей. Они и были обвинителями, но свидетелей во время этого первого допроса у Анны не нашлось (не успели, вероятно, подготовить). Поэтому все началось прямо с допроса обвиняемого. На вопрос об учениках и учении Христос ответил:

Частица Креста Господня

- Что спрашиваешь Меня? спроси слышавших Меня; вот, они знают, что Я говорил (Иоанн 18, 19-21). Этими словами Христос указывал на незаконность вопроса. Он действительно велся в той форме, которой не знало древнееврейское судопроизводство. Тогда один из слуг Анны со словами "Так ты отвечаешь первосвященнику" ударил его. Еврейский закон не только запрещал бить подсудимого, но предоставлял ему полную свободу слова и действия (см. Деяния, XXIII-3) - об этом и напомнил Христос, ответив: "Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо - что ты бьешь Меня?" Таким образом, Христос отказался отвечать на этом суде, считая его юридически незаконным, а Анна должен был прекратить допрос и послать узника к Каиафе. Именно в его покоях, несмотря на поздний час, собрались "первосвященники, старейшины и книжники", и дело должно было приобрести формально законченный вид.
Великий Синедрион был устроен таким образом, чтобы свести к минимуму возможность судебной ошибки. Состоял он из 71 человека (чтобы голоса никогда не разделялись поровну). Членами синедриона выбирались левиты (священники) и миряне, дочери которых могли быть замужем за священниками, то есть могущие доказать свое происхождение. Прежде чем стать членом Великого синедриона, надо было пройти несколько низших инстанций: быть раньше судьей по вопросам тяжбы, грабежа, оскорблений, воровства, обмана (суд трех). Каждый город в 120 человек имел свой синедрион из 23 человек. Только прослужив в провинциальном синедрионе и в одном из двух иерусалимских, можно было считаться кандидатом в высший. Кроме того, «ни один не принимается в синедрион, если он не обладает прекрасным телесным развитием, мудростью, красотой, знанием магии и 70 наречий, - если не может слушать дело без переводчика и если он не в прекрасном возрасте». Запрещалось назначать в Синедрион очень старых, кастратов и бездетных, как слишком жестоких. Юрисдикцией Великого Синедриона было идолослужение, лжепророки, богохульники, соблазнители и государственные преступники. Самое раннее время открытий заседаний - 8 часов утра. Заседатьмогли до вечера (вечерней жертвы). Ни до рассвета, ни после заката дело не могло быть начато. В праздники и субботу не заседали. По особо важным делам синедрион не мог заседать ни накануне субботы, ни накануне праздников.

Терновый венец Христа.

Все предписания клонились в пользу обвиняемого (презумпция невиновности). Дело начиналось разбором оправдывающих обстоятельств, свидетелями могли быть только лица высокой нравственности и незаинтересованные. Враги не допускались вообще, причем врагом считался всякий, с кем подсудимый, поссорившись, не разговаривал три дня. Рабы, женщины, игроки в кости, голубятники, ростовщики, торговцы, виновные в обмере и обвесе, воры, родственники между собой или судьями не допускались на суд. Свидетель, давший показания в пользу обвиняемого, не мог уже свидетельствовать против. Свидетели должны точно указать не только место, время и обстоятельства содеянного, но даже мельчайшие обстоятельства. Судья при полной доказанности вины должен был спросить свидетеля, старался ли он отговорить преступника и знал ли преступник, что именно ему угрожает. Если свидетель отвечал отрицательно, приговор смягчался. Кандидаты в Синедрион могли принимать участие в дебатах только тогда, если их мнения были в пользу подсудимого. Время дебатов было неограничено. Подача голосов шла, начиная с младших, чтобы старшие своим мнением не влияли на неопытных. Для оправдания хватало простого большинства, для обвинения нужно было большинство в два голоса - если его не получалось, то число судей увеличивалось на два и шло новое голосование, и так далее до результатов. Приговор оправдательный объявлялся и исполнялся немедленно, осуждение объявлялось только на следующий день. Тогда снова открывалось формальное совещание, и каждый мог свободно отказаться от обвинения, если за ночь он передумал. Во время шествия на казнь «один из служителей правосудия стоит у двери судилища, держа платок, другой же верхом сопровождает шествие до того пункта, с которого он еще ясно может видеть первого. Если бы являлся кто-нибудь, желающий доказать, что осужденный невиновен, то первый машет платком, а верховой с поспешностью возвращает осужденного», и дело разбирается снова. Мало того, сам осужденный имел право сказать: «У меня еще имеется довод в мое оправдание", тогда его возвращали. Так он мог быть возвращен до пяти раз. Впереди шествия шел глашатай и кричал: «Такого-то ведут на казнь за то-то и за то-то. Всякий, кто знает что-либо оправдывающее его, пусть придет и скажет».

Табличка "Иисус Назорей, царь Иудейский"

Когда судили Христа, была глубокая ночь. Если судить по пенью петуха, то суд продолжался более часа и происходил с третьего по четвертый час ночи. Обвиняемый стоял. Евангелист Лука рассказывает, что когда Петр сидел во дворе первосвященника и ждал приговора, Иисус взглянул на него. Раскопки показали, что в западной части резиденции Каиафы был помост, с которого проглядывалось все, что происходит внизу, во дворе, - оттуда и смотрел Христос. В этом же здании археологи обнаружили тюремные камеры и приспособления для бичевания (низкие каменные столбы, к которым привязывали осужденных).

Фрагмент столба бичевания

Начался суд. «Многие лжесвидетельствовали на него, но свидетельства их были недостаточны» (Мк, 1, 56). «По свидетельству двух или трех свидетелей должен умереть виновный, но не должно казнить по свидетельству одного» (Второзаконие, 17, 6). Одиночный свидетель должен был сам подвергаться телесному наказанию, как нарушающий закон Моисея. Свидетельствовать можно было только то, что видел и слышал сам. Если свидетели заявляли о том, что они сами были свидетелями преступления, то с этого начинался процесс.

Хитон Господень

Допрашивали свидетелей поодиночке и только о главных обстоятельствах, о времени, о месте, о способе свершения преступления; что касается обстоятельств побочных: обстановки, качества предметов, окружающих преступление, - то они составляли так называемый "разопрос", которым процесс оканчивался. Только при полном согласии всех этих пунктов показаний свидетелей получало силу доказательство. В случае с Христом дело обстояло так, что хотя свидетельств было много, но они не составляли согласованной группы. Один свидетель не подтверждал другого. Но вот выступили два согласованных: "Мы слышали, как он говорил: я разрушу храм сей рукотворный и через три дня воздвигну другой, нерукотворный". Если дело шло о богохульстве, публика удалялась. Даже свидетели не все должны полностью повторять текст богохульства, достаточно сказать: "И я слышал то, что и они". Здесь-то и произошло разногласие: дело в том, что Христос о храме говорил дважды и один раз сказал: "Могу разрушить храм Божий и в три дня его создать" - неполное совпадение этих формул (сначала приводились, очевидно, более мягкие) и сделали оба свидетельства недействительными (а изменять показания на суде было нельзя) - итак, процесс как будто был проигран. Но Каиафа обращается к Христу с заклятием, строго запрещенным для обращения к подсудимому. По древнейшему праву заклятье (клятву именем Господа) могли давать только свидетели (клятва для обвиняемых была возможна лишь по денежным делам). В особенности это было запрещено в делах, по которым мог быть вынесен смертный приговор (это значило бы прямо толкать подсудимого на клятвопреступление). Кроме того, сказанное подсудимым не имело юридического значения, ибо, во-первых, это значило осудить человека по единственному свидетельству; во-вторых, "наш закон никого не осуждает на смерть на основании его собственного признания" (Маймонид). Каиафа переступил закон. Он сказал: "Заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, сын Божий" (Мф 26, 63)? "Ты сказал", - отвечает Христос. Каиафа услышал это, хватает край тоги у подбородка и рвет до пояса. Вероятно, то же (богохульство!) сделали и все судьи (закон запрещал чинить такие тоги). Один первосвященник не имеет права рвать свои одежды. (Иуд. война, кн. 14, 4).

Лифостротон

Заключение: он повинен смерти (Isn Maveten). Для окончательного вынесения приговора требуются еще сутки, но через полсуток наступает Пасха, поэтому второе (окончательное) заседание устраивается через несколько часов после первого. "И поднялось все множество их, и повели его к Пилату". Это было опять-таки явным нарушением закона. По правилам утверждение приговора откладывается на следующий день. Судьи в этот день мало едят, не пьют вина, обсуждают всю ночь, а утром встают рано и идут в суд... Кто привел довод обвинительный, тот может привести довод оправдательный, но тот, кто сначала оправдывал, не имеет права отказываться от своей защиты и обвинять (Санхедер, V, 5; Талмуд, 4, стр. 277). Итак, вот основные нарушения, допущенные синедрионом.

1. Суд происходил глубокой ночью, что запрещено законом.
2. Процессу у Анны недостает существенной основы свидетельских показаний. Жалобу принес Иуда, а его не было при инкриминируемых Христу словах.
3. Показания свидетелей не перекрывали друг друга - были разноречивы.
4. Председатель суда не мог обращаться к подсудимому с заклятием. Он должен был его отпустить, как только выяснилась недостаточность свидетельских показаний.
5. Еврейское право не знало осуждений по признанию подсудимого.
6. Второе собрание синедриона заседало только через несколько часов после первого.

После этого Христа послали к Пилату.

Прокуратор Понтий Пилат был пятым наместником Иудеи и сменил Валерия Грата. Был седьмой час, когда Христа доставили к Пилату. Пилат вышел к толпе и спросил: "В чем вы обвиняете человека сего?" В Палестине судопроизводство шло по-гречески. По-гречески и происходил разговор Христа с Пилатом - было выдвинуто три обвинения: 1) Развращение народа; 2) "запрещает давать подать Кесарю", 3) Иисус называет себя царем. Пункт 2 подходил под понятие - Majestatis или Crimen alsae aut minutae Majestatis - оскорбление величества (государственная измена) - кара за это преступление была лишение огня и воды и повешение на "несчастном дереве".

Лестница, по которой Господь поднимался к Пилату. Сегодня находится в Риме. По традиции, верующие поднимаются по ней только на коленях.

После заслушивания этих пунктов Пилат вызвал Иисуса. Допросы обыкновенно вели квесторы, но у Пилата их не было, и допрос вел он сам. Допрос начинается с разговора с подсудимым (Иоанн 18, 33-38; Матф. 27,11; Марк 152; Лука 23, 2). После него Пилат объявил: "Я не вижу вины на этом человеке". Обвинители бурно протестуют, слышится обвинение в "возмущении народа". Кто-то кричит, что Христос галилеянин. Пилат посылает Христа к правителю Галилеи Ироду, который прибыл в Иерусалим на праздник и жил в доме отца. «Ирод, увидев Христа, обрадовался, но Христос молчал. Насмеявшись над ним, Ирод одел его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату». Христа выводят на высокий помост Лифостротон. Пилат выходит к толпе, стоящей внизу. Он говорит о том, что арестованный невиновен, и ссылается на Ирода, но идет на уступки: во-первых, приказывает "наказать его бичами", во-вторых, "есть же у вас обычай, чтобы я один отпускал вам на пасху, хотите ли, отпущу вам царя Иудейского?" (такой обычай не находит подтверждения в иудейских источниках, но был у римлян и греков - у римлян в дни lestisternia - в день рождения императора и в другие царские дни: у греков на праздники фесмосфорий (день Цереры как законодательницы). Пилат знал, что Христа предали из зависти, но народ стал требовать Варавву. Апокриф говорит о предостережении, посланном Пилату его женой- Клавдией Прокулой. Пилат «умыл руки», потом «взял Христа, приказал бить его». Бичевали вязовыми прутьями, но бичевали и плетьми, к концам которых привязывали костяные иглы или куски свинца. Осужденного раздевали догола и, согнув, привязывали к низкому столбу. "Присутствовавшие при таком бичевании, - говорит Евсевий, - приходили в ужас, видя, как растерзывали тело до самых нервов, так что члены лежали совсем разбитые и видны даже внутренности". Как свидетельствует Ульпиан, забивали и до смерти. Так как Христа били не ликторы, а солдаты, то были применены бичи. Смотрел весь полк. Суть обвинения (присвоение титула величества) была известна, и вот солдаты устроили представление. "На плечи набросили кусок шерстяной материи, окрашенной коккусом (багряную ризу - хламиду)" Фаррар думает: "какой-нибудь заброшенный военный плащ" (с пурпурными нашивками - из гардероба претории). Вместо короны возложили венец из терния, в руки дали скипетр (трость) - стебель палестинского тростника вроде нашего, но толще и тверже, - солдаты припадали к земле и приветствовали Христа криками, а после били по лицу.

Копье Лонгина сотника.

"Тогда вышел Иисус Христос в терновом венце с багрянцем и сказал Пилат: "Се человек". "Распять его, распять! - кричал народ. - Мы имеем закон, и по закону нашему он должен умереть, потому что назвал себя сыном Божьим". И еще кричали: "Если ты отпустишь его - ты не друг Кесарю". Это было уже концом. Кесарь был princepes Senatus президентом. Pontifex maxsimus постоянным консулом, императором или военным диктатором, ему присягала армия. Пилат был Amicus Cesares - это почетный титул, который соединяется с высшими должностями - легат, префект, проконсул. Обвинение "не друг Кесарю" было страшным. Пилат окончательно осудил Христа. Очевидно, была сказана формула - Ibisad (in) crucum - иди на крест, и этим все завершилось, но среди христианских апокрифов сохранилось несколько письменных "приговоров", претендующих на подлинность.

Один из гвоздей, которым был распят Христос

Перед распятием руки осужденного притягивались вдоль перекладины и осужденный, таким образом, представлял собой крест и так шел до места казни. Крест был вряд ли высок - высокий крест изготовлялся для важных преступников (Светоний, Гальба 9). Впереди шел герольд и оповещал о том, кто и за что казнен будет. ("Если кто знает что-нибудь полезное для него - пусть скажет".) Такова раньше была обязанность герольда. Теперь он, понятно, этого не говорил, об этом говорили надписи на дощечках. Голгофа находилась за чертой города - само слово это означало место для лба, или лобное место, - это или указание на форму горы (череп), или на то, что здесь лежали черепа казненных. Легенду о том, что здесь могила Адама и череп его, знали уже Ориген, Тертулиан, Иероним, Амвросий, Афанасий Великий. Тут Христу поднесли сосуд с кислым вином, смешанным со смирной и, может быть, другими горячительными. Это вело к ослаблению чувствительности (мирра вытекала из надрезанного ствола и сгущалась в белую смолу). Это был чисто иудейский обычай. Всем, кого синедрион приговаривал к смерти, давали пить вино, чтобы притупить их чувства.

Христос отказался от напитка. Крест сначала укрепляли, а потом поднимали осужденного. Осужденных раздевают, веревками поднимают к перекладине, руки сначала привязываются, потом прибиваются. Ставят дощечку, которую несли перед этим. Бросают жребий об одежде. Хитон Христа - наиболее ценная часть одежды, разыгрывается. Доктор Рихтер пишет о страданиях распятого. Среди них главные: неестественное положение тела - нельзя сделать ни одного движения, чтоб не причинить всему телу - побитому и истерзанному плетями – невыносимую боль. Гвозди вбиваются в соединение нервов и сухожилий. Они повреждены и сильно сжаты. Распятые части воспаляются, происходит застойное явление, боль увеличивается каждое мгновенье. Кровь не находит себе на раненых и растянутых конечностях достаточно места. Она приливает к голове, напрягает пульс и вызывает страшные головные боли. Как результат задержки кровообращения происходит переполнение левой сердечной полости. Она не может принимать всей крови, выталкиваемой из правой полости, кровь не попадает в легкие. Все это сжимает сердце и легкие, производит страшное, тревожное состояние в организме. Кровотечения вследствие сгущения не бывает, и оно скоро прекращается. Смерть приближается медленно. Путем оцепенения нервов, жил и мускулов - от конечностей к центру. Распятые живут до трех дней. Если распятых миловали, то и тогда после снятия с креста шансы прожить у них были незначительные.

Христос умер через три часа. Около 3 часов (15) страдания его достигают высшей степени. "Боже мой, Боже мой, для чего ты оставил меня?" - вылетает из его груди, и еще: "Жажду". Тогда кто-то из воинов обмакнул губку в глиняный сосуд, где, очевидно, была так называемая поска, смесь воды, уксуса, яиц, ее пили римские солдаты и, может быть, ее принесли сюда специально для распятых. Христу протягивают губку на конце стебля иссопа - так называется один из видов тростника (иссоп растет в окрестностях Иерусалима и редко достигает длины более метра. Отсюда видно, как мала величина креста). Просто напоить казнимого из кувшина было невозможно. Он не мог бы откинуть голову, чтобы напиться.

Закатывалось солнце. Синедрион просит снять распятых. Для этого надо было их умертвить. Но убивать распятых - не римская практика. Наоборот, распятие назначалось как смерть долгая и мучительная, иногда под крестом раскладывали огонь, в других случаях подпускали к телу голодных зверей или разбивали его дубинками или молотками. Часто птицы выклевывали глаза еще у живых смертников. Их тело точили мухи и оводы. Здесь же кто-то предложил перебитие коленок. Это средство верное. Воины сделали это с разбойниками. Подойдя к Христу, один из воинов проткнул его грудь . Потекли кровь и вода, это, вероятнее всего, лимфа; накоплению ее способствовали жара и смерть от разрыва сердца. Так умер Христос.

"На том месте, где он распят, был сад и в саду гроб новый, в котором еще никто не был положен. Там положили Иисуса ради пятницы иудейской, потому что гроб был близко (Ин., 19, 41-2). «Когда же настал вечер, пришел богатый человек из Аримафеи, именем Иосиф, который тоже учился у Иисуса; он, пришедши к Пилату, попросил тела Иисусова. Тогда Пилат приказал отдать тело. И, взяв тело, Иосиф обвил его чистою плащаницей и положил его в новом своем гробе" (Мф. гл. 27, 57-60).

Мало кто знает, что этот текст (здесь он приведен в сокращенном виде) под названием «Суд Синедриона» или «Суд над Христом» принадлежит писателю Ю.Домбровскому. Вдова Ю.Домбровского говорила, что писатель «очень дорожил этим текстом. О Христе он высказывал свои мысли в третьей части романа, а материалы, как бы помогающие глубже раскрыть эту тему - "Плащаница Христа" и "Пилат", - лежали после смерти писателя в папке "Приложения", подготовленные к печати». Вашему покорному слуге приходилось видеть машинописный вариант «Суда над Христом», предваряемый дарственной надписью Ю.Домбровского: «Вот, Гриша, итог моих пятнадцатилетних трудов - тут все до строчки взято из изученных мною трудов – а их было полторы тысячи».

ЦЕРКОВНАЯ ХРОНИКА (ПРОДОЛЖЕНИЕ). 1920-1970
boris_yakemenko
Предыдущая церковная хроника (См. http://boris-yakemenko.livejournal.com/492380.html) содержала в себе фотографии 1980-1990-х годов. В нынешней мы пройдемся по самым разным редким документам наиболее тяжелого для Русской Церкви времени с 1920-х по 1970-е годы. Документам, дающим возможность лучше понять различные стороны церковной жизни тех лет.

Календ. Тихон. 1920
Православный церковный календарь, изданный в годы Гражданской войны. 1920 год
Календ. Внутр. вид.
Православный церковный календарь, изданный в годы Гражданской войны. 1920 год. Декрет об отделении Церкви от государства.
Вестник
"Вестник священного синода Православной Российской церкви". Обновленческое издание. 1925 год.
Календарь.28
Православный церковный календарь, изданный в годы гонений. 1928 год.
Газета
Поздравление Сталину в газете "Красная Звезда" религиозных лидеров, среди которых два обновленца. 1943 год. Александр Введенский – одна из самых ярких фигур обновленцев, глава обновленческой церкви. Блестящий оратор и полемист, музыкант. Был одним из тех, кто в 1922 году вынуждал святителя Тихона отказаться от своих полномочий. В 1923 годуЮ будучи женатым, стал «епископом» обновленной церкви (потом женился еще раз). Канонизировал собственную мать. Носил титул «митрополита-апологета и благовестника истины Христовой», был настоятелем храма Христа Спасителя в Москве до закрытия храма в 1931 году. С 1941 года глава обновленческой церкви. В 1945 году хотел вернуться в Русскую Православную церковь, но отказался, узнав, что он может быть принят только мирянином. Умер в 1946 году. Филарет (Яценко) – последний обновленческий митрополит. Когда обновленческо начало умирать, в 1942 году был назначен обновленческим архиепископом Свердловским и Ирбитским, управляющим Свердловской обновленческой митрополией, а в затем стал митрополитом. В 1944 году, когда епархия прекратила свое существование, переехал в Москву. В 1945 году стал митрополитом Крутицким, временно управляющим Московской обновленческой епархией. После смерти в 1946 году лидера обновленцев Александра Введенского возглавил остатки обновленческой церкви. Пытался вернуться в Московскую Патриархию, но получил отказ, после чего стало старообрядцем. Умер в 1951 году.
Молитва война
Молитва о даровании победы, которая читалась в храмах в годы войны. 1942 год.
Зав.1
зав2
Завещание верующей женщины. 1943 год.
Календ. Псков.
Православный календарь, изданный Псковской духовной миссией на 1944 год. 1943 год.
800 лет
Обращение Святейшего Патриарха Алексия по случаю 800-летнего юбилея Москвы. Издание Московской Патриархии. 1947 год.
Служба 47
Чинопоследование рождественской службы. Издание Московской Патриархии. 1947 год
Прогр. 47.1
Прогр.47.2
Программа концерта, посвященного 500-летию автокефалии Русской Православной Церкви. 1948 год.
ЛД1
ЛД2
"Регистрационная анкета на служителя культа". Регистрационная анкета монаха Троице-Сергиевой Лавры Платона. 1954 год.
Семинаристы
Занятия в Московской Духовной Семинарии. Середина 1950-х годов.
Пришение Пимен
Прошение архимандрита Троице-Сергиевой лавры Пимена (будущего Патриарха) Патриарху Алексию с просьбой благословить принять в братию монашествующих с резолюцией Патриарха Алексия. 1954 год.
Аспирантура. 1967-70. 5 вып.
Выпускное фото аспирантуры при Московской Духовной Академии. 1967-1970 гг. Пятый выпуск. Среди преподавателей можно видеть и ныне здравствующих А.И.Осипова и К.Е.Скурата. Третий справа от Патриарха - нынешний митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий (Поярков). Третий слева - нынешний митрополит Филарет (Вахромеев), почётный Патриарший экзарх всея Беларуси.
Рис. детск.
Пасхальное богослужение. Детский рисунок. 1960-е годы.
присяжный лист
Присяжный лист иеродиакона Платона. 1964 год
Бэйдж
Бэйдж участника Поместного собора 1971 года.
Крестины
Квитанция о крестинах. Троицкая церковь. Паспортные данные родителей записывались в обязательном порядке, чтобы потом, если что, можно было спросить за "религиозные взгляды". 1973 год.
Афанасий
"Жизненный путь владыки Афанасия". Собственное краткое жизнеописание святителя Афанасия (Сахарова) Церковный самиздат 1970-х годов.
Билеты
Билеты на пасхальные богослужения в Елоховский собор 1970-х годов. Достать такой билет было практически невозможно. Накануне богослужения на подходе к собору за билет давали 20-25 рублей - огромные деньги в советское время.
Молитвослов
Церковный самиздат. Молитвослов. 1970-е годы
Поздр. свящ. 1
Поздравление священнику от прихожан. 1970-е годы
9 мая
Приглашение на патриаршее богослужение в Елоховский собор в честь Дня Победы. Начало 1970-х годов.
Откр.Пасха
Пасхальная открытка. 1970-е годы.
Откр. Рожд.
Рождественская открытка. 1970-е годы
Юбилей Серафима
Самодельное поздравление к юбилею старца Серафима (Тяпочкина). 1970-е годы.
Расписка фонд мира
Расписка Троицкого храма о перечислении "добровольного взноса" в 1500 рублей в советский фонд мира. Все храмы Советского Союза обязаны были делать такие отчисления, составлявшие в год до 30 миллионов рублей. 1972 год.
Визитка
Визитная карточка митрополита Алексия, будущего Патриарха. 1970-е годы.
Антоний Дроздову
Поздравление митрополита Ленинградского и Новгородского Антония секретарю правления советского фонда мира Г.Т.Дроздову. 1986 г.

ТРЕВОЖНЫЕ ПАРАЛЛЕЛИ
boris_yakemenko
Сложная, переломная ситуация, в которой находится сегодня российская цивилизация может драматически отразиться на Русской Церкви. Некоторые параллели, которые достаточно провести с событиями, произошедшими во Франции два столетия назад, помогают понять, как может выглядеть опасность и откуда она может появиться.

XVIII век, век Просвещения, впервые в европейской истории открыто поставил под вопрос целесообразность существования Церкви и идеи Бога. Тысячи просвещенных и образованных людей, очарованных перспективами всеобщего равенства, крепкого братства и необъятной свободы, вместе с Лапласом «перестали нуждаться в этой гипотезе», наговорили о Церкви множество несправедливостей и решили, что без Церкви можно обойтись. Памятником этому самоотвержению до сих пор во многих городах Франции остаются скульптуры святых с отбитыми головами на порталах соборов, башня Сен Жак в центре Парижа – все, что осталось после революции от грандиозной церкви, оскверненные гробницы святых. Желание обойтись без Церкви открыло в 1789 году эпоху таких на нее гонений, которых мир не знал со времен катакомб.

В 1801 году формально все кончилось, но вернуть ни политическое, ни тем более духовное влияние на общество Церкви так и не удалось. Соборы больше не жгли, но десакрализация культуры и общественной жизни продолжалась прежними темпами, превращая Церковь в бюро ритуальных и культурно-исторических услуг общества. От Церкви теперь требовались предложения по совершенствованию этических и этических представлений, предложения, которые носили, что важно, рекомендательный, а не обязательный характер. Общество оставляло за собой право соглашаться или не соглашаться с этими предложениями.
В результате Церковь все больше становится музеем, авторитетным лишь своей историей и артефактами, она больше почти ни у кого не вызывает желания преклониться и благоговеть, а совершенно другие чувства - иронию, снисходительность, равнодушие, отстраненное любование, недоумение – достаточно посмотреть Э.Ренана или А.Франса. Флобер считал что Нотр Дам де Пари и Сакре Кер принадлежат прошлому так же, как античные храмы Изиды и Беллоны, а Жюльен Сорель, читавший только Библию и никаких романов был странным исключением из правил. Отныне задача Церкви была украшать и облагораживать, а не учить, наставлять, указывать путь. Именно поэтому во французских романах Церковь становится нужна для создания атмосферы тайны и загадочности, для расцветки сюжета, романтизации героев. Жюль Валлес, писатель и политик, писал, что «женщине всегда не хватает изящества и нежности, если она не прошла через католицизм». То есть салон, музей, школа и Церковь уравниваются. Попытки вернуть Церкви утраченные позиции были сделаны только при папе Льве XIII в конце позапрошлого века, однако новации, к которым прибег понтифик, привели к другой крайности. Церковь слишком поддалась «духу мира сего» и сегодня мы наблюдаем отчаянные попытки актуализировать Церковь, доказать ее полезность и нужность, что выглядит как стыдливое оправдание, еще больше раззадоривающее антиклерикальные СМИ.

Русская Православная Церковь сегодня вступила в очень похожий период. ХХ век, который можно вполне сравнить с веком Просвещения по антропоцентризму, человеколатрии, вызывающему, доходящему до абсурда атеизму, точно так же поставил под вопрос целесообразность существования Церкви и идеи Бога. Гонения на Церковь в России, только более продолжительные и не менее жестокие, чем в эпоху Великой Французской революции, привели к схожему результату – падению авторитета Церкви, десакрализации культуры и общественной жизни. Всплеск интереса к Церкви в начале 1990-х годов сменился у многих равнодушием, «праздничным христианством», когда люди бывают в храмах только по двунадесятым праздникам в лучшем случае, а в худшем – один раз в год на Пасху. Потребность в вере удалось возродить, удалось заставить ощутить потребность в опоре вовне, однако все меньше действуют доказательства необходимости поместить свою веру в стены того или иного храма, в ограду той или иной Церкви. Из 82% верующих почти 46% «не соотносят свою веру с какой либо религией». (Опрос «Общественного мнения» и службы «Среда» весной 2011 г.). А это значит они пойдут за тем, кто понятным языком объяснит им их самих, атрибутирует их веру в тех или иных рамках. Закваска для нового Лютера уже готова, осталось только испечь.

Точно так же, как и во Франции в послереволюционный период, сегодня от Церкви в России требуют (открыто, тайно, подсознательно) культурно обслуживать общество, назидать без менторства и наставлять без принуждения, советовать, не убеждая, порицать, не грозя и не наказывая. Иными словами, помогать обманывать и успокаивать совесть. Наиболее «продвинутые» в истории Церкви сваливают на нее хосписы, тюрьмы, больницы, бродяг, пенсионеров и прочих, не прижившихся в этой жизни. Дескать, это основная историческая миссия Церкви – заботиться о выброшенных на обочину, под рублевский забор, а остальные в состоянии прожить до поры и без этой заботы. Соглашаются с храмами, богослужениями и таинствами – красиво, антикварно, фольклорно, пусть шаманят если это кому-то нужно, но нормальные то, современные, продвинутые дальше некуда люди понимают, что все это… хе-хе… в общем, вы меня поняли. Вместе с этим есть и та самая ирония и снисходительность и равнодушие. Боязнь «духа мира сего», ходьба на цыпочках, стремление усидеть сразу на всех стульях, приводит к обратному эффекту. Осторожность Церкви в те самые моменты, когда нужно решительное и твердое слово, аккуратнейшие оценки, деликатнейшие умолчания безо всяких специальных реформ насыщают Церковь тем самым духом того самого мира. Ибо дух не спрашивает разрешения, а мир не следит за тем, где именно кончаются его горизонты, и входит и входит и входит, ибо не встречает твердых преград.

Сегодня принято с удовлетворением констатировать наступление постсекулярной эпохи, в которой некоторые видят зарницы нового религиозного Реннесанса. Это вполне возможно, однако стоит вспомнить, что подлинная античность и античность, возрожденная эпохой Реннесанса, это несколько разные вещи. Можно радоваться возрождению Христианства, возвращению его в политическую и общественную жизнь, но нельзя не замечать, что это иное христианство. Христианство, которое, согласно М.Клавелю, все чаще подменяется христианскими ценностями, по Д.Мережковскому «огурцами с христианского огорода».

Знакомый священник рассказывает: его на улице останавливает девушка, начинает спрашивать совета, запуталась, все наперекосяк, никак не может выбраться на твердую почву. В разговоре выясняется, что она верующая, часто ходит в храм, но не причащается, зато постоянно ставит свечи, прикладывается к иконам, заказывает молебны, ездит в паломничества. Спрашиваю в одной из групп, где преподаю (человек 30, от 18 до 20 лет) – кто был у преподобного Сергия в Лавре, кто причащается и исповедуется. В Лавре было человека четыре (группа почти все москвичи), исповедуется и причащается иногда пара человек. Однако у Матронушки были все до единого и не по одному разу, в храм подавляющее большинство ходит более или менее регулярно, почитают иконы и святых, ставят свечи и подают записки. Если спросить в любом храме, что больше любят прихожане – Литургию или акафисты и молебны, ответ будет очевиден (об этом писал еще архиепископ Михаил (Мудьюгин)). Те самые огурцы…

Вместе с тем все сильнее в Россию проникает западная нездоровая страсть к ангелам. О них снимают серьезные фильмы (например «Крылья желания» Вима Вендерса или «Город ангелов» Брэда Симберлинга), пишут книги, их видели миллионы людей. Один из исследователей, М.Эпштейн, подметивший эту страсть, точно замечает, что эти ангелы «вестники без Вести, суверенные духовные существа, над которыми нет никакого единоначалия, никакой всемогущей и всеведущей воли… Анатомия ангелического это духовная эклектика постатеизма, уже ускользнувшего от строгих постулатов единобожия и вместе с тем успевшего пройти сквозь мучительные искушения атеизма и вялое безразличие агностицизма. Все это уже позади: и вера во Всевышнего и неверие в Него…» То есть это те же «вестники без Вести» - молебны без молитвы, свечи без жертвы, паломничества без цели, почитание икон и припадание к мощам без Чаши, без стяжания благодати. То есть это плацебо, жизнь без смысла, кофе без кофеина, ценность без цены. Но осуждают старушку в храме, которая, оправдывая и осмысливая нежелание стоять и молиться, постоянно переставляет на подсвечниках свечи и тушит огарки, поправляет фитильки у лампад и носит записки.

Все эти явления носят массовый характер и являются чрезвычайно тревожным симптомом того, что, по выражению В.Соловьева, «протестантизм местного предания», тихая реформация, в категориях которой Церковь и в России сегодня очень многими воспринимается как бюро ритуальных услуг, уже поселилась в миллионах голов и, что хуже, сердец. Но для ее преодоления не обязательно начинать контрреформационные процессы – сегодня нет человека, который бы взял на себя такую ответственность. Лучше постараться найти человека, группу людей, которые бы от имени Церкви рискнули в христианских, православных категориях четко обозначить, отмерить начало и границы новой эпохи, в которую мы входим. И тем самым делегитимизировать, для начала, тихую реформацию. А затем уже воссоздавать потребность в Христианстве, а не его ценностях и атрибутах, в Христе, а не частице Его хитона или Креста.
Но это уже предмет для другого разговора.

НОВЫЙ КАТЕХИЗИС
boris_yakemenko
97310
В Русской Церкви решено подготовить современный Катехизис Русской Православной Церкви. Еще в 2008 году Архиерейский Собор постановил «начать работу по созданию современного Катехизиса Русской Православной Церкви» (п. 21 определения «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Русской Православной Церкви»). В декабре 2009 года возникла рабочая группа по подготовке современного Катехизиса. Руководитель рабочей группы, митрополит Илларион говорит, что «современного, но в то же время соборно принятого всей Церковью Катехизиса сегодня не существует. Но при этом потребность в нем весьма острая… Он должен не только охватывать вероучительные вопросы, но и содержать сведения о сфере нравственности, об устройстве Церкви, о богослужении и Таинствах, а также о тех вопросах, которые ставит перед христианином современность». http://www.sedmitza.ru/text/1178851.html

Решение знаковое. Вспомним, когда были созданы предыдущие катехизисы. В течение многих веков роль условного катехизиса выполняла книга преподобного Иоанна Дамаскина «Точное изложение православной веры». Однако катехизис в его нынешнем виде был порожден реформационными процессами Европы и впервые появился в XVI веке у протестантов, затем у католиков, что предопределило полемический характер катехизисов, как таковых. Иными словами, катехизис отражал прежде всего светский, политический, мирской конфликт, (если даже этот конфликт был между двумя конфессиями) а не оппозицию сакрального и профанного или человека и искусителя.

На Руси в качестве условного катехизиса долгое время использовалась указанная выше книга Иоанна Дамаскина, а также местные памятники духовной литературы типа «Поучения к братии» Новгородского епископа Луки Жидяты. Однако катехизисы в нынешнем смысле этого слова закономерно появились в России только в XVII столетии и, что характерно, на Украине, так как именно Украина испытывала сильнейшее влияние западных исповеданий. Поэтому эти катехизисы носили остро полемический характер. Можно вспомнить антикатолический катехизис Лаврентия Зизания Тустановского (1620) и антипротестантское «Православное исповедание Кафолической и Апостольской Церкви Восточной»» митрополита Петра Могилы (1640), затем превращенное в катехизис, изданный сначала на польском языке, а в 1645 году на русском языке. Катехизис Петра Могилы в 1646 году дважды переиздавался во Львове, а в 1649 году был с некоторыми изменениями напечатан в Москве. Это не считая не слишком удачной попытки Лаврентия Зизания создать свой катехизис («Книга глаголемая по-гречески Катихисис, по-литовски Оглашение. Русским же языком нарицаемая Беседословие... в вопросех и ответех»), который хоть и вышел в 1627 году, но был признан еретическим. Тираж конфисковали и почти полностью уничтожили.

В 1720 году один из главных сподвижников Петра Первого, архиепископ Новгородский Феофан Прокопович написал букварь «Первое учение отроком», в который вошел краткий катехизис, имевший сильные признаки протестантского влияния, что при Петре было неудивительно. Инициатива же написания катехизиса исходила от Петра. Во второй половине XVIII столетия попытку создания катехизиса предпринял знаменитый московский митрополит Платон (Левшин), создавший «Катехизис, или первоначальное наставление в христианском законе, толкованное всенародно в 1757–1758 гг.», а также отдельные катехизисы для священнослужителей и для наследника престола Павла Петровича. Примечательно, что в конце XVIII века вышел и первый масонский катехизис («Нравоучительный катехизис истинных франкмасонов») И.Лопухина, написанный под влиянием бесед Лопухина с митрополитом Платоном.

В 1823 году свой знаменитый «Катехизис пространный христианский» издал святитель Московский Филарет (Дроздов). Известный богослов, протоиерей Георгий Флоровский назвал этот катехизис «больше чем катехизисом - это была богословская система». Не случайно этот катехизис существует и употребляется до нашего времени. Любопытным, но неофициальным, документом стал «Православный катехизис», авторства, как принято считать, декабристов С.И.Муравьева-Апостола и С.П.Бестужева-Рюмина. Катехизис был создан в конце 1825 года и прочитан на соборной площади Василькова перед восставшим Черниговским полком. Следующие попытки создания катехизисов были предприняты уже в эмиграции после событий 1917 года митрополитом Антонием (Храповицким), протоиереем Николаем Вознесенским, епископом Александром (Семеновым-Тян-Шанским).

Если внимательно взглянуть на обстановку, в которой создавался очередной катехизис, то нельзя не заметить, что каждый раз они отражали кардинальные перемены в государстве и обществе. Почему именно в XVII столетии был создан катехизис, уже говорилось. Что произошло в России после реформ Петра Первого (особенно с церковью) и куда направлялась вся русская история XVIII века, тоже не требует специальных пояснений. По сравнению с предыдущим столетием это была другая страна и другая Церковь.

Филаретовский катехизис XIX века (как и «катехизис» декабристов) стал закономерным ответом на изменения в Церкви и обществе после войны 1812 года, когда возник интерес к истории и культуре России, когда возникло старчество, когда вопросы чести, совести, долга, ответственности всех перед всеми, включая государство, Церковь и государя, вышли на первый план. Это была попытка «удержать» растущий интерес к религии, направить его в нужное русло, увести светского человека от масонских и католических увлечений.

Иными словами, анализируя эпохи, когда возникали катехизисы, нельзя не придти к заключению, что очередной катехизис каждый раз являлся признаком слабости внутренней православной традиции, непрочности богословского фундамента, требовавшего дополнительного укрепления в виде катехизического текста. Если было иначе, если бы фундамент был прочен, и основная масса людей считала естественными, привычными и понятными основные догматы и каноны, то превентивная мера в виде катехизиса была бы просто не нужна. Например, в советское время, невзирая на все произошедшие перемены, на уверенность в том, что «советская власть это всерьез и надолго», новый катехизис не создавали именно потому, что в ходе гонений от Церкви отпали все, кто пришел в нее в начале ХХ века под влиянием моды, в поисках эстетизма, в порыве увлеченности. Попутчики отошли, остались верные и эти верные были действительно верны, свидетельствовали страданиями и кровью, а такая вера не нуждается в катехизических подпорках. То известное обстоятельство, что было просто опасно проповедовать в атеистическом государстве, не отменяет сказанного выше.

Разумеется, нельзя не учитывать и тот факт, что очередной катехизис всегда был реакцией и на возникновение в православной среде большого количества новообращенных и симпатизирующих (из «своих» ли или из чужих – не важно). В XVII столетии это были люди вновь присоединенных или возвращенных западных территорий, в XVIII – главным образом иноземцы, в XIX столетии – офранцузившиеся дворяне, внезапно, не без помощи Н.Карамзина, «почуявшие под собою страну», у которой, как считалось все предыдущее столетие, не один век истории, начавшейся с Петра, а как минимум семь. В ХХ столетии в зарубежье, когда в эмигрантской среде начинается поиск своей идентичности (именно эти поиски породили такое странное, но понятное в тех условиях явление, как «идеология евразийства») анализируется произошедшее, появляется необходимость сохранить веру и традицию, закономерно возникают и катехизисы. Сегодня происходит то же самое, только массово обращать в Православие нужно уже некогда крещенных, обращенных, но так и не ставших своими, те, которые «вышли от нас, но не были наши» (1 Ин. 2-19).

Кроме того, катехизис каждый раз появлялся, как аналог светской государственной конституции, фиксирующей прежде всего те изменения, которые уже произошли и, поэтому, никогда не претендовал на то, чтобы стать каноном. Здесь нужно учесть то обстоятельство, что в России власть (в том числе и церковная) исключительно персонализирована, то есть политические изменения связываются прежде всего с именем того, кто возглавляет страну («ленинская революция», «сталинские репрессии», «хрущевская оттепель», «брежневский застой», «горбачевская перестройка» и т.д.) и страна впитывает «оттенки личности», определяющие эпоху. Поэтому каждый руководитель страны создавал и свою конституцию. Ленин, Сталин, Брежнев, Ельцин (конституции Хрущева и Горбачева были подготовлены, но не приняты за недостатком времени). Так что закономерно, что патриарх Кирилл сегодня хочет создать «свой» катехизис, «юридически» завершив формирование возглавляемой им Церкви на новом этапе. Тем более, что почва для этого уже готова. И дело не в том, что, как говорит митрополит Илларион, филаретовский катехизис устарел – «богословская система» устареть не может. Дело в том, что кардинально обновилась и изменилась эпоха и люди, а богословский ответ не готов (об этом уже говорилось http://boris-yakemenko.livejournal.com/477782.html). Не случайно обновленный католический катехизис вышел в 1992 году. Католики почувствовали эти перемены быстрее и острее. Мы только сегодня, но, в любом случае их нельзя не заметить и не отразить.

ДЕНЬ ПЕТРА И ПАВЛА
boris_yakemenko
Сегодня день святых первоверховных апостолов Петра и Павла.
640px-Ancient_icon_of_sts_peter_&_paul
Одна из древнейших икон России из Софийского собора Великого Новгорода (середина XI в.)

Апостолов, без которых не было бы христианской Церкви.

Их веры и сила проповеди были настолько сильны, что иудеи до сих пор считают, что истинным основателем христианства является именно апостол Павел.

На иконах они обычно изображаются вместе, иногда даже обнявшимися. Хотя на самом деле при жизни они встречались очень редко - на Иерусалимском соборе в 51 году, первом соборе Церкви, в пути из Коринфа в Рим (2 Тим.4:10), возможно, еще где-то.

Их послания сегодня неотъемлемая часть Священного Писания (только апостол Павел написал четырнадцать посланий), их жизни – образ и подобие жизни Учителя, за которого оба они приняли мученическую кончину в одном, 69-м, году (хотя по поводу даты есть и другие мнения). Апостолу Павлу, как римскому гражданину, которого нельзя было предать смерти раба на кресте, отсекли голову. Апостола Петра распяли вниз головой по просьбе самого апостола. Он настолько чтил Христа и настолько был смиренен, что посчитал недостойным для себя быть казненным так же, как и Учитель.

Апостолы Петр и Павел неустанно проповедовали, помня слова "...идите, научите все народы..." (Мф. 28.19). Апостол Павел считал, что для него важнее проповедовать, нежели крестить. И, говоря словами святого Иоанна Златоуста, «заквасили всю вселенную» только одним своим словом. Своим словом они показали, насколько сильна может быть вера обычного человека. Своей жизнью они явили, как слаб может быть человеческий дух и сколь неисповедимы пути Господни. Апостол Петр накануне страданий, когда Господь прощался со Своими учениками на Тайной Вечере, восклицал: «Если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь» - и уже через день трижды отрекся от Учителя: «Не знаю Человека Сего, о Котором говорите» (Мк. 14. 66-72) и, «выйдя вон, плакал горько» (Мф. 26. 75). А апостол Павел был гонителем христиан Савлом, преследовал последователей Христа и заточал их в тюрьмы, но когда встретился со Христом – то пошел за ним и стал самым ревностным его проповедником.

Петр был человек семейный, имел жену и дочь, Павел жил один, Петр был простым рыбаком, Павел – римским гражданином, Петр пришел ко Христу одним из первых, Павел последним, Петр видел Христа постоянно, Павел всего один раз. Такие разные судьбы, но разве это имеет значение, когда «все и во всем Христос», когда «ни смерть, ни жизнь, ни ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе». (1 Рим.38.39) Святой Иоанн Златоуст говорит об апостоле Павле: "Я не найду слов, чтобы описать, какой любовью к людям пылало сердце этого великого апостола. Его любовь была шире океана, она была ярче и жарче любого огня". Пройдут сотни лет, как прошло два тысячелетия, а люди будут повторять слова апостола Павла о любви, будут стремиться к той любви, которая была у апостола Петра и горько плакать об ее утрате, ибо апостолы навсегда задали ту планку, к которой нужно стремиться всю жизнь.

Святые апостолы Петр и Павел погибли в Риме. Апостол Петр прибыл в Рим в 67 году, проповедовал, написал там второе соборное послание. С началом страшных гонений Нерона, поддавшись на уговоры учеников, апостол решил уйти из Рима, но, выйдя за границы города, на древней Аппиевой дороге святой Петр встретил Христа и спросил «Господи, камо грядеши» (куда идешь) и Господь сказал: «Иду в Рим, чтобы снова распяться». На месте этой встречи сейчас стоит храм, который так и называется «Domine, Quo Vadis?». В нем хранился камень, на котором отпечатались стопы Христа. Апостол вернулся в Рим, где его схватили и посадили в тюрьму и затем распяли на Ватиканском холме и здесь же он был погребен священномучеником Климентом Римским и другими учениками.
Когда в Рим прибыл апостол Павел, неизвестно. По преданию, незадолго до гибели, апостолы Петр и Павел встретились и простились – сегодня на этом месте стоит храм Петра и Павла. Апостола Павла казнили мечом близ Рима, в местности, которая называется Сальвийские воды. Над гробницей апостола Петра и над гробницей апостола Павла уже в первые века были поставлены храмы.

Когда в 1941 г. в подклете собора св. апостола Петра проводились раскопки, на месте погребения апостола была найдена плита с краткой надписью на греческом языке: «Петр здесь».
Peter-Sepulcrum
Гробница апостола Петра в наши дни.

Несколько лет назад итальянские археологи исследовали саркофаг, в котором был погребен апостол Павел и впервые открыли саркофаг для обозрения. Надпись на крышке гроба гласит: «Paolo Apostolo Martyr» («Павел апостол, мученик»).
P1110909
Гробница апостола Павла в наши дни.
hong y
Гробница апостола Петра в наши дни. Видна стенка саркофага, в котором погребен апостол Павел.

В стенках саркофага есть отверстия, в которые древние паломники могли засовывать кусочки ткани, чтобы прикоснуться к святыне. Через отверстие в саркофаге был введен зонд, с помощью которого были обнаружены следы драгоценной льняной ткани, окрашенной в пурпурный цвет, пластина из чистого золота и ткань голубого цвета с волокнами льна. В гробнице был также и красный ладан». Кроме того, были найдены мельчайшие фрагменты костей, которые были подвергнуты исследованию экспертами, не знавшими об их происхождении. И, согласно результатам, они принадлежат человеку, жившему между I и II веком. «Это подтверждает единодушную и бесспорную традицию, согласно которой речь идет об останках апостола Павла», - заявил Папа Римский Бенедикт XVI.

Святые апостолы Петр и Павел, молите Бога о нас.

С праздником.

ПОШЛЯТИНА
boris_yakemenko
Есть такое понятие «пошлость». В «словаре этики» оно объясняется так: «морально-эстетическое понятие, характеризующее такой образ жизни и мышления, который вульгаризирует человеческие духовные ценности, низводит их до уровня ограниченно-обывательского понимания, понижает саму идею достоинства личности. К многообразным проявлениям пошлости. относятся: ограниченность интересов, низменность мотивов, мелочность в действиях, прикрываемые высокопарными рассуждениями и сентиментальной мечтательностью, «мелкие делишки и великие иллюзии», самодовольная посредственность, утверждающая себя путем воинствующего отрицания и осмеяния всего истинно возвышенного, героического, великого, выходящего за рамки обыденного; некритически-догматическое усвоение «прописных истин» и попытки с их помощью разрешать сложные жизненные проблемы; узкий кругозор, упрощенное понимание действительности и предъявляемых ею требований».

А если сказать все это короче, то пошлость это когда Навальный, та самая «самодовольная посредственность» пишет о Христе и о Христианстве. Недавно он разразился очередным текстом, в котором объявляет себя «человеком верующим», не уточняя, правда, во что. Можно себе лишь представить, что произойдет, если его спросить о том, когда он последний раз был на Литургии, исповедовался и причащался? Он просто даже не поймет, о чем речь. Текст изобилует великолепными пассажами типа «Пасха круче Нового года», хотя одно событие человекобожеское, религиозное, а другое сугубо календарное. Продолжим и уверенно скажем, что Пасха, конечно, круче митинга на Болотной. Дальше набор классических пошлостей в духе «он прижался пылающим лбом к холодному стеклу», «горячий конь под ним нетерпеливо рыл копытом землю», «где-то пробили часы», «она побледнела как стена»: «Праздник о самом важном». «Победа добра над злом». «Праздник надежды». «Вера в лучшее будущее». Покажите мне человека, который верит в худшее будущее и празднует бенадежность.

Но не это главное. Дальше Навальный сравнивает себя с Христом (порнограф Сорокин, которого любит Навальный, всего лишь сравнивал себя с Толстым, но надо же расти). И пишет, что Христос сражался «с враньём, лицемерием, рабством, несправедливостью, узурпацией власти и жуликами с ворами». Вообще-то Он ни с кем не сражался, хотя многие ждали от Него этого и именно потому, что Он не оправдал этих ожиданий, сначала встречали его с «Осанной» и пальмовыми листьями, а через неделю распяли. Особенно хорошо про рабство и узурпацию власти. Апостол Павел, который понимал в Христианстве немного больше, чем Навальный (как ни тяжело хомякам это сознавать) в Первом послании к Коринфянам говорил «Каждый оставайся в том звании, в котором призван. Рабом ли ты призван, не смущайся». Апостол не осуждал рабство и не давал ему никаких оценок.

А что касается узурпации власти… Кто ее узурпировал? Палестина к тому моменту давно римская провинция, есть официальные лица, призванные управлять, как царь Ирод, есть тот же Понтий Пилат, который должен контролировать порядок. Мало того, откроем Навальному, что Христос (о, ужас), в ответ на провокационный вопрос «Позволительно ли давать подать кесарю или нет? Давать ли нам или не давать?», попросил принести динарий и, когда получил монету, «говорит им: чье это изображение и надпись? Они сказали Ему: кесаревы. Иисус сказал им в ответ: отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу». (Мк.12.13-17). И это единственная «политическая» фраза Христа. Так что читай истово верующий Навальный Евангелие, он бы давно предал Христа анафеме, как соглашателя, продавшегося властям.

Дальше тоже неплохо. «Поддержки нет». Действительно, за Христом тогда шло очень немного людей. Все изменилось потом, после смерти и Воскресения Христа и сегодня в него веруют и за ним следуют более трети населения Земли, т.е. 2.3 миллиарда человек. Пусть Навальный умрет, а мы проверим, сколько человек – три или пять – вспомнят о нем через год, придут ли выдрать на память тот самый базаровский лопух, который из него будет расти.

«Митинги запрещены» - тоже хорошо. Какие? Кем? Против кого? С плакатами на пергамене «Пилат, уйди сам», с воплями фарисеев и саддукеев «мы здесь власть! Да или нет!» «Позор басманному Синедриону!» «Императора в отставку!»? Или какие другие?

«СМИ захвачены фарисеями» - фарисеи в обморок бы упали, узнав об этом. Какие СМИ в Палестине в начале нашей эры? «Новая саддукейская газета?», «Эхо Рима?» «Новое мессианское время?» Не говоря уже о том, что фарисеи это (если очень упрощать) образованные простолюдины и нередко выступали против власти, как, например, при Маккавеях, когда было поднято восстание и началась война, стоившая жизни 50000 фарисеев. Кстати, именно группировка зилотов-фарисеев, вышедших из окружения Шамая, стала катализатором страшной Иудейской войны за освобождение Палестины, войны, которая окончилась катастрофой.

«Во власти – мерзавцы с недвижимостью за границей». Не учившемуся нигде Навальному пришло время узнать кое что. А именно - Римская империя в то время считалась центром мира (в источниках иногда вся вселенная именуется Римом) и недвижимость за границей (то есть, по представлениям римлян, в варварских, нецивилизованных странах, населенных дикарями) не могла привидеться римской аристократии даже в тифозном бреду. Да и почему мерзавцы? В каких латинских источниках Навальный открыл отрицательные качества чиновников из римской администрации?

«И не сажают на 15 суток с трехразовым питанием, а сразу плеткой-семихвосткой с крючьями по спине фигачат». Видите, Христу было труднее, чем самому Навальному и поэтому Навальный снисходительно Ему сочувствует. Надо бы добавить, что усугубляло тяжелое положение Христа и то, что у него не было заступников в виде Алексеевой, Пономарева, Федотова и посла США в России Макфола. Он был один-одинешенек. Не было ботов и хомяков. Так что действительно Ему позавидовать трудно.

«Злодеи разгромили всё, что было. Учеников заставили отречься. Его самого пытали и убили. И всё рухнуло, и непроглядная тьма» - это, если кто не понял, гражданский пафос, которым завершается прекрасный текст. Здесь надо заливаться слезами, падать лицом в салат и посылать пожертвование Навальному на «Роспил». Быкову с Прилепиным этот текст, без сомнений, уже понравился.

Вот это и называется пошлость. Когда примитивный, необразованный, сто раз проданный и купленный самыми разными Паниковскими оппозиционный снусмумрик с оловянными глазами и мыслями-твитами, грустно бродящими в пустой голове начинает, наслушавшись своих обожателей, рассуждать о Добре, Любви и фамильярно прислоняться к Христу. «Ну, что, брат Пушкин». Ну что, брат Христос. По маяковски «нам с тобой стоять почти что рядом» - ты боролся и я борюсь, ты пострадал – били, плевали, распинали – и я страдаю. Вот, твиттера лишен, видишь. Так что мне от тебя немного нужно – скажи «ныне же будешь со мной в раю», покажи место на стенке храма, где меня с нимбом нарисуют и распорядись акафист написать «святому страстотерпцу Навальному». Как Персицкий Ляпису Трубецкому, я даже начало могу дать.

Кондак 1
Избраннему от чреды белоленточных, верность деньгам и любовь к Западу всем житием запечатлевший, теплый об оппозиции молитвенниче, благодарственная пения приносим ти, Навальный, ты же предстательством твоим от всяких бед нас свободи и наследниками твоими нас соделай, да всерадостно зовем ти сице:
Радуйся, страстотерпче Навальный, светом вечней любви к США нас озаряющий! И т.д.
Если что, Кураев поможет.

А в заключение нельзя не привести некоторые комментарии в тексту Навального его верных поклонников (с сохранением орфографии, пунктуации и стилевых особенностей).

- Светлый праздник Воскресения Христова, Лешка Овальный исковеркал под современные реалии своей беспомощности на запрещенных митингах злодеями у власти- владельцами яхт и вилл.....Алексей ваш маразм крепчает...пичалька АДнако :(

- Вообще пост сделан очень грубо, с пафосом низкосортной американской кинопродукции и слишком уж выпирающим желанием угодить и нашим, и вашим (все эти оговорочки в скобочках..). и эта совсем даже нисколько не навязчивая параллель с Самим. так скромно, что даже смешно. мне это кажется попросту плохим вкусом и в этом смысле задевает.

- Алексей Анатольевич, на некоторые темы лучше всё же уметь смолчать. Не потому, что есть шанс сойти за умного, а просто чтобы окончательно не потерять лица.

- Изложение православия неверующим человеком. политическая игра на религиозной теме.

- Засрать мозги можно любому. Для противостояния необходимы знания. А блог Навальнова, я как посмотрю, и рассчитан на недоумков и дебил. Не трудно собирать студентиков в толпу для провозглашения своего собственного "Я". Современная действительность говорит о безмозглости и наглости молодежи. Эгоистам кажется, что они не плохо бы смотрелись вместо Путина. Вам, господин Навальный, денег не хватает или славы?... Хотя я вас понимаю. Быть обличенным в коррупции не очень приятная роль. Вы хотя бы БОГА не трогайте, ради Христа! И не прикрывайтесь им принародно. Выберите себе роль положительного героя, а не оппозиционера. Лично мне не очень приятно даже быть вместе с вами ВКонтакте. Но соседей не выбирают. Думаю, что переживу.

- Какая чушь. Давайте еще опишем Карлсона, как борца с системой.

- Отписываюсь от Навального. На поверку, дебилом оказался!

- До 25 лет ты был идиотом, теперь же ты конченный даун

- У навального обострение мании величия,нарциссцизм прогрессирует. он теперь себя с богом сравнивает, пипец....

- Да, и верующим себя считает человек, который поддерживал кощуниц пусси Райот. Не стыдно за это? А сравнение с Христом не менее кощунственно. Вы уже совсем там погрязли в мнимой борьбе против государства и народа. Потеряли всякие нравственные ориентиры. Гордыня - вот ваша главная проблема. Отсюда и сектантство, и деление мира на чёрное и белое.

- Срочно восстановить советскую психиатрию! Признаки болезни прогрессируют с каждым новым постом!

Ни прибавить, ни убавить.